Глава 32

Когда мы сели в мобиль с водителем, Раймус некоторое время молчал, смотря в окно на мелькающие пейзажи.

— Что происходит между тобой и Грегори? Почему он так уверенно заявляет, что вы любите друг друга? — прозвучал спокойный голос мужчины.

— Его высочество поцеловал меня, когда предложил покровительство. Сказал, что влюблён. Больше между нами ничего не было. Я не говорила ответных признаний. Не знаю, почему он решил, что я тоже влюблена в него, — я ответила еле слышно расстроенным голосом, не смотрела на принца, тоже наблюдая за меняющимся за окном пейзажем со своей стороны. — Я люблю другого человека, — тихо добавила и представила улыбчивую мордашку сына.

Сердце от тоски и нежности защемило, но лицо на мгновение приняло именно то выражение, которое было необходимо. Я почувствовала взгляд Раймуса, закусила губу, обняла себя руками.

«Алекс, Лиса, как вы там, мои маленькие котята?» — подумала, молча вздохнув.

Вздрогнула, когда почувствовала неожиданное и осторожное прикосновение мужских пальцев к щеке, которое привело меня в чувство.

— Почему меня бесит тот факт, что Грегори прикасался к тебе и целовал тебя? — пробормотал Раймус, а я, повинуясь интуиции, положила сверху на его сильные осторожные пальцы свою ладонь и прикрыла глаза.

Вновь представила милые личики детей. Это оказалось так просто, — я очень соскучилась по ним.

«Любимые мои, ненаглядные… Скоро мы всегда будем вместе».

Посидела так некоторое время, на принца не смотрела, надеялась, что он должным образом впечатлился моим одухотворенным счастливым лицом. Потом я словно нехотя убрала ладонь, отвернула лицо и до конца поездки больше не взглянула на мужчину. Да я о нём и забыла на некоторое время, вспоминая разные случаи из жизни детей.

До дворца мы доехали в молчании, через боковой малый дворец прошли в покои принца. Весь путь я опиралась на его локоть, а сам Раймус был хмур и задумчив.

— Будешь спать на моей кровати, я устроюсь на диване, — спокойно произнес он, когда мы зашли в уже знакомые роскошные покои. — Ты голодна?

— Немного, — призналась я, оборачиваясь к нему.

Высокий, крепкий, в белоснежной рубашке, с острым взглядом тёмных глаз, он был внушителен и привлекателен. Но совершенно чужой и далекий. На миг робость одолела меня, и тут Раймус удивил вопросом:

— Чего бы тебе хотелось на ужин?

— Всё равно, — быстро ответила я и по его взгляду поняла, что ответила я неправильно: роковые женщины не отвечают на подобные вопросы «всё равно», они придумывают что-то, что поклоннику сложно выполнить.

— Не стесняйся. Я помню, когда-то ты любила утку под ореховым соусом. Может быть хочешь её?

Я не скрыла удивление, даже улыбнулась. Тёмные глаза Раймуса теперь смотрели на меня непонятно. Задумчиво? Изучающе? И как-то настороженно.

— Попрошу приготовить на двоих, — кивнул мужчина, словно давая согласие самому себе.

— Наверное, на кухне есть что-то готовое, — тихо проговорила я, не отрывая взгляда от его напряжённого лица.

— Наверное. Но для моей фаворитки, от которой у меня снесло голову и из-за которой я способен прилюдно выяснять отношения с братом, я прикажу приготовить утку по особенному рецепту, — усмехнулся мужчина.

— Я поняла, — кивнула я. Конечно, нужно соответствовать легенде.

— Мне нужно что-то из одежды взамен этого платья, — словно нехотя добавила. — Оно слишком неудобно, хоть и красиво.

— Я помогу тебе раздеться, — удивил меня Раймус. Хотя, наверное, будет странным, если он не поможет любовнице раздеться? — И дам свою рубашку, походишь в ней.

Показалось или голос мужчины чуть осип?

Раймус подошёл ближе, глаза его горели. Я медленно повернулась спиной, подобрала волосы вверх. На платье были сложные застежки, которые нужно было расстегнуть. Сначала он ничего не делал, я просто слышала его спокойное дыхание. Но когда я захотела обернуться, Раймус положил тёплые ладони на мои плечи и удержал на месте. Потом не спеша стал расстёгивать застежки платья, а когда расстегнул, медленно стянул платье с плеч, положил ладони на обнаженную кожу.

Я слегка вздрогнула, сердце стало вытворять опасные кульбиты.

— Мика, ты сегодня очень красивая, я весь вечер любовался тобой.

— Я старалась. Для вас.

Я медленно обернулась, платье ниже съехало вниз, больше открывая грудь. Можно сказать, уже почти ничего не скрывая. Я подняла лицо, встречаясь с Раймусом взглядом. Его глаза очень красноречиво смотрели на меня, почему-то он решил снять привычную невозмутимую маску и показать чувства. И я постаралась тоже вложить во взгляд интерес и желание. Дома я даже репетировала немного перед зеркалом, зная, что мне предстоит.

— Я могу принять душ? — прошептала я, кончиком языка слегка облизнув губы. И это было не преднамеренно, я действительно занервничала, ведь соблазнить такого мужчину довольно сложно.

— Я провожу тебя, — глухо проговорил он.

В ванной комнате я споткнулась, теперь, конечно, специально, и окончательно уронила платье, которое мягким изумрудным облаком легло вокруг ступней.

— Ох! — пробормотала я, прикрываясь руками, но естественно, тело в кружевном белье не смогла полностью спрятать.

Раймус не уходил, стоял на пороге и смотрел на меня. Я же не поднимала глаз, осматриваясь вокруг. Пусть думает, что я ищу, чем прикрыться от его жадного взгляда.

— Мика, я задам вопрос, — голос его совсем охрип. — Ответить можешь как угодно. Даю слово, что принуждать тебя ни к чему не буду. Я обещал.

— Какой вопрос? — прошептала я, уже догадываясь, что хотел спросить мужчина, настороженно встречаясь с ним взглядом, удивляясь, что всё выходит настолько просто, что Раймус соблазняется как-то охотно.

— Ты хочешь провести эту ночь со мной?

Принц держал себя в руках, но я видела, как он хочет ту, которую съедал его жадный взгляд. Не меня, нет. Ту искусственную идеальную игрушку, которую сегодня из меня сделали искусные ручки госпожи Дювали и её работниц. Игрушку по его вкусу, в обёртке, которая ему очень понравилась.

— Хочу, — шепнула я, сделав шаг навстречу принцу, а в следующее мгновение твёрдые губы уверенно накрыли мои, а сильные руки смяли податливое тело.

В этот раз от поцелуя и жадных рук почему-то задрожали ноги, сердце оглушало, а я старательно думала о том, что нельзя терять контроль над ситуацией и нельзя забывать о колечке на безымянном пальце, которое находилось под иллюзией невидимости, и в котором находился нужный порошок.

* * *

Я внимательно рассматривала спящего мужчину. Во сне он выглядел по-иному: беззащитно и даже мило. Осторожно провела пальчиком по широким бровям, по переносице и крупному носу, по твёрдым губам, которые умели так отчаянно и сладко целовать. Я не боялась его разбудить, знала, что Раймус ещё пару часов точно не проснётся, так как снотворное было надежное.

Я вылезла из огромной постели и потянулась, разминаясь. Ночь была сумасшедшая и снова невероятная. Сначала Раймус безумно хотел меня, даже не снимая браслет, — я же вспомнила всё, что знала в теории, и всё то, что знала после наших прежних двух ночей, и старалась быть соблазнительной и страстной, отзывчивой и внимательной. И мужчина словно сошёл с ума. Наверное, в пользу его сумасшествия сыграла моя новая безупречная внешность и недавняя стычка с братом, которая побудила ревность и собственнические замашки.

После того, как силы вновь стали к нам возвращаться, Раймус, уже не спрашивая моего разрешения, вновь приступил к захватническим действиям. В перерыве между жадными умелыми поцелуями я осторожно предложила принцу продолжить без браслетов, чтобы чувства стали ещё острее, на грани, чтобы сносило голову ещё больше, и Раймус, к моему удивлению, согласился без особых раздумий. В его глазах вспыхнули какая-то бесшабашность и безумие, а ещё такое дикое желание, которые отозвались во мне горячей волной.

Правда, в этот раз снесло голову и у меня, но я была готова к этому и постаралась получить наслаждение и удовлетворение от близости с истинной парой.

И я его получила.

После мы пили вкуснейшее вино из изящных бокалов, что было трудно сделать, так как принц оплёл своё тело моим как лианой, а потом почти сразу мы заснули в объятиях друг друга. Только Раймус надолго под действием сильнейшего снотворного, а я — на полчасика.

Посмотрела на время — пока его было достаточно, и оно было необходимо, чтобы понять, как Раймус снимает наши парные браслеты. И поскольку у меня, в отличие от него, после первого раза голова оставалась трезвой, а он не почувствовал подвоха, я запомнила его быстрые резкие движения, а вот слов-заклинаний не расслышала, но необходимых древних и даже древнейших слов-заклинаний у меня в арсенале было огромное количество, и сейчас нужно просто подобрать необходимое.

Я должна была узнать, как снять браслет, потому что перед бегством решила забрать браслет принца с собой, — у меня появились на него планы. Достаточно грандиозные и сумасшедшие.

И ещё я должна была проверить комнату принца на наличие кристалла Кэмпба. Наверняка он оставил один кристалл себе. Только где его спрятал?

И всё же до сих пор не верилось, что такой человек, как Раймус, смог разделить кристаллы ожерелья и распродать их. Для чего? В золотых он явно не нуждался, редкие артефакты собирал и воровал тоже по всему миру, а вот в активированном древнем ожерелье силы не нуждался?

Этот вопрос не давал покоя.

Я исследовала спальню принца, пересмотрела все его вещи, пыталась услышать зов камня, но кристалл рода Кэмпбов не нашла. Хотя бы полностью разряженный.

Возможно, принц хранил кристалл не в покоях. Во дворце было много комнат. А возможно, кристалл находился в кабинете в сейфе в Министерстве безопасности. Если там, то достать его практически невозможно. Если же он находился во дворце, то шанс, хоть и маленький, есть.

Заветное магическое слово я подобрала достаточно сложно, поскольку это было не одно слово, и настолько замудренная комбинация, что я отгадала ее только благодаря тому, что очень много читала в университете древних хроник.

В итоге я совершенно поражённая уставилась на спящего мужчину. Как он смог настолько усложнить снятие браслетов? Неужели Раймус Ринский помимо всего прочего является артефактором, причём очень талантливым, с глубочайшими знаниями?

Я подошла к своей истинной паре, сейчас без браслета, сдерживающего чувства, и вновь почувствовала к принцу безудержную нежность и всё то, что доверчивые глупые девицы называли любовью.

Я решительно надела браслет, защёлкнув его на запястье. Браслет стал невидимым, сливаясь с кожей. Ненужное и опасное чувство испарилось. Я произнесла необходимые заклинания, проделала необходимые пассы, и он вновь стал видимым, сделала другие — браслет открылся. Я облегченно вздохнула, — эту загадку я разгадала.

Положила браслеты на стол и вернулась к любовнику. Я решила побыть ещё немного счастливой и желанной. Любимой. Легла рядом с Раймусом, всем телом приникла к его горячему мощному телу. Он пошевелился, что-то пробормотал и обнял меня, крепко прижимая к себе. Я слегка развернулась, устроилась поудобнее, лицо оказалось напротив его лица.

Необыкновенные чувства вновь переполняли меня, действие снотворного должно было закончиться, и я хотела вновь почувствовать то сумасшествие, которое недавно творилось между нами. Я поцеловала спящего принца, слегка прикусила его за губу, погладила одной рукой мощное плечо с татуировками. А в следующее мгновение Раймус подмял меня под себя, накрывая собой, жадно сминая губы, удерживая мое лицо неподвижно тёплыми большими ладонями.