Глава семнадцатая

Утром матери дома уже не оказалось, даже некому было хвастаться собственным результатом, зато был Паоло. Он ждал её на кухне — на столе появился вдруг завтрак, и Хельга предположила, что такое пробуждение ей нравилось больше, чем стандартное, под шум материнских возмущений и почти что крика. Она была рада видеть политтехнолога — как минимум потому, что рядом с ним испытывала некое спокойствие, да и он разделял её мнение относительно политической ситуации в стране, вопреки тому, что вроде бы как играл на стороне её матери.

Впрочем, он за это получал деньги, и, вероятно, не такие уж и маленькие, так что не было ничего удивительного в том, какой линии придерживался Паоло. Он мог и ненавидеть собственную клиентку, но случай её казался интересным. Если он приведёт Сивирру к победе, то будет купаться в золоте. Все пожелают работать именно с этим человеком, если дело будет в чём-то серьёзном и они, разумеется, сумеют позволить себе его услуги.

— Доброе утро, — улыбнулся он. — Заскочил рано к твоей матери, а она как раз уходила. Решил задержаться.

— Это она готовила? — спросила Хельга. — Хотя, где там, не отвечай, и так знаю, что нет, — она улыбнулась. — Мама никогда не готовит, она считает, что это ниже её собственного достоинства и портит руки.

— Ты сегодня радостнее.

— Подумала, что у матери всё равно ничего не получится, как бы она ни старалась, и успокоилась, — отмахнулась Хельга. — Она уже столько времени мечтает о президентском кресле, что я вообще перестала полагать это реальным. Её стремление превращается в редкостное безумие.

— Абсолютно согласен, — кивнул Паоло. — Но куда мне деваться с подводной лодки? Подвезти тебя на работу?

Девушка устроилась за столом на своём привычном месте и подняла на него голову, удивлённо прищурив глаза.

— Подвезти? Разве ты, как и все, не пользуешься воздушной кабиной? — общественный транспорт такого типа был поразительно распространён, а самое главное, обеспечивал достаточную скорость. Для того, чтобы успеть на работу — хотя офис был достаточно далеко от дома, — Хельге следовало выйти минут за тридцать до начала работы, и тогда она прибывала вовремя, даже с пятиминутным запасом.

Сейчас же было совсем уж рано, и она собиралась идти пешком. Насладиться свежим воздухом, снегом, почувствовать дух природы. Конечно, это достаточно долго, но, в крайнем случае, ничто не мешало ей пройти несколько остановок пешком, и потом уже сесть в воздушную кабину.

— Я сегодня на мобиле, — улыбнулся Паоло.

Девушка широко распахнула глаза. Её мать мечтала иметь собственный мобиль, но не имела прав — и ей упорно отказывались их выдавать из-за неуравновешенности. Отец обладал правами, но покупать исключительно ради него что-то до такой степени дорогое Сивирра отказывалась. Хельга же просто мечтала прокатиться на максимально доступной скорости. Она когда-то ходила на курсы по вождению, но там был только симулятор, и он поднимался разве что на два-три метра и не отлетал далеко от тренировочной дороги.

О том, чтобы оказаться в настоящем мобиле, пролететь над крышами домой, хлебнуть свежего воздуха, и речи не было. А теперь Паоло предлагал ей воспользоваться подобным автотранспортом, доступном только избранным богачам и президенту по долгу службы, когда он отправлялся в далёкие путешествия.

— Неужели у тебя и правда он есть? — прошептала Хельга, не задаваясь вопросом, за какие деньги мужчина мог позволить себе что-то вроде мобиля. — Правда? Но ведь они безумно дорогие! И это такая редкость…

— Одна из самых новых моделей, — похвалился Паоло, не уточняя, впрочем, где именно он взял транспортное средство. — Если ты умеешь водить, я могу даже пустить тебя за руль на время. Хочешь?

— Конечно, хочу! — закивала Хельга. — Но… Можно?

Она почувствовала себя маленьким ребёнком, которому родители подарили давно желанную игрушку. У Хельги не было ни достаточно богатых друзей, ни широкого спектра вольностей, чтобы позволить себе воспользоваться мобилем, а теперь — просто так, по знакомству, и он был уже готов пустить её за руль. О, если б она ещё могла на мобиле прокатиться у матери под носом, так та и вовсе проглотила бы язык от зависти! Сивирра всегда мечтала о том, как явится на работу в дорогом автотранспортном средстве, как пройдётся перед своим коллективом, как гордо вскинет голову, глядя на того же Рэйвана, своего извечного конкурента, или, может быть, на отца…

Завтрак потерял всякое значение. Теперь у Хельги горели глаза от одной лишь мысли о представленной возможности. И когда Паоло кивнул, уверенно подтверждая все, о чём он могла лишь мечтать, девушка буквально вскочила со своего места, едва не бросившись ему на шею. Такой радостной, такой увлечённой мужчина видел её впервые за несколько недель знакомства, даже своей работе Хельга радовалась всё-таки меньше, чем возможности прокатиться на дорогом транспортном средстве…

— Пойдём, — Паоло потянулся к её пальто, висевшему на крючке в прихожей. Еда так и осталась на столе, нетронутая. — Права есть? — Хельга смущённо кивнула, но он в ответ только улыбнулся. — Сначала я, отъедем в более свободное пространство, в городе ты ничего не почувствуешь…

Она буквально горела изнутри. О, а это ещё кто кого должен был соблазнять! Неужели Сивирра думала, что её манипуляции вообще реальны? Паоло чувствовал себя едва ли не злым гением, но ведь Хельга была так наивна, словно маленький ребёнок. Трудно отыскать кого-нибудь настолько неиспорченного в контексте подобной матери…

Да, оно того стоило — приходить к Рэйвану едва ли не среди ночи. Конечно, цель у Паоло была совсем другая — она даже не касалась "Жизни Человечеству". Просто какое-то удивительное предчувствие толкало его к сестре, и он, пока не увидел Каролин, мирно дремлющую на кровати, не успокоился. Но Рэйван — так уж и быть, раз пришёл, следовало говорить, — дал несколько полезных советов.

И ключи.

Паоло, проворачивая ключ в замке зажигания, слыша, как электрика бегает под пальцами, как плавно поднимается в воздух мобиль, подумал о том, что сестра и вправду казалась здоровой и счастливой. Даже если он сам не доверял Рэйвану, возможно, президент не лгал, утверждая, что Каролин не стоит возвращаться в Разруху. Там, особенно на зачищаемых территориях, ей лучше не показываться.

Паоло хотелось вернуться. Он чувствовал совсем другую скорость в своей жизни, он знал, как это — странный запах бензина, дорогой в далёком прошлом автомобиль, побитый временем — то, чем пользовались в Разрухе. И плевать на экологию, зато какой драйв, как он чувствовал дорогу! А не это, то ли машина, то ли самолёт!

Но Хельга не видела в своей жизни и такого. Она с восторгом смотрела вниз из окна мобиля, следила за тем, как растворялся город под ногами. Чувствовала, как вибрировало что-то внутри, как электрика носилась по всему корпусу. Её пальцы сами нашли солнечные батареи, она с неописуемым восторгом и застывшей на губах улыбкой следила внимательно за тем, что делал Паоло.

На самом деле, у него не было прав на вождение мобиля. Но кто спросит в воздухе, если сюда и полиция-то не доберётся? У них подобного транспортного средства днём с огнём…

В воздухе, переключив мобиль на автоуправление, Паоло улыбнулся Хельге.

— Хочешь? — он ударил по панели ладонью. — У тебя есть такая же, тут предполагается смена водителя.

Он ввёл какую-то незатейливую комбинацию, подсказанную Рэйваном, и у Хельги открылась такая же панель управления. Она оглянулась на него, словно пыталась увидеть ещё какой-то подтверждающий знак, и Паоло заставил себя кивнуть ещё раз, даже похлопать её ободряюще по плечу — а потом, украдкой, дождавшись того момента, когда она точно должна была заметить этот взгляд, скользнул глазами по стройному девичьему телу и с трудом сглотнул.

Конечно, эта искренняя заинтересованность отлично вписывалась в образ их отношений. Хельга просто не могла догадываться о том, что не самом деле творилось у него в голове, в силу собственной наивности она даже не знала, что такое бывает. Но, как на жителя Разрухи, Паоло считал, что намерения у него — достаточно мирные.

Она позволила мобилю набрать едва ли не максимальную скорость. Глаза горели — и это в таком нелепом средстве передвижения, у которого даже нет соприкосновения с землёй. Все финты, которые позволяла себе Хельга, были не такими уж и сложными — да, сейчас, когда в авиатранспорте долгие годы просто не было никакого смысла, мобили казались человечеству чем-то необыкновенным.

Но в Разрухе…

Хельга рассмеялась, ярко и солнечно, запрокинув голову назад и позволяя напряжению покинуть тело. Паоло только с улыбкой покосился на неё и перехватил руку, сжимая чужое, слишком тонкое запястье.

— Нравится? — спросил он, заранее зная ответ, и Хельга послушно кивнула, всё ещё заворожённая до предела случившимся.

— Да, — согласно отозвалась она. — Это великолепно.

Она позволила Паоло нажать какую-то кнопку, ввести комбинацию, убирая приборную панель и обращая место справа в обыкновенное, пассажирское, а после он сам вновь вернулся к управлению, резко сбавляя скорость.

— Это ещё что, — усмехнулся он. — Ты не представляешь себе, что такое гонки в Разрухе! Вот там да, там драйв…

— Неужели может быть что-нибудь лучше мобиля? — удивлённо переспросила Хельга. — Мне кажется, на обыкновенных электромобилях или тех, старых, бензиновых, такого не достигнуть…

Она в силу возраста не могла помнить особенности управления упомянутыми ею транспортными средствами. Паоло, впрочем, достаточно плохо знал историю Города, потому не мог сказать, действительно ли тут широко пользовались обыкновенными для Разрухи машинами.

— Не скажи! — покачал головой он. — Я всё испытал на своей шкуре. Когда нет никаких правил, на гонках просто сносит крышу… Хотел бы я повторить.

— Я бы попробовала, — искренне отозвалась Хельга. — Но здесь это невозможно, сам понимаешь, только сумасшедший будет нарушать законы о правилах движения…

— Ты права, — выдохнул Паоло. — Надо будет как-то добраться до Разрухи. Хотя бы ради этого, чтобы опять вдохнуть немножечко свободы…

Она не стала спорить, напротив, послушно и сдержанно кивнула, и мужчина опять позволил себе яркую, удовлетворённую улыбку. В конце концов, это было важно — Хельга чувствовала себя не просто счастливой, а влюблённой, не в самого Паоло, возможно, но уж точно в те возможности, которые он ей одним махом предоставил. Сивирра даже не представляла, в какую страшную и непредсказуемую игру она втянула дочь, но, несомненно, скоро у неё будет возможность всё осознать, от первой до последней нотки горького разочарования.

— На работу? — спросил Паоло.

— А если ты сможешь вновь отправиться в Разруху, — несмело спросила Хельга, — можно мне тоже… хоть одним глазком? Хотя бы посмотреть?

— Конечно можно, — кивнул он.

…Нет, всё-таки в мобилях был определённый плюс. Пока тот медленно плыл по воздуху в сторону президентского офиса и не требовал никакого постороннего управления, Паоло притянул Хельгу к себе, впервые в жизни касаясь её губ: и девушка была не против, отвечая на поцелуй с неожиданной для себя страстью.

Возможно, ей даже показалось, что так она ещё лучше выполнит требование собственной матери.

* * *

— Потрясающе, — вздохнул Малик. — И как ты только всё это находишь?

— Всё это? — Сивирра радостно улыбнулась. — У меня есть свои источники. Итак, что у нас есть?

— О, — Малик потянулся, позволяя себе немного расслабиться, и женщина с некоторым недовольством отметила, что рвение к делу у него было всё-таки не столь сильное, как у неё самой. — В первую очередь, это твои бумаги относительно планов Рэйвана. Определённо, он сейчас стремительно теряет свои позиции. Потом… Этот выстрел — у него явно есть враги в Разрухе, интересно, какие? Надо будет выяснить поподробнее, но мне пока что очень нравится сама возможность засадить Рэйвана. И, наконец, то, что он поругался со своей помощницей. Она многое может выдать?

— Более чем, — кивнула Сивирра. — Если заставить девочку разговориться, то она окажется неплохим союзником.

Малик казался полностью удовлетворённым. До этого в нём чувствовался некий страх, словно он опасался столь сильного противника, но, как только Сивирра всучила ему новые данные, всё беспокойство мужчины отошло на задний план. Теперь он чувствовал себя практически победителем, способным получить большой куш в игре. Так или иначе, "Жизнь Человечеству" — сообщество, способное оказать неоценимую помощь любому кандидату.

— К нам в последние несколько часов присоединилось больше членов, чем за весь прошлый год, — гордо провозгласил Малик. — И темпы только растут. Скоро на нашей стороне будет весь Город, и от Рэйвана не останется и мокрого места. И так ему и надо!

Сивирра усмехнулась. Да, она разыграла идеальную комбинацию, столкнув нос к носу тех, кого столкнуть казалось и вовсе нереальным. Поразительно, что она до сих пор имела возможность держаться в стороне, хоть и выступала почти во главе "Жизни Человечеству".

Шерман чувствовала себя практически гениальной. Просматривая то, что сумел уже опубликовать Малик, она чувствовала себя едва ли не королевой, и от осознания собственной приближающейся победы становилось не по себе. Сивирра никак не могла поверить в то, что сумела подобраться до такой степени близко.

— Идёт, — сквозь странные грёзы прорвался голос собеседника. — Мне пора, не особо хочу сталкиваться с помощницей Тэлоуинна. Может быть, она планирует выдрать мне глаза, говорят, эксцентричная барышня…

Малик всегда был трусом, но сегодня Сивирру это даже не разозлило. Она проводила его совершенно равнодушным взглядом и махнула Лаиде, показавшейся на входе в один из залов "Химеры". Официант, подбежавший было к девушке, остановился на полпути, позволяя ей пройти к своему столику, и только тогда уже склонился в льстивом полупоклоне перед двумя женщинами.

— Чего-нибудь желаете? — спросил он.

Лаида отрицательно покачала головой. Сивирра уже взяла кофе, оправдав собственное присутствие в ресторане, и технически выгнать их никто не имел права, а больше ничего и не требовалось.

— Я не уверена, — первой начала девушка, — что это вообще законно. И что из этого получится что-нибудь хорошее. Для того, чтобы принести больше, мне придётся всё-таки вернуться на рабочее место, а это уже промышленный шпионаж и беззаконница.

Сивирра вздохнула. Ей частенько приходилось сталкиваться с этими притворно добропорядочными личностями, которые так и норовят потом подставить, и теперь в ней взыграло любопытство — а как быстро Лаида сдуется и потеряет желание подставлять возлюбленное начальство? Она, в конце концов, казалась эдаким простачком на территории всеобщей ненависти, и эта игра…

Нет. Не следовало недооценивать помощницу Рэйвана, служившую ему уже почти десять лет. В конце концов, если он так долго держал её при себе, значит, в девочке был всё-таки смысл. А если в девочке был смысл…

Продолжать линию размышлений не хотелось. Само собой, Сивирра прекрасно знала, что Тэлоуинн не стал бы доверяться какой-то совсем глупой, недалёкой, ненормальной девице. Но он мог серьёзно её обидеть, и теперь, предположительно, девушка сама мечтала о том, чтобы показать место своему начальству. Заставить его никогда не оскорблять её больше, не наносить преступные удары.

— Что случилось? — неожиданно ласково спросила Сивирра. — Я… Я когда-то серьёзно ему помогла, а потом, придя однажды, услышала такое сухое — "у тебя муж, дети, и это не отношения, Сиви, это нельзя продолжать". Мне сначала показалось, что он немного смущённый, а потом я поняла — он просто пытается поскорее сбежать от меня, так, чтобы ловко, чтобы не устраивать скандал. Я ему об этом сказала, и услышала в ответ то, чего не пожелала бы услышать больше ни единой женщине из Города. На такое заслуживают, наверное, только редкие дамы из Разрухи.

Лаида кивнула, растерянная, и, решившись, выдохнула:

— Мне даже некому рассказать об этом… Я его искренне любила, честно. Все эти отношения, что пыталась завести, работая на него, это всё была фикция, мне казалось, что так я смогу вытолкать его из своего сознания, но не получалось. Я ж почти захлёбывалась в той ответственности, которую он на меня возлагал, Лаида, сделай то, сделай сё… — она запнулась. — Я за день переделала вчера то, что он мне задал на целую неделю, приехала, чтобы доложить об успехах, а потом сказать ему, что творит ваша "Жизнь Человечеству", а он…

Она всхлипнула, но не позволила слезинке скользнуть по щеке, только поспешно промокнула лицо платком. Лаида почти не пользовалась косметикой, в отличие от её собеседницы, и сейчас тоже казалась значительно моложе своих лет, маленьким растерянным ребёнком.

От ассоциации любой стало бы дурно, но Сивирра не позволяла себе слабостей по отношению к кому-либо. Потому она только внимательнее прислушалась к этому жалкому лепету, выдаваемому девушкой, надеясь отмести прочь лишнее и вытащить из неё более разумные фразы.

— Он меня прогнал, — выдохнула Лаида. — Я сначала подумала, что это временная обида, но если б он позвонил, попросил прощения, а не… Думает, что ли, что я сама к нему прибегу?

Сивирра сжала руку в кулак, словно пыталась представить, как медленно превращаются в пепел кости Рэйвана. Её личная обида была похожей, хотя и совершенно другого типа, она чувствовала себя преступницей, убивающейся по тому поводу, что её осудили, а Лаида — словно волонтёр, который до последнего дня надеялся на зарплату.

Но общее между ними было. И это подталкивало к сотрудничеству.

— Послушай, — Сивирра не позволила себе даже мимолётного прикосновения. Лаида не была мужчиной, и почему-то женщине казалось, что тактильно реально почувствовать ложь, всё то, что она придумала в порыве завоевания рабочего места. Лучше будет, если эта девушка просто послушает, покивает, а потом отправится выполнять, как послушная собачонка. — Так мы ничего не достигнем. Словами Рэйвана не уничтожить.

— Я не хочу его уничтожать…

— Ты не понимаешь! — воскликнула Шерман. — Я бы и сама давно о нём забыла, но… Ты веришь в предчувствие, в интуицию? Моя меня никогда не подводила, а я буквально вижу, что что-то в этом всём не так. Рэйван темнит. Он что-то скрывает, скрывает отчаянно, может быть, с зачисткой что-то не то?

— Я бы знала, — возразила Лаида.

— Но есть же у него тайные дела? Я слышала о покушении. Медицинская карта. Наверняка у тебя хранится полно данных, и если бы я имела к ним доступ…

Лаида казалась неуверенной, но убедить её было не так уж и сложно. По крайней мере, сейчас, когда Сивирра вплотную взялась за неё. Паоло, несомненно, молодец, и идею он подкинул дельную, а самое главное, как же вовремя! Сейчас, когда взгляд Беланже был затуманен обидой, когда её руки подрагивали, когда она поджимала губы и сердито смотрела на каждого мужчину, когда всё, что угодно, вызывало у неё моментальную ассоциацию с Рэйваном, о, как же легко было отыграться! Как легко было её завоевать, просто взять и перетянуть на свою сторону!

Не в пример легче, чем прежде.

— Тебе стоит забрать с работы все документы. Если я не обнаружу там ничего, что способно причинить вред Городу — может быть, ты что-то проглядела, может, что-то забыла? — то я, конечно же, не стану этим пользоваться. Понимаешь, у меня есть несколько гипотез, но мне нужно видеть и финансовые распечатки, и многое другое для того, чтобы всё-таки принять решение… Говорят, и я этому верю, что Рэйван достаточно тесно связан с Разрухой.

— Подозрения всегда есть, — мрачно отозвалась Лаида, — но никто до сих пор не сумел их подтвердить. И мне кажется, что там и подтверждать-то нечего. Я десять лет с ним проработала, если у Рэйвана и есть огрехи, то такие незначительные…

Она запнулась. Говорить о секретных делах, поняла Сивирра, всё ещё было неуютно, и тему разговора — если она собиралась вытрясти из девчонки хоть что-то, — необходимо было срочно сменить.

— Что он сделал? — спросила наконец-то женщина. — Что он тебе сказал? Мне кажется, такую стойкую, выдержавшую рядом с ним десять лет, было бы довольно трудно обидеть.

— У Рэйвана это получилось. Как-то само по себе, — призналась Лаида. — Я никогда не говорила ему о своих чувствах, я бы спокойно выстояла и его свадьбу, и всё на свете, даже не обратила бы на это внимания, наверное, я была бы рядом и помогала, пока наконец-то не сделала бы для него больше, чем способен сделать кто угодно, но это!

Сивирра только сочувствующе кивала, послушно всматриваясь в глаза Лаиды. Она не хотела смотреть на неё настолько прямо, опасалась, что девушка могла почувствовать что-то неладное, потому вперила взгляд в переносицу. Заветный способ, известный ещё очень и очень давно, помогал.

Лаида, кажется, немного расслабилась. Её обида волнами выкатывалась наружу, словно пыталась затопить несчастную "Химеру", но Шерман оставалась стойкой. Она никогда не страдала особой чуткостью, даже по отношению к бедам собственной дочери, не то что какой-то посторонней девицы.

— Он меня оскорбил. Он сказал, что мне нечего являться к нему домой, что я влезаю туда, куда влезать не стоит… Он сказал это одним взглядом! Мне даже слова не понадобились для того, чтобы всё понять, я и так всё отлично почувствовала. Не могла не почувствовать, мы очень долго сотрудничали, чтобы проигнорировать особо очевидные знаки, и я…

Она хватала ртом воздух, и Сивирра жестом подозвала официанта. Тот понял всё и без слов, поставил перед Лаидой бокал с водой, и она, не растрачивая себя на благодарности, осушила его почти что одним глотком.

— Принеси ещё, — попросила Сивирра. — Лучше сразу графин.

Лаида сидела, опустив голову. Она обычно была довольно скупа на эмоции, а сегодня вот сорвалась. Наверное, слишком напряглась, да и стресс никогда не проходит бесследно. Сивирра в таком состоянии пребывала лишь раз, много лет назад, и ни за что не хотела бы испытать это на себе вновь.

Она почувствовала некое родство с Беланже, но это тоже было вызвано искусственно, для того, чтобы лучше сыграть роль, проникнуться чувствами совершенно постороннего для неё человека.

— Я больше так не могу, — призналась Лаида. — Если нужно…

— Сходи завтра в офис, — посоветовала Сивирра. — Пересмотри документацию. И возьми то, что считаешь нужным. Если он и вправду сволочь? Если мы, пожалев его, понадеявшись на честность, в итоге всё-таки получим полноценного тирана? Ты думала о том, что будет, если он всё-таки слишком активно возьмётся за зачистку? А если он — пособник Разрухи?!

Лаида содрогнулась. От одной этой мысли оскорблённая женская душа ликовала — ей хотелось, пусть даже тайно, пусть просто подсознательно, но хотелось мести! А Сивирра предлагала её обеспечить.

— Хорошо, — согласилась девушка. — Я сделаю всё, что смогу. Мы сможем встретиться завтра, правда?

— Да, — Сивирра улыбнулась. — Я знала, что ты примешь правильное решение.