Глава 20
̶ Заблокируй дверь! ̶ требует Кеша, оглядываясь.
Варя нажимает на красную кнопку, и дверь щелкает, уведомляя тем самым, что она заблокирована. Ребята, переглянувшись, направились к разным уголкам медицинского модуля, дабы сократить потраченное время и завершить план. Да только что искать никто из них не знал. Не было конкретики. Даже иголку найти в стоге сена проще. Тут хотя бы знаешь, что искать.
Модуль, стерильно чистый, пропахший каждой своей вещью, тошнотворным запахом спирта. Убранный стол с плотно задвинутым к нему стулом, шкафы и стеллажи с лекарствами, аккуратно разложенными по коробкам. Недавно протёртая кушетка. Даже остались мокрые следы на отделочной коже. Подсвечиваемая изнутри легким злёным светом медицинская капсула, рядом с которой железный стол. Такой же протёртый. Без единого пятна. Диагностическая капсула с ещё одним столом, оснащённым компьютером, что был напрямую связан с обеими капсулами.
̶ Ваши пришельцы, точно ничего конкретного не сказали? ̶ через десять минут розыска устало спросил Кеша, складывая обратно кейсы с таблетками в шкаф.
Первым делом ребята проверили рабочее место Марии. Осторожно осмотрели содержимое ящиков, стараясь не оставить после себя явные следы. Ничего не найдя, перешли к остальному. Только результата как не было, так и нет. И оставалось только надеяться, что Кирилл займёт Марию на всю ночь. Думать об этом лично Варе было неприятно, но не из — за пресловутой ненависти. Внутри под сердцем скребло дурное предчувствие. Не верила она в то, что женщина вдруг решили просто так позвать Соболева на свидание, ещё и после того, как узнала об его попытке взломать систему. Она вполне могла оказаться посыльной Руднева и Федотова. И хоть у Кирилла был бластер, девушка сильно сомневалась, что один человек сможет противостоять пришельцу. Она то и дело нащупывала рукой под рубашкой медальон, вспоминая Анга. Она прониклась к нему доверием и ждала того часа, когда он сможет попасть на станцию. С ним ей было бы спокойнее.
̶ Только то, что то, что мы ищем должно пролить свет на обстоятельства исчезновения студентов. ̶ ответила Диана, передавая Кеше очередную коробку.
̶ Фонарик, что ̶ ли? — фыркнул Лапаев.
̶ Ага, прожектор.
Закрыв дверцы шкафа, все троя обреченно уселись на кушетку, обводя медицинский блок взглядом. Паника подступала к горлу, но каждый пытался скрыть свои чувства, игнорируя старательно горечь поражения.
̶ Слушайте, ну если что, само письмо не достаточно для доказательств? ̶ поинтересовался Кеша. ̶ Я лично вам и на слово верю.
̶ Ещё бы нам так просто поверить. А письмо могли и подделать! ̶ уже зло ответила Диана, продолжая взглядом исследовать модуль. ̶ Они быть хоть сказали, что именно и как. Будто мы гении, все сами поймём!
Девушка поймала пальцами кончик рыжей косы и принялась старательно её теребить. Кеша подсел к ней ближе, кладя голову на плечо. Варя на это лишь фыркнула, подумав, что пока они тут расслабляются, Кирилл жертвует своей жизнью ради той самой возможности, которую они упускают.
̶ Значит, это должно быть очень простым, раз они не стали уточнять. ̶ вмешалась Варя. ̶ Мы уже все тут перерыли. Ничего. Да что вообще можно тут спрятать? Чистый лист!
Кеша задумчиво почесал подбородок.
̶ А если это тайный лаз. Или секретный тайник? Намекать нам на лекарства было бы верхней степенью глупости. Да и в медицинской капсуле убить сложновато. Если пациенту становится хуже она, наоборот, начинает поддерживать его жизнь.
̶ Значит их все таки убивают? Ты так думаешь? ̶ озадаченно спросила Диана.
̶ Это самое разумное предположение. Не рабов же из них делают!
̶ Я надеялась, что все таки рабов. Так бы мы смогли спасти Джастина.
Вспомнив о друге, обе девушки сникли ещё больше. Какой бы чёрной не казалась ситуация, человек до последнего будет верить в проблеск молнии, что хоть на секунду, но осветит путь. Без надежды не было бы и космоса. Люди бы просто не стали рисковать жизнью. Что Варя, что Диана подсознательно понимали, что их друга больше нет. Но слабая нить надежды все же появилась, когда они шли в медицинский модуль, думая, что именно, по мнению пришельцев, они должны были увидеть. В конечном итоге надежда всегда умирает последней.
̶ Давайте, сдвинем шкаф? ̶ Кеша щёлкнул пальцами. ̶ Смотрите, разве он вам не кажется странным?
Варя и Диана непонимающее уставились на стоящий перед ними шкаф. Ничего странного не заметив, удивленно взглянули на друга, прося пояснить. Тот, закатив глаза, будто это была задачка для детского сада, съехал с кушетки, направляясь к стоящему на мелких ножках шкафу.
̶ На станции все стеллажи прибиты, а шкафы, в основном, встроены и выдвигаются. ̶ Кеша постучал по металлу кулаком. Обошёл шкаф со стороны, просовывая пальцы в щель между днищем шкафа и стеной. ̶ Мы же в космосе. Тут не должно быть не прикрученных предметов, даже при наличии искусственной гравитации.
̶ И что? Это же банально. Для тайного хода явно была разработана секретная клавиша. Ну уж точно они бы не стали замораживаться постоянно двигая шкаф. ̶ Диана смерила друга скептическим взглядом.
̶ Слушай, ̶ выдохнул Кеша. ̶ иногда чем проще, тем правильнее. Секретную кнопку найти попробуем, но давайте пока проверим мою теорию.
Лапаев обхватил шкаф двумя руками. Пыхтя, принялся сдвигать его. Диана и Варя слезли с кушетки, подойдя ближе. Замерли, огромными глазами смотря на влитую в стену дверь. Все трое вместо радости от находки, испытали леденящий душу страх, что пробежался мелкими иголочками по их телам. Никто не осмелился сделать шаг вперёд. словно двинувшись, они тут же навлекут на себя милость из пулеметной очереди.
̶ Идём? ̶ почему ̶ то шёпотом спросила Диана, молитвенно смотря на Кешу.
Вздохнув немного раздражённо, Лапаев двинулся вперёд, вытянув руку. Не успели пальцы дотронуться гладкости двери, как тут же пищащий голос затребовал приложить карту.
̶ Ну конечно, а как же иначе! — всплеснула руками Варя. ̶ Будто бы так просто это всё.
̶ И что теперь делать? — спросила разочарованная Диана.
Чижова подошла к Кеше. Протянула руку.
̶ Дай карту, пожалуйста.
Лапаев, не став спорить, вытащил из кармана спортивных штанов карту. Варя, схватив её, приложила к дери, на что пищащий голос с вызовом заявил, что ключ не верный. Впрочем, это было ожидаемо, но в слух этого никто не сказал.
* * *
Мария вытащила из-под стола бутылку, наполненную красной жидкостью. Жестом указав на кровать, женщина принялась откупоривать её, выражая на красивом лице, с каким усилием ей приходится это делать. На предложение помочь она лишь ещё сильнее скривилась, заявив, что ей совершенно не сложно. А он пусть пока подождёт.
Каюта у Федотовой была большая, одноместная. У стены обычная односпальная кровать. Рядом стол и такой же, как у них в комнате, иллюминатор. На другой части во всю стену прибитые шкафы, заполненные коробками с аккуратно приклеенными на них пояснениями:
«Анальгетики» «Антибиотики» «Анти шок»
И «Прививки» «Заявления» с другого ряда.
В воздухе стоял удушливый и приторный аромат цитрусовых фруктов. Запах тревожный, смутно напоминающий что ̶ то, но при этом это все равно лучше, чем постоянный антисептик.
̶ Федотов сильно заинтересован в вашем проекте. ̶ лучезарно улыбнувшись, оповестила Мария.
̶ Ещё бы, он же грезил об этом с самого начала. ̶ кратко усмехнулся Соболев, наблюдая за тем, как космический врач всё таки открывает бутылку и принюхивается к содержимому, удовлетворительно улыбаясь. ̶ Не думал, что на станции разрешен алкоголь.
̶ Запас привезённый с Земли. — на распев ответила она, вытаскивая жестяные стаканчики с крышкой и выливая туда бордовую жидкость.
Нос Кирилла снова уловил тревожную нотку и, не сдержавшись, поморщился.
̶ Послушай, а что у тебя с этой Варей? Вы даже ссорится перестали.
Мария села рядом предлагая стакан. Сделала глоток, смотря на него пристально, словно детектив, расспрашивающий подозревающего.
̶ Сплотило общее дело. Ревнуешь? ̶ перевёл тему Кирилл, поднося стакан к губам.
Запах больно ударил в нос, и студент решил повременить с этим. Замутило. В прищуренных глазах Марии прочиталось явное разочарование, но она быстро скрыла его за натянутой улыбкой. Принялась что — то рассказывать, постоянно играя волосами и посматривая на жестяной стакан в руках Соболева.
А Кирилл смотрел на неё и честно не понимал, почему вдруг это красивое лицо перестало быть для него привлекательным. Мария Федотова по-прежнему оставалась безмерно красивой, со своими словно вырезанными чертами лица и глубокими голубыми глазами, что благодаря волосам цвета вороного крыла выделялись ещё больше. Она была настоящей сказочной королевой или утончённой холодной луной, чья красота так притягательна, что не можешь отвезти взгляд. Но теперь эта красота казалось пугающе кукольной, не живой. Фарфоровое лицо куклы на витрине, что пристально смотрит на тебя, пока ты проходишь по улице ночью. Вот дёрнется маленькое тело и вытянет вперёд руку, разбивая стекло на мелкие осколки, что хрусталём покроют мокрый асфальт.
Почему в голове предстал именно этот пример? Кажется, что человек из далёкого прошлого рассказывал ему эту страшилку перед тем, как уложить спать. И были у этого человека морщинистые руки, но очень добрые глаза. Такие, в которых только взглянешь и сразу начнёшь утопать в медовой неге. Голова снова загудела, но ощущение это сопровождалось воспоминаниями, а значит, приносило чувство удовлетворения. Вот дед Сергей поправляет маленькому внуку одеяло. Он просит рассказать ему историю, и тот рассказывает, но страшную, прекрасно зная об извращённых представлениях родного внучка о детских сказках.
̶ Слышала, ректору на одобрение пришли новые запросы о полётах на Марс. Кажется, вы послужили примером для тех, кто боялся все это время мечтать о большем. Ты рад?
Прервал воспоминания женский голос. Она словно заметила, что Кирилл мыслями где-то далеко от того и повысила голос, привлекая к себе внимание. Чуть надрывные, обиженные нотки слышались в её вопросительном: "Ты рад? "
̶ Рад! ̶ кивнул Соболев, крутя в руках стакан.
Мария поджала губы, продолжая недовольно следить за этим движением.
̶ Ты меня не слушаешь. Если интересно, то вставай и уходи!
Соболев снова поднял глаза на Марию, про себя думая, что, если бы не их план, он вообще бы не согласился приходить к ней. Ему надо было задержать космического врача как можно дольше, ибо прекрасно знал об её привычке проводить ночи в медицинском модуле. Это только для него была раскрыта каюта. Дабы создать более интимного рода обстановку. Только приглушённый свет вкупе с видом на космос и бутылкой вина романтики совершенно не делали. Кирилл знал, что дело тут вовсе не в обстановке, скорее в человеке, сидящем напротив него. Когда они с Варей стояли в модуле отдыха, ему достаточно было касаться её руки для того, чтобы ощутить что — то необыкновенное. Было бы у них больше времени. Чтобы он тогда сделал? Если бы перед ним сейчас сидела Чижик, а не Мария?
̶ Я видел Руднева. ̶ решил найти себе достойное оправдание Кирилл. ̶ Он не заявится к нам?
Федотова резко расхохоталась, задёргалась, чуть выплёскивая алую жидкость на платье. Соболев, дёрнув уголком губ, снова приблизил к себе стакан и хотел было сделать глоток, как вспомнил вдруг эту пугающую, вызывающую напряжение нотку. Сквозь флёр цитрусовых духов не сильно отчётливо, но тем более все равно ярко пробирался запах жареного миндаля. Из закромов памяти тут же, услужливо подкинутое памятью, вылезло воспоминание.
Лаборатория. Огромные, в пол окна со вставленным старым стеклом и доисторической решёткой. Дед в белом халате встряхивает прозрачную колбу со слегка синеватой жидкостью. Он, мальчик девяти лет, стоит рядом в смешных огромных очках и явно большой по размеру шапке.
̶ Запомни, Кирилл, ̶ назидательно говорит человек, положивший всю свою жизнь на создание лекарств. ̶ Если учуял запах жаренного миндаля, не смей пить! Так пахнет свободный цианистый водород. По-другому, синильная кислота.
Мария, прекратив свой приступ смеха, также неожиданно как начала спокойно пояснила:
̶ Наверно, забирал что ̶ то из своей каюты, и, потом, снова вернулся к Федотову. Говорю же, им сейчас не до кого-либо. ̶ Она покрутила стакан в руках, сделав очередной глоток.
Кирилл ощутил, как по его спине пробежал пот. Он не видел, чтобы она что — то подливала, а значит, кислота уже была в бутылке. Но почему тогда эта женщина так спокойно пьёт яд? Почему запах миндаля настолько резкий, если сама кислота пахнет не так отчётливо и ярко? Сколько же надо было её залить в бутылку? Увеличила дозу, чтобы наверняка? Набрызгала всё духами, надеясь, что он не учует?
Соболев, крепче сжав стакан холодными пальцами, опустил взгляд на бордовую жидкость в стакане. Надо было потянуть время. Найти общую тему. Заговорить зубы.
̶ Ты чего? Пей, вкусное вино! ̶ заверила Мария, делая нарочито глубокий глоток.
«Возможно, для тела пришельцев этот яд не имеет никакой эффекта. Мария взяла его на случай, если мне покажется странным, что она не пьёт вино, которое сама и предлагает.»
̶ И все таки странно, что ты вот так позвала меня. ̶ он улыбнулся самой очаровательной улыбкой из своего арсенала. ̶ Я думал, что Руднев к тебе не ровно дышит. Хотя, у него вроде жена на Земле.
Женщина, шумно выдохнув, поставила стакан на пол. Во всем её одном виде читалось плохо скрываемое раздражение. Словно хищник долго настигал свою добычу, ползая за ней по полям, а она вдруг сорвалась, передумав заходить в уготованную для неё ловушку. От всего этого стало ещё страшнее, и Соболев рукой мазнул по пистолету, спрятанному под футболкой. Выстрелить сейчас и можно бежать куда подальше. Да только сейчас она все ещё человек, а стрелять в человека рука не поднимется.
̶ Байки! ̶ махнула она рукой, терроризируя его пристальным взглядом. ̶ Догадался, щенок?
Последнее было сказано грубым, надломленным женским голосом. Так резко, что Кирилл выронил из ослабевших пальцев стакан, и красная жидкость растеклась по полу. Соболев вскочил, но тварь оказалась быстрее. Мария налетела на него, больно ударяя в колено и роняя на пол. Прижала лицо к разлитой и дурной, пахнущей на полу жидкости.
̶ Слизывай, щеночек, а то все кости переломаю! ̶ хрипела женщина, навалившись. ̶ Что, думал провести меня? Думал, что можешь взламывать систему, и тебе за это ничего не будет? Хорошо, что не успел другим рассказать. Хотя и жаль, я бы с удовольствием повыдергивала патлы твоей подружке. Федотов сказал, что ты ему больше не нужен. Представляешь? Наш малыш, наконец, наигрался. А ты посмел полезть в то, что тебя не касается и Верена неприкосновенна как наш король!
Кирилл сжимал зубы, не позволяя своим губам прикасаться к жидкости. Коммуникатор предупреждающее запищал, но Соболев был уверен, что Руднев даже не дёрнет бровью, когда получит сигнал «Сос». Студент пытался освободиться, но сильные и грубые руки не давали этого сделать. Краем глаза он заметил, как вздуваются на руках Марии вены, как золотом отливают вдруг ставшими злыми глаза. Как трещит лоб из — за режущих его фарфоровую розоватую бледность, синие толстые вены. На лице играла такая чистая в своей подаче злость, что в искренности намерений сомневаться не приходилось. В эту минуту Соболев ощутил себя таким придурком за то, что не поверил сразу, за то, что оставил свою Варю и своих друзей наедине с ещё тремя такими же мерзкими пришельцами, возомнившими себя богами. И злость на самого себя, и страх за родных живительной силой побежал по его венам.
«Значит, это правда, они не люди!»
Раз не люди, значит надо стрелять. Живым ему все равно не выбраться, если оставит в живых этого мерзкого пришельца. Ни на что сильно не надеясь, Соболев дотянулся до бластера и вытащил его. Пока тварь захлёбывалась своей яростью, приложил дуло к талии. Нажал на курок. Раздался щелкающий звук и Мария, вздрогнув, ослабла, задёргалась в конвульсиях и упала. Её тело принялось медленно меняться, возвращая себе первозданный вид. Высокая, худая, с небольшими выпуклостями отвратительных грудей и огромной серой головой с толстыми венами. Из головы торчат чёрные волосы. Из — за спины вытянулись, подобно змеям щупальца.
Осторожно, ожидая что пришелец в любую секунду вскочит на ноги, Кирилл подошёл ближе. Приложил ладонь к носу. Дышит. Живая. Соболев с интересом смотрит на дрожащий в руке бластер.
«Обманули.» ̶ с досадой подумал он, пиная носком тварь. ̶ «Разумеется, стали бы они доверять нам настоящее оружие. Интересно, на сколько её вырубило?»
Студент решил, что раз так вышло, будет не лишнем обыскать саму каюту. Потратил на это не более десяти минут, постоянно оглядываясь на толи заснувшую, толи на парализованную женщину пришельца. В конечном итоге, найдя халат, накинул его на неё, взвалив к себе на спину.
* * *
Кеша уже жалкие двадцать минут пытался взломать дверь, но пищащий голос неумолимо, с настойчивостью ученого, пытающегося открыть лекарства от всех болезней, повторял: "Неправильный ключ". Девушки сидели рядом на полу. Диана вытянула стройные ноги, а Варя лежала на них, смотря в потолок.
̶ Гадство! ̶ в очередной раз выругался Кеша, еле сдерживаясь, чтобы не выбросить планшет на пол.
В своё время, увлечённый программированием, он, как и любой жаждущий до интересного дела человек, выпросил у Соболева пару уроков взлома. В свою очередь, последний запросил конспекты их факультета. Но это не было сложным дело для такого хорошего друга как Кеша. Возможно, когда-то они и сошлись на интересе друг друга к чужим факультетам. Им было интересно развиваться в разных сферах, и этот интерес стал бетонным основанием для дома их будущей дружбы. Сейчас же, вспоминая эти само поставленные дилетантские занятия, винил себя в том, что не удосужился их продолжить. Найденный у Марии планшет с кабелем был весьма кстати. Но если взломать сам пароль на планшете было просто, то вот подобрать с помощью него пароль к секретной двери оказалось выше его профессиональных возможностей.
̶ Ты, хотя бы, постарался. ̶ успокаивала его Диана, гладя по голове Варю.
̶ Смысл то, от моих стараний. ̶ угрюмо процедил он, выпуская из рук планшет.
Тот повис на синем кабеле, ударяясь об злополучную дверь. Коммуникатор на его руке завибрировал, уведомляя о звонке. Сдвинув брови, Кеша принял вызов, мотнув колесико звука, дабы выстроить громкую связь.
̶ Кеша, я стою у двери. Откройте мне, быстро!
В голосе Соболева было столько усталости и болезненности, что ребята, переполошившись, бросились ему открывать, даже не подумав о безопасности. У Вари колотилось от страха сердце, когда дверь отъехала, пропуская внутрь измотанного студента с огромной серой тушкой на спине.
Первым опомнился Лапаев. Бросился помогать, перехватывая тело и взваливая его на пол. Холодное, страшное, оно распласталось на полу в одном белом халате, и только чёрные длинные волосы, как знак отличия, указывали на то, что эта была и есть Мария. Диана, опомнившись от сковавшего её ступора, заблокировала дверь дрожащими пальцами. Варя подошла к Кириллу. Сначала, стеснительно, сдерживая свой внезапный порыв, дотронулась до него, словно проверяя, не видение ли это перед ней, а затем резко бросилась на шею, прижимаясь всем телом.
Кирилл зарылся носом в светлые короткие волосы. Прижал её к себе плотнее, закрыв глаза.
̶ Я беспокоилась, что она могла что ̶ то сделать. ̶ призналась Варя, отстраняясь.
В карих глазах плескался ядрёный коктейль из тоски и ужаса. Кирилл пьянел от одного только этого взгляда.
̶ Отравить внука известно химика синильной кислотой, не самый удачный выбор убийства. ̶ усмехнувшись, ответил Соболев.
Варя расширила глаза, в изумлении. С губ так и не слетел вопрос: «Ты все вспомнил?» Да и не нужно было. Он и так прочитал его в её глазах.
̶ Вспомнил только его.
Кеша сел на корточки возле пришельца. Провел пальцами по сером лицу, дотрагиваясь до выступающих вен на слишком огромном для человека лбу. Спустился ниже к носу и, уловив еле заметное дыхание, отпрянул назад, падая на задницу и ошарашенно смотря на Соболева.
̶ Она живая? ̶ с изумлением, спросил он.
Варя и Диана тревожно переглянулись между собой. Варя неохотно отошла от Кирилла, чуть ли не на цыпочках подкрадываясь к Марии. Хотела коснуться её рукой, но Кирилл ловко схватил её запястье, останавливая.
̶ Этот бластер не убивает, а лишь на время парализует? Или заставляет впасть в сон? Я не знаю этого, как и не знаю сколько времени она так пролежит.
̶ Тогда надо связать, если, конечно, верёвки помогут. ̶ Лапаев, все ещё бледный от испуга, поднялся на ноги.
̶ Лучше сунуть в медицинскую камеру. Там есть программа, для буйных пациентов. А обычную верёвку разорвать может! ̶ предложил Варя, кивая в сторону камеры.
Так и поступили. Варя с Дианой всем известным методом тыка настроили программу для душевно больных, установив максимально возможный таймер в сорок пять часов. Кеша с Кириллом уложили Марию на белые простыни, а затем нацепили кислородную маску. Перед тем, как закрыть камеру, Кеша с интересом ещё раз оглядел пришельца. В отличие от товарищей, он видел такое чудище впервые, и остальные не смогли забрать у него возможность полюбоваться новым открытием. Осторожно зацепив руку пальцами, Лапаев поднял её, рассматривая с разных сторон. Положив, легонько тронул щупальце. Затем развернул, хмурясь и изумляясь еще больше, принялся рассматривать присоски.
̶ Кеш, ̶ Кирилл положил на плечо друга ладонь, снисходительно улыбаясь. ̶ Я понимаю, что тебе интересно, но времени у нас мало.
После этих слов на сердце стало ещё мрачнее. Теперь, когда Мария была наглым образом обезврежена, у них не было того желанного времени, на которое они так надеялись. Уже утром, обнаружив пропажу, её отправятся искать. И если план с отравлением был подстроен всеми, то первым делом придут по душу Кирилла, не став на этот раз юлить, а сделают все четко и быстро. Подумав об этом, Соболев открыл на коммуникаторе часы. Нахмурился, понимая, что у них в запасе только одна ночь.
̶ Я взяла с собой программу, на всякий случай. ̶ Диана вытащила из кармана штанов круглый серебреный диск. ̶ Если хотим успеть, надо выдвигаться уже сейчас.
̶ Думаю, доказательства уже излишни. ̶ согласилась Варя, оборачиваясь на дверь. ̶ Но все таки мне до жути интересно, что там.
Соболев проследил за её взглядом. Понимая все, кивнул. Кеша, ещё раз оглядев Марию, присвистнул.
̶ Да, не так себе представлял пришельца. Те тоже также выглядели?
̶ Да. ̶ Кирилл подошёл к капсуле и хотел было закрыть её, как Кеша дёрнулся вперёд. ̶ Ты чего?
Лапаев сунул руку в карман халата и нащупав что — то круглое, вытащил. Отойдя от капсулы, придвинул к глазам, разглядывая со всех сторон с неподдельным интересом. Кирилл, наконец, закрыл прозрачную крышку, и медицинская капсула легонько завибрировала, изменив свой свет на более яркий, насыщенный зелёный.
̶ На нём какие то цифры. ̶ Кеша кинул находку Кириллу.
Соболев пригляделся. Действительно, на гладкой поверхности были выведены аккуратные цифры. Внизу надпись на непонятном языке, составленная из причудливо закрученных букв.
̶ Это может быть кодом. ̶ предположила Ди. ̶ В любом случае, лучше проверить. Не зря же она носила его с собой!
Соболев быстрым шагом подошёл к двери. Осмотрев её и не найдя клавиатуры, вопросительно взглянул на Кешу.
̶ Приложу ладонь к двери. ̶ объяснил он.
Кирилл приложил руку и, пикнув, дверь снова запросила код, выведя прозрачную клавиатуру с белыми цифрами на свою гладкую поверхность. Ребята подошли ближе к Соболеву, с замиранием сердца следя за тем, как тот набирает нужную комбинацию. Как назло, дверь долго думала, прокручивая колесо загрузки, и всем казалось, что время ужасно замедлилось, а по коридорам станции уже бегут яростные пришельцы в поисках нарушителей порядка. Когда дверь, издав продолжительный пищащий звук, открылась сама по себе, Варя с Дианой синхронно выдохнули, хватаясь друг за друга.
̶ Может, вы подождёте нас здесь? ̶ неуверенно предложил Кирилл, даже с такого расстояния учуяв, доносящийся из черноты запах формалина. ̶ Мало ли.
Варя сжала руку Дианы, упрямо закусив губу.
̶ Хорошо. Идите за нами.
Кирилл вытащил бластер и держа его наготове, вошёл первым. На корпусе бластера был расположен хилый, но все-таки фонарик. Но его помощи так и не потребовалось, потому что как только нога Кирилла коснулась пола, пронзительный яркий свет тут же включился, ослепив его. Когда Кирилл протёр глаза и, наконец, более-менее привык к яркому свету, первым, что он увидел, был пустой, безэмоциональный взгляд на застывшем в предсмертной маске ужаса лице. В ушах зазвенело, и через этот звон послышался громкий крик. Соболев сделал шаг назад, сталкиваясь с Варей. Чижова стояла как вкопанная, зажав себе рот ладонями. В расширенных от испуга глазах застыли слёзы. Кеша со всей силой прижимал к себе дергающуюся Диану. Та мычала ему в рубашку, ударяя по сильным плечами ладонями.
«Джастин Блэк.» ̶ гласила надпись, под стоящей на стеллаже банкой.