Глава 23

Варя

Дочитываю сказку шепотом. Замолкаю и долго смотрю на спящих близнецов. Они такие разные, даже во сне. Рома всегда спит, повернувшись на бок и подложив ладошку под щеку. Он любит, чтобы одеяло укрывало его со всех сторон, а голова уютно утопала в подушке.

Арсений же, напротив, спит исключительно на спине в позе кремлевской звезды. При этом бывает, что его одеяло и подушка ночуют на полу, а не на кровати.

Вот и сейчас Ромка тихо посапывает, а Арсений часто крутится, раскидывая руки и ноги в разные стороны.

Аккуратно, чтобы не разбудить, укрываю его, приглушаю свет ночника и тихонько выхожу из комнаты.

Ступая босиком по теплому полу, иду на кухню и включаю чайник.

Мы живем здесь уже три дня, и все еще обустраиваемся. Не хватает кое-чего из мебели и домашних принадлежностей. Доставка из магазинов приезжает сюда по три раза на дню. Я только успеваю их разбирать и раскладывать вещи по местам.

Лешка был дважды — каждый раз по делу. Мальчишки не боятся его, но ведут с ним себя пока настороженно, особенно Рома.

Я его визитов жду и страшусь одновременно. Не нахожу себе места, когда он предупреждает, что скоро приедет и потом еще долго прихожу в себя.

Не могу привыкнуть. Порой цепенею, а иногда начинаю паниковать, безвольно наблюдая за тем, как быстро он проникает во все сферы нашей жизни. Начиная с требования предоставить все документы на детей, кончая выбором педиатра, который должен следить за их здоровьем и вовремя ставить прививки.

Лешке интересно все, что касается детей — пристрастия в еде, любимые игрушки, распорядок дня. Я делюсь всеми подробностями, но не могу отделаться от ощущения, что теряю одну за другой нити контроля.

Не так я видела мою новую самостоятельную жизнь.

Думать, что будет дальше, я и вовсе боюсь. Как мы будем взаимодействовать, когда мальчишки к нему привыкнут, станут называть папой и захотят проводить с ним больше времени? Как я смирюсь с тем, что он заберет их с собой в ту область его жизни, в которой мне не место? Как мне реагировать, когда он решит познакомить их со своей девушкой, будь то Аля или кто-нибудь другой? Как сказать о том, что не хочу их делить ни с кем, кроме него?!

Чайник давно вскипел и отключился, а я все кружу по новой кухне. Коснусь столешницы, поправлю салфетницу и поставлю поильники мальчишек в шкаф. В голове до сих пор не укладывается, что мы живем в квартире Денежко!

Лежащий на полке в прихожей телефон тихо вибрирует, и я бросаюсь за ним, опасаясь, что он разбудит детей.

Это Лешка. Я принимаю вызов и, шагая обратно на кухню, плотно прижимаю телефон к уху. Нервничаю, поэтому сразу достаю кружку и наливаю в нее чаю.

— Не слишком поздно? — спрашивает он негромко, пуская по моему телу волну вибрации. Все мышцы самопроизвольно сокращаются.

— Нет, я еще не ложилась.

— Как дела? — спрашивает он, но тут же добавляет, поясняя, что имеет в виду только мальчишек, — Дети уже спят?

— Да. Уснули.

— Я сегодня был загружен на работе. Приеду завтра вечером.

— Хорошо, — отвечаю я, отчетливо слыша усталость в его голосе.

— Я отправлю тебе номер. Это личный контакт педиатра, который наблюдает моих племянников. Врач высшей категории с большим опытом.

Я уже нашла несколько детских клиник с хорошими отзывами, но помня, что его сестра невестка самого мэра, и значит ее детей наблюдают только лучшие специалисты, мысленно сразу соглашаюсь. Я не стану препятствовать тому, что он будет делать ради наших сыновей.

— Назовешь ей вашу фамилию, — продолжает он, — она скажет, когда вам можно будет приехать на прием.

— Спасибо…

— Ты решила вопрос с няней?

— Да, я ей звонила, — рассказываю, вращая чашку с чаем вокруг своей оси. Как ни странно, это простое действие помогает успокоиться и собраться с мыслями, — Она сможет приходить к нам с понедельника. Три раза в неделю.

— Это мало?

— Нет… в прошлый раз график был таким же, и я справлялась, — прерывисто вздыхаю, — Леша, ее услуги я буду оплачивать сама.

— Это принцип? Цепляться обеими руками за свою независимость?..

— Пусть будет принцип. Я имею на это право.

Он молчит несколько секунд. Я не слышу его дыхания, и тоже не дышу.

— Я буду переводить тебе деньги на детей каждый месяц, — говорит, наконец, — Распоряжайся ими на свое усмотрение.

У меня до сих пор не получается свыкнуться с мыслью, что он перевез нас к себе, а теперь еще и полное содержание.

— Леш… не нужно, пожалуйста! У меня есть деньги и потом, я ведь собираюсь писать статьи на заказ.

— Пиши.

Попадающий в мои легкие воздух как горячий пепел обжигает все нутро. Он не пойдет на компромиссы — эти два с половиной года изменили не только меня. Денежко стал мужчиной со стальным стержнем.

Проглотив слюну, я тихо прочищаю горло и спрашиваю:

— Можно вопрос?.. Мне звонила Арина, она хочет прийти к нам в гости. Что мне ей сказать?

— О чем именно?

— О том… о том, что мы живем здесь и…

— Ты имеешь в виду, можно ли ей рассказать, от кого ты родила детей? Она не в курсе?

— Не в курсе.

В динамике раздается тяжелый вздох. Если Лешка захочет сохранить это в тайне, я пойму и придумаю, что наплести подруге.

— Мне нечего скрывать, Варя, — отвечает он, — Я не собираюсь делать из этого тайну.

— Я тоже, — шепчу в трубку, — Ей можно прийти к нам?

— Ты можешь принимать гостей. Не надо спрашивать.

— Спасибо!

— Не за что, — бросает он и отключается.

Прижав телефон к груди, я несколько минут выравниваю дыхание, потому что каждый разговор с Лешкой для меня потрясение. Знаю, что еще полночи буду вспоминать и анализировать каждое его слово и тон, они были сказаны.

Его отношение лично ко мне ранит, а поступки восхищают до глубины души. Образ, который я хранила в сердце все это время обрастает новыми чертами и влюбляет в себя еще сильнее. У моих детей замечательный отец, и если бы я три года назад слушала и верила ему, у меня был бы лучший из мужей.

Сделав несколько глотков, выливаю чай в раковину и ополаскиваю чашку. После чего захожу в контакты и нахожу номер мужа. Прошло три дня, но Станис так и не позвонил мне после «совещания».

Вчера его телефон был недоступен, а сейчас, прижав мобильник к уху, я слышу длинные гудки.

— Да? — отвечает резко.

— Станис, привет! — вздрагиваю от неожиданности.

— Здравствуй.

— Поговорим?

Он начинает смеяться, и по голосу я понимаю, что он не трезв.

— Мне сказали, ты уже живешь с ним.

— В его квартире, — поясняю я, — Не с ним, Станя.

— Вам негде жить? Твои родители выгнали вас?

— Я не хотела их стеснять. И все равно собиралась снимать квартиру!

— Снимать квартиру?! — восклицает хрипло, — Зачем тогда ты съехала с нашей?! Я вас не выгонял.

Я молчу, потому что он действительно не выгонял, но ясно дал понять, что намерен продать ее. И потом, я все равно не согласилась бы в ней остаться.

— Станис. Что ты думаешь по поводу развода?

— Твой любовник хочет признания отцовства, — говорит с усмешкой, — Но утверждает, что на тебя не претендует.

— Да.

— Зачем тогда тебе развод?

От недостатка кислорода начинает кружиться голова. Впечатавшись поясницей в столешницу, прикрываю глаза.

— Мы не семья больше, Стань.

— Мы обсудим это, когда я приеду.