Глава 50. Всё вокруг такая ерунда

Яра

— Я настоятельно рекомендую тебе возобновить наши сессии, Ярослава, — говорит Ольга Ивановна, складывая руки в замок перед собой и глядя на меня прямым, внимательным взглядом.

У мамы Дёмы очень красивый кабинет. Много дерева — паркет, панели на стенах, массивный рабочий стол. В углу — высокое растение в кадке, на подоконниках — живые цветы в горшках, которые явно не страдают от недостатка внимания. Кресла мягкие, обитые тканью цвета слоновой кости, в них хочется провалиться и остаться навсегда.

В Москве я третий день. Уже успела встретиться с Дёмой, плюс мы поужинали у его мамы и отчима. С командой из Эвентума тоже провели время — гуляли по вечерней Москве, наведались в столичный офис компании. Сегодня корпорат итальянцев, завтра поздно вечером вылет домой...

Дёма меня буквально выпнул пообщаться с его матерью как с психологом. И совершенно точно встал на сторону Саши во всей этой истории. Хоть и прямо не обозначил свою позицию. Но я же не дура... Только вопрос в том, что там и нет ничьей стороны. Я прекрасно понимаю, что у Акимова не было намерения испоганить последнюю крупицу моих отношений с отцом. Он ни о каких деталях не знал просто-напросто. Очередные последствия глупости обоих в виде полного кавардака в моей жизни. Саша не подумал, когда что-то говорил почти семилетке, а я не предупредила о рисках.

Паузу с Акимовым я воспринимаю именно как паузу, а не как разрыв полный. Хотя Белый утверждал мне вчера, что расставание и есть слово-синоним к паузе.

По поводу слетевшего с катушек отца... дела обстоят примерно никак. Тут и обсуждать нечего, кроме, пожалуй, одного момента...

— Ярослава, ты слышишь меня? — привлекает мое внимание Ольга Ивановна.

— Да, простите, просто задумалась. — Перестаю мониторить злосчастный фикус и снова смотрю на женщину. — Мне неудобно, что вы будете тратить на меня время. Тем более бесплатно.

— Почему ты воспринимаешь это именно как трату времени? — Она слегка наклоняет голову. — Я очень тобой дорожу, Яра. Как и мой сын, например, или как и твой Саша, уверена, тоже. Ты забываешь, кажется, что на планете есть люди, кроме твоей сестры, которым ты так же сильно нужна, которые тебя любят и которым ты отвечаешь взаимностью.

— Знаю, что вы собираетесь сказать: Мире я не мама...

— Так и есть, Ярослава. — Ольга Ивановна говорит очень ровно и спокойно. — Мы тогда рано закончили терапию. Тебе так и не удалось сепарироваться.

— Я живу отдельно почти два года... — выдаю с легкой обидой.

— И? — выгибает бровь психолог. — Твоя гиперопека же не закончилась, только перешла в иной формат. Ведь так?

Молчу. Потому что это правда. Ольга Ивановна просто кивает, словно в подтверждении собственных слов.

— Тебе нужно учиться быть сестрой, а не контролирующим родителем. А главное — не отдавать все свои чувства только Мире. Оставить достаточную часть девушки по имени Ярослава и самой себе, и своему молодому человеку, и другим близким людям. Ты бросаешься на амбразуру, готова идти на всё, лишь бы отец разрешил тебе видеться с Мирой. Но это не то, что ты должна заслужить. Это обычное общение с родным человеком. Твоей вины в том, что произошло у взрослого мужчины в отношениях с женой, нет и не было. Тут только стоит вопрос в категоричности и ультимативности суждений твоего родителя.

— То есть я должна забить и тупо ждать, когда отец разродится адекватным восприятием действительности, правильно понимаю?

— Нет, Ярослава, попытаться наладить контакт, чтобы попробовать где-то вразумить отца, — да, это всё еще нужно. — Ольга Ивановна поправляет очки. — Но не костьми ради этого лечь, понимаешь? Ты же не думаешь, что Мира возьмет и враз о тебе забудет? Даст отцу спокойно жить в этом плане? Она уже далеко не в том возрасте... Тем более ты же говоришь, что эта женщина, с которой сейчас живет отец, пыталась с тобой связаться.

Да, кстати, это как раз тот самый момент, о котором я вскользь упомянула ранее.

Потому что не далее как позавчера мне поступил звонок с неизвестного номера.

— Ярослава?

— Да...

— Меня зовут Ирина, я хотела бы с вами поговорить по поводу вашей сестры.

— С ней что-то случилось? Вы кто? — начинаю паниковать, сжимая телефон чуть ли не до треска.

— Нет, что вы, с ней всё в порядке. — Голос у женщины спокойный, мягкий. — А я... ну, в общем, в отношениях с вашим отцом. Вы наверняка уже в курсе…

— Да, наслышана, к сожалению. — Чувствую, как внутри закипает злость. — Вы в курсе вообще, с кем живете, а? Или вы такая же? Поугрожать мне звоните? Условия поставить...

— Ярослава, послушайте меня буквально минуту. — Женщина перебивает мой поток сарказма. — Я отлично понимаю, как вы ко мне потенциально можете относиться. Но с Сережей, то есть с вашим папой, я знакома еще со школы. Это моя первая любовь. Да, наши дороги разошлись давным-давно, ещё в университете, у меня потом появилась семья, у него тоже...

— Две семьи.

— Что?

— Две семьи, говорю. — Мой голос становится жестче. — Он вам не рассказал, что полностью оправдывал предубеждения о своей профессии?

Женщина снова судорожно вздыхает, но упорно продолжает.

— Да, я на самом деле в курсе... многих деталей. Так получилось, что мы вот спустя столько лет сошлись. В жизни так бывает, но вы имеете полное право меня осуждать. Знаю, что между вами произошла ссора, и мне, положа руку на сердце, не близки методы Сережи. Поэтому я со своей стороны пытаюсь воззвать его к логике... Мира — очень хорошая девочка, она вами дорожит, как никем другим. Я со своей стороны сделаю все, чтобы ваш контакт с сестрой никак не прерывался.

— Зачем вам это? Зачем вам чужой ребенок?

— Понимаю, Ярослава, что позиция мачехи не вызывает доверия. — Ее голос становится тише, но настойчивее. — Но у меня трое своих детей, они уже выросли, двое даже успели и семьи завести. Я к Мире со всей душой, поверьте. И к вам тоже, если вы захотите общаться. И, на самом деле, звоню, чтобы передать трубку вашей сестре, чтобы вы были спокойны по поводу нее, могли пообщаться. А вообще приезжайте в гости. Пусть даже пока Сережа будет на работе, чтобы не было между вами напряженности.

— Собираетесь скрыть этот звонок и приглашение в гости от моего отца? — Чувствую, как во мне борются недоверие и какая-то перспектива. — Либо вы не понимаете, что будут последствия, либо от меня вам что-то надо.

— Я не собираюсь ничего от Сережи скрывать. — Женщина говорит спокойно, почти ласково. — Моя позиция в том, чтобы вы с Мирой общались, чтобы у всех нас были налажены отношения. Она открытая. Его позиция сейчас построена только на эмоциях и является временной. Поверьте, я не собираюсь скрывать ни факт нашего с вами разговора, ни вашего взаимодействия с Мирой.

Да, я действительно пообщалась с Мирой. К тому же эта Ирина прислала мне адрес, попросила сообщить о возвращении в Новосиб, чтобы мы договорились о встрече.

— Ольга Ивановна, — произношу, возвращаясь в реальность, — я не хочу строить воздушные замки по поводу благих намерений старой-новой пассии отца. И думать, что точно всё наладится. Тем более вряд ли ее можно назвать нормальной, раз она связалась с моим отцом. Я этого не понимаю.

— Это ее выбор, Яра. — Ольга Ивановна смотрит на меня тепло, почти по-матерински. — Не все мачехи — злыдни. Нельзя всех под одну гребенку. Я ведь и сама общаюсь с детьми моего мужа, у нас более чем хорошие отношения. Сложности бывают, но это всего лишь мелочи жизни.

Она делает паузу, потом наклоняется ко мне чуть ближе.

— Пожалуйста, Яра, просто позволь себя любить. Другим людям. Да, семью не выбирают, но ты не обязана подстраиваться. Не стоит в девятнадцать застревать в заботах о сестре и гонках за вниманием отца. Ты молодая, умная, прекрасная. Это я тебе сейчас не как психолог говорю, а как представитель людей, которые тебя любят. У тебя одна обязанность — позволить себе быть счастливой. По умолчанию. Это не то, что нужно заслужить, Ярослава. Тебе уж точно.

Сглатываю ком в горле. Киваю. Потому что если сейчас начну говорить — разревусь.

Саша

По факту я мог бы пойти за советом к Белому или к Мирычу. С другими парнями таким делиться вообще не вариант — детали жизни девушки, с которой они даже не знакомы, раскрывать странно. Но я не хочу никого втягивать. Вообще. Пока что. Надо, чтобы Яра вернулась из столицы, а там уже... да хрен знает, что по факту будет.

Неизвестность.

Больше, честно говоря, мне хочется отыскать ее папашу и вправить ему мозги. Но это скорее из разряда нереалистичного.

Нет, Яра меня не игнорит. Она ответила мне на вопрос о том, как долетела до столицы. Это раз. Потом я лайкнул и откомментил в личке ее фотку на Красной площади — с румяными от мороза щечками, пухлыми розовыми губами и волнистыми светлыми волосами. Написал, что она самая красивая. На это сообщение получил реакцию в виде сердечка. Это два.

Вчера мы с парнями отмечали днюху Русика. Выложил фотку за игрой в «Подземелье и драконы», где помимо карточек у меня в руке был шампур с шашлыком. Яра уже в свою очередь это откомментила в личке: «Не думала, что тебе так настолько зашло глотать лампочку...»

Ответил моментально: «Ты просто ещё не знаешь, что шашлык Русика стоит даже двух таких процедур».

Она поставила на сообщение смайлик, закатывающий глаза. Это была вся реакция. Больше ничего не написала.

Но и я тоже промолчал.

До Нового года остается восемь сраных дней. По факту до моего дня рождения тоже столько же. Понятно же, с кем я желаю оба праздника встретить.

Надеюсь, мы с Ярой решим проблемы. Если произвести нехитрую математику, за три недели наших отношений мы один раз поругались, сходили на два свидания, провели кучу времени вместе в нашей квартире, перешли к более интимным вариантам близости и поставили всё на паузу. Какая-то кривая падения выходит…

Кстати, сам Белый мне, на самом деле, писал по поводу Яры. Но я уже говорил, что ситуацию пока обсуждать не хотелось. Ни с кем.

Дёмыч: Ты там как?

Я: Херово.

Дёмыч: Хочешь заобщаться по поводу Яры?

Я: Не особо, хочу понимать ее сам...

Дёмыч: Всё наладится, Аким. Просто Мира для нее слишком больная тема. Маман моя говорит, что Ярику нужна помощь, чтобы расставить более четкие роли. Она поможет ей в этом.

Я: Окей, спасибо, что сказал.

Да понял я и сам, что в плане Миры Ярослава слегка повернута. Это было заметно и до начала наших отношений. Да даже когда я в школе учился и мы возили ее сестру в Новосиб, было отчасти ясно, что на Яре много ответственности в этом плане. Просто как во всем этом разобраться теперь: как они с Мирой станут общаться, да и будут ли вообще... Даст ли ее чокнутый папашка это сделать? Если бы только Яра позволила ей помочь, поддержать, мы бы точно что-то придумали вместе. Ручаюсь.

В заебышных мыслях сажусь в машину на парковке «Эвентума», собираясь укатить домой. Приезжал глянуть партию мерча и взять парочку худаков и термокружек: себе и Яре. Она фанатеет по нашему мерчу, а обновленный еще не видела.

Только собираюсь заводить машину, как открывается пассажирская дверь и на переднее сиденье внаглую и беспардонно влезает Измайлова. Настолько охреневаю, что секунд на десять теряю дар речи.

— Привет, Саш! — начинает щебетать она, поправляя волосы. — Так удобно, что ты тут оказался. Ты же домой, да? Или куда? Можешь меня высадить прямо за следующим поворотом, мне нужно сертификаты забрать для своей команды. А я просто нацепила эти сапоги на каблуках, уже за день чуть раз десять не упала.

Слушаю ее нестройный ряд предложений. Потом быстро сканирую обстановку. Потому что я не идиот. Замечаю, что девчонка слегка косится на курилку напротив, а там стоят какие-то девчонки — явно тоже из «Эвентума». Быстро догоняю, в чем сыр-бор.

— Выходи, — произношу спокойно, но холодно.

— В смысле? — Она делает удивленные глаза. — Мне же чуть-чуть надо проехать, Саш. Просто прошу тебя помочь. По-дружески.

— Я не извозчик. — Поворачиваюсь к ней. — И мы не друзья.

— Тебе что, тяжело девушку подвезти три метра? — Она обиженно поджимает губы. — Не думала, что ты такой.

— Ты, кажется, вообще не думаешь. — Я усмехаюсь. — Как тебя руководителем-то сделали, Измайлова?

Она краснеет, надувается, и всё еще посматривает на компанию девчонок неподалеку.

Хмыкаю и говорю:

— Ты вот старше, конечно, но не пойму, за придурка какого хера меня держишь? Хочешь чем-то там выдуманным перед ними — указываю подбородком на людей в курилке — покрасоваться? В мире каких фантазий ты живешь? Тебе четко было сказано: отвали. У меня есть девушка, это во-первых, и место, на котором ты сейчас сидишь, — ее. Во-вторых, даже если бы я был свободен, то с тобой бы не связался.

Она кажется, даже давится воздухом от моих жестких слов, пытается что-то сказать, но я быстро осаживаю:

— Выйди из моей машины и отъебись уже от меня. Иначе, блять, я клянусь, что сделаю так, что работать в «Эвентуме» ты не будешь. И мне глубоко похуй, как это звучит. И также абсолютно насрать, что ты кому-то мою угрозу растрезвонишь. Да, это именно угроза, Кира, ты правильно поняла.

Занавес.

Наконец с гордо поднятой головой девчонка выходит из машины, хлопает дверью со всей дури, а я быстро срываюсь с места, не желая наблюдать за реакцией курочек в курилке.

Уже в одиннадцатом часу вечера осознаю, что там корпорат итальянцев в разгаре у Яры. Потому что вижу, как она постит сторис с интерьерами — красиво, дорого, сильно и стильно. Надеюсь, ей удастся там хотя бы немного отвлечься от проблем.

Плюю на долбаную паузу и пишу ей.

Я: Как корпорат?

Отвечает почти моментально.

Ярослава: Огонь, размах нереальный.

Я: Надеюсь, что никакой ушлый итальянец не заманит тебя в свою страну...

Ярослава: Я больше по отечественному продукту)

Я: Фу-у-у-ух, я спокоен))

Яра пока молчит. Уже сам не останавливаюсь.

Я: С сестрой или отцом есть подвижки?

Ярослава: И да, и нет.

Я: Сможешь рассказать мне подробнее по дороге из аэропорта, например?

Это я так предлагаю ее забрать. Знаю, что мою головушку несет впереди паровоза. Опять. Меня просят об одном, а я как упертый баран впериваюсь в другое. Просто... я не могу от Яры отстать, понятно? Считайте меня нюней, каблуком, псом дворовым, как угодно. Но она по факту ничего плохого мне не сделала, не пыталась спустить на меня всех собак из-за моих необдуманных фраз в общении с Мирой. Просто, наверное, на ее месте и с учетом нашей истории я бы тоже охренел и застопорился. Это правда сложно. Следует просто вспомнить, как я ощетинился и срывался на окружающих, когда Мирыч в Канаду свалил, как винил его тогдашнюю девушку, да всех подряд в целом. Ближе брата ведь не было никого.

Короче, я Яре слишком много задолжал. И правда косякнул, хоть и без умысла.

Вижу, что девушка начинает что-то печатать в ответ, потом останавливается. Жду... Давай же, детка, давай. Скажи мне да.

Потом раздается звонок в дверь, и я бездумно иду открывать, всё еще мониторя экран.

Только вот чуть телефон не роняю от осознание того, кто именно находится за дверью. Ловлю легкую панику, а потом сразу испытываю облегчение от того, что Яра не в квартире. И вообще далеко.

— Красиво жить не запретишь, Аким, — звучит сипловатый голос.

— И тебе привет, Жень, — саркастично выдаю в ответ.

* * *

*Название главы — строчка из песни Armich «Сейчас».