Глава 38 · Джулс

Удивительно. Я уезжала в Огайо, ожидая кошмар, а вернулась, понимая, что испытала катарсис.

Поездка собрала беспорядочные, размытые фрагменты моей жизни и подарила резкое облегчение.

Аластер мертв и больше не сможет причинить мне вреда.

Мама умерла, и сколько бы я ни мучилась из-за всяких «если», она никогда не вернется.

Макс оставался угрозой, но он странным образом замолчал. А пока он не сделает следующий шаг, я практически бессильна.

А Джош… Джош стал одним из немногих светлых пятен в моей дерьмовой жизни. Переход от вражды с преимуществами к отношениям со свиданиями напоминал прыжок со скалы – он мог закончиться самым волнующим в жизни опытом или полной катастрофой.

Но хватит с меня сожалений. Я не хотела, чтобы Джош стал одним из них.

Иногда нужно прыгнуть, иначе есть риск застрять навсегда.

– Что думаешь? – Я медленно повернулась, демонстрируя Стелле наряд.

Сегодня у нас с Джошем было первое официальное свидание, но несмотря на все мои уговоры, угрозы и просьбы, он не признавался, куда мы пойдем, – так что одежду подбирать пришлось наугад. Он лишь посоветовал одеться красиво, но не слишком – легче не стало.

После долгих мучений я выбрала синий сарафан, надела сандалии и уложила волосы в высокий хвост, чтобы защититься от июньской жары. Весело, кокетливо и вполне непринужденно для прогулки по парку, но и достаточно нарядно для хорошего ресторана.

По крайней мере, я на это надеялась.

Стелла внимательно меня осмотрела и показала большой палец.

– Идеально.

Слава богу. Переодеваться было некогда. Я уже опаздывала.

Поскольку Джош не мог за мной заехать, мы договорились встретиться в Джорджтауне.

И когда я увидела его в назначенном месте, у меня перехватило дыхание.

Белая рубашка. Темные джинсы. Растрепанные волосы. Так великолепен, что у меня екнуло сердце.

Возможно, лучше бы мы по-прежнему ненавидели друг друга – наши отношения не слишком хорошо сказывались на моем сердечном здоровье.

– Привет, Рыжая. – Джош посмотрел на меня, и у него загорелись глаза. – Рад видеть, что ты наконец привела себя в порядок.

– Рада видеть, что ты наконец похож на человека. – Я столь же нарочито оглядела его. – Сколько заплатил за кожаный костюм, чтобы спрятать рога и змеиную чешую?

– Он достался мне бесплатно. За красивые глаза, – протянул он.

– Думаю, продавец просто испугался, что ты задушишь его своим эго, если не уйдешь в ближайшее время.

Его смех напоминал расплавленную карамель.

– Я чертовски скучал.

Он повел меня по улице к загадочному месту назначения.

– Прошло три дня.

– Знаю.

Внутри все затрепетало. Черт подери. Когда он не вел себя как придурок, он мог быть таким… милым.

– Так ты скажешь, куда мы идем?

Я не могла удержаться от расспросов. Почему мы встретились не в нужном месте, а на каком-то случайном углу?

Он нарочито тяжело вздохнул:

– Терпение.

– Не знаю, что это такое, но звучит скучно.

Он покосился на меня, и я подавила смешок.

– Ты невыносима.

– А ты говоришь, что скучал и идешь со мной на свидание. Что это значит?

– Что я жажду красивых страданий.

Я закусила губу, пытаясь сдержать улыбку.

– Тебе следует в этом разобраться. Звучит нездорово.

– А я уже. Боюсь, лекарства нет.

Я споткнулась о булыжник и упала бы на тротуар, если бы Джош не поймал меня за запястье.

– Осторожно, – сказал он, и во взгляде светилось веселье. Ублюдок точно знал, что делает. – Не упади.

– И не собираюсь, – надменно ответила я и разгладила юбку, чувствуя, как краснеют щеки.

Минут через пять мы наконец остановились возле крошечного магазинчика с полосатым навесом и золотой надписью «Аполло Хилл Букс». Стопки книг заполняли витрину, скрывая внутреннее пространство, а на тротуаре страдали под тяжестью уцененных томов две синие тележки.

Я поняла, почему Джош назначил встречу в другом месте, – улица подходила лишь для пешеходов и велосипедистов. У машины не было никаких шансов протиснуться. То же касалось и соседних улиц.

– Добро пожаловать в лучший книжный города. – Джош торжественно обвел здание рукой и ухмыльнулся моему ошарашенному виду.

– Почему я никогда про него не слышала? – Сердце забилось быстрее при мысли о том, что скрывается за белой деревянной дверью. Найти новый книжный – словно найти новый драгоценный камень: волнующе и волшебно. – Я живу здесь уже много лет.

– Он открылся несколько месяцев назад и остался незамеченным. Мне рассказал коллега, хозяйка магазина – подруга его двоюродной сестры.

Джош открыл дверь.

Я зашла внутрь и сразу влюбилась. Нет, не так. Я втрескалась по уши, мгновенно и сильно, покоренная стеллажами до потолка, очаровательно небрежными стопками на овальном столе в середине и сладковатым мускусным ароматом старых книг. Яркий изумрудный ковер контрастировал со сдержанными кремовыми стенами, а кованые люстры заливали пространство теплым светом.

Книжный магазин моей мечты, воплощенный в реальность.

– Я же говорил? – Бархатный голос Джоша ласково пробежал по спине. – Лучший книжный в городе.

Внутри не оказалось никого, кроме нас и хозяйки. Трудно было поверить, что по другую сторону двери скрываются городской шум и суета. Здесь царила такая тишина, словно мы попали в секретный мир, созданный специально для нас.

– Первый и последний раз вынуждена признать: ты прав. – Я благоговейно провела рукой по ближайшей стопке. Здесь были как новые, так и подержанные книги, и мне хотелось изучить все. – Мы проведем свидание, рассматривая книги? Если что, я только за.

– Вроде того. – Джош прислонился к книжному шкафу и сунул руку в карман – великолепное воплощение беззаботности. – И начать стоит с твоей любимой детской книги.

– Почему?

– Просто поверь.

Он кивнул на ближайшую детскую секцию.

Взгляд Джоша согревал мою кожу, пока я осматривала полки. Я обнаружила три экземпляра «Паутины Шарлотты» и предположила, что внутри должна быть записка или что-то вроде.

По коже побежали мурашки – он запомнил столь незначительную деталь нашего разговора в Огайо.

Сосредоточься, Джулс.

Я взяла с полки первую книгу и пролистала страницы. Ничего необычного.

Проверила вторую. Ничего.

Но когда я открыла третью, на пол упал клочок бумаги. Я подняла его, и мои губы тронула улыбка, когда я прочитала слова, написанные аккуратным почерком Джоша.

Твоя любимая еда, но ее нужно приготовить.

Ш3, П4, № 10.

– Это книжный квест? – Я подпрыгнула от восторга.

– Квест и головоломка. – У Джоша на щеке появилась ямочка. – Хочу убедиться, что твои умственные способности соответствуют моим стандартам, Рыжая. Я не встречаюсь с дурочками.

– Ясное дело. Хоть кто-то в паре должен соображать.

Джош мягко рассмеялся:

– Разгадай загадку, прежде чем дерзить, дорогая. Если справишься, получишь приз.

Я оживилась. Обожаю призы. У меня целая коробка сертификатов, кубков и медалей, выигранных в школе и колледже.

– Какой?

– Узнаешь. А может, и нет. – Он пожал плечами. – Посмотрим.

Внутри все вибрировало от нашего разговора и от азарта, но я подавила желание продолжать перепалку и снова сосредоточилась на подсказке.

Твоя любимая еда, но ее нужно приготовить – речь явно о книге итальянских рецептов.

А Ш3, П4, № 10… Я попыталась разгадать значение. Это квест, а значит, скорее всего подсказка ведет к определенной книге. Все книги расположены в алфавитном порядке по фамилиям авторов, так что же могут обозначать цифры?

Я осмотрела книжные шкафы…

И обратила внимание на табличку с цифрой один. Она висела на краю ближайшего шкафа.

Книги не пронумерованы, зато пронумерованы шкафы, и в каждом – несколько полок. Книжный шкаф и полка. Ш3 П4.

Секция кулинарных книг, третий шкаф, четвертая полка… № 10. Десятая книга на полке?

Стоит попробовать.

Сердце колотилось от нетерпения, когда я направилась к указанной полке и пересчитала книги. Раз, два, три, четыре…

Десять – книга итальянских рецептов.

Меня охватил восторг. Я бросила на Джоша торжествующий взгляд – он пытался, но не смог сдержать улыбку, – а потом пролистала книгу и нашла вторую записку.

Теперь, когда я разгадала шифр, действовать стало проще. Шифр привел меня в раздел путешествий, к толстому путеводителю по Италии. Потом – в раздел искусства, к биографии Микеланджело, а оттуда – к роману о художнике, который влюбился в соседку, ставшую его музой.

В записке из любовного романа не было подсказки. Она состояла из одного предложения.

Джулс, пойдем на свидание?

Может ли человек растаять? Мое состояние объяснялось исключительно этим – колени ослабли, а внутренности размякли. Я превратилась в клубок эмоций, скрепленный бешеным сердцебиением и стайкой бабочек.

– Идиот, мы уже на свидании.

От улыбки у меня заболели щеки. Озорство на лице Джоша сменилось чем-то более теплым.

– Я подумал, мне следует спросить официально, прежде чем мы отправимся в следующее место.

– Куда?

– Увидишь. Спасибо, Луна.

Он кивнул улыбающейся владелице, которая протянула ему сумку с книгами. Я так увлеклась квестом, что даже не заметила, как она следовала за мной, подбирая каждую книгу с подсказкой.

– Книги твои. На случай, если вдруг захочется разнообразить круг чтения, – сказал Джош.

Я была слишком ошеломлена, чтобы придумать достойный ответ.

– Как ты это устроил?

– Как я сказал, Луна – подруга двоюродной сестры коллеги. Мы договорились. Кроме того, я купил чертову уйму книг, так все оказались в выигрыше.

– Это… – Не плачь. Это унизительно. Но Джош приложил ради нашего свидания столько усилий…

Я не смогла вымолвить ни слова, пока мы прощались с Луной и выходили из книжного.

– Джулс Эмброуз утратила дар речи. Следовало озаботиться раньше, – пошутил Джош. – Это избавило бы меня от многих проблем.

– Очень смешно. – Я снова смогла говорить. – Так где обещанный приз?

– Получишь позже.

Я прищурилась:

– Ты меня обманываешь, Джош Чен?

На его губах заиграла улыбка.

– Возможно. – Мы остановились перед «Джорджио», уютным итальянским рестораном, расположенным в переулке. В окнах горели свечи, и когда Джош открыл дверь, я услышала тихие джазовые аккорды. – Думаю, тебе придется мне поверить.

Три месяца назад я бы не доверилась Джошу Чену, если бы тонула, а он был единственным спасательным кругом. Теперь я не раздумывая последовала за ним к столику в дальнем углу.

– Я бы не заставил тебя готовить, – сказал Джош, намекая на первую подсказку в квесте. – Не хочу умереть от отравления.

– Скорее бросай работу в больнице. Тебе нужно стать комиком. – Я пролистала меню. – Поскольку мы здесь, напрашивается вывод, что я соответствую твоим интеллектуальным стандартам и официально являюсь мозговым центром в наших отношениях.

– Помимо прочего, – мягко сказал Джош.

Я перестала листать меню. Подняла голову, и внутри все сжалось от его пристального взгляда. – Прочего?

По его губам медленно расползлась улыбка.

– Хватит выуживать комплименты, Рыжая.

– Ничего я не выуживаю. Ненавижу рыбалку. – Что ты вообще несешь? Тем не менее я продолжила болтать, слишком нервничая, чтобы сидеть на месте или молчать. – Кстати, почему парни так любят размещать фотографии с рыбалки на сайтах знакомств? Честно говоря, это отталкивает.

– Я не размещаю, и можешь больше не беспокоиться.

– Почему?

– Потому что никто из нас больше не будет ни с кем встречаться, Рыжая, – сказал Джош настолько спокойно и буднично, что у меня не возникло сомнений в правдивости его слов.

К нам подошел официант, избавив меня от необходимости придумывать остроумный ответ. В любом случае усилия оказались бы тщетны. Я не могла сосредоточиться даже на еде, не говоря о том, чтобы сложить тысячи слов из моего словаря в связное предложение.

Сосредоточиться получалось лишь на одном – на мужчине, сидящем напротив. Его пухлой нижней губе, ямочке, грубом ласковом голосе и бронзовом сиянии кожи в тусклом свете.

Я не понимала, как Джош мог вызывать у меня раздражение – я могла сидеть и слушать его разговоры вечно.

– Помнишь, что ты сказала в Эльдорре? О прощении, даже если забыть не получается? – Джош потер подбородок. – На следующей неделе мы с Алексом идем на игру.

Меня охватило приятное удивление.

– Замечательно.

– Посмотрим. Он такой засранец, что это может скорее навредить, чем помочь.

Я рассмеялась:

– Это правда. Но он был засранцем всегда, и вы дружили много лет.

– Тоже верно. Даже странно, ведь с ним было чертовски сложно наладить контакт, особенно когда мы только познакомились. И это он еще пытался быть дружелюбным. В обычной ситуации я бы списал подобного человека со счетов, но… – Джош нахмурился. – Не знаю. Наверное, мне показалось, что ему нужен друг. Даже самым богатым людям нужен тот, кто прикроет спину. И сделает это не ради денег.

Я смягчилась:

– Ты хороший человек, Джош Чен.

– Только иногда. – Он смущенно усмехнулся. – Знаешь, ты была права. Тогда, после «Блэк Фокс», когда сказала, что я держусь за свою обиду, потому что держаться больше не за что.

«Блэк Фокс». Казалось, та ночь была в прошлой жизни. Мы ужасно злились и наговорили массу обидных вещей, но даже если бы я прожила ее заново, я бы не стала ничего менять. Та ночь привела нас сюда. Даже несмотря на недавнюю смерть матери и нависший надо мной призрак Макса, я радовалась происходящему, потому что впервые в жизни не чувствовала себя одинокой.

– Я бы не сказала, что тебе больше не за что держаться.

Остальная часть ресторана исчезла, и мгновение затянулось, напряженное и переполненное миллионом невысказанных слов. Ответная вспышка эмоций в глазах Джоша пронзила мне грудь, пробив щит, о существовании которого я даже не подозревала.

В результате воцарился хаос – обнаженное сердце, бешеный пульс, рой бабочек в животе.

– Осторожно, Рыжая. – От мягкого предостережения Джоша по коже побежали приятные мурашки. – Продолжишь говорить подобные вещи, и возможно, я тебя никогда не отпущу.

Лицо обдало жаром. От нехватки кислорода закружилась голова, но как бы я ни старалась дышать, его было недостаточно. Каждый глоток воздуха вибрировал электрическим зарядом, который освещал меня изнутри.

Я могла рухнуть прямо там, возле углового столика в «Джорджио», если бы меня не вывел из оцепенения звон колокольчиков над входом. Потом послышался холодный, ясный голос:

– Алекс Волков. Столик на двоих.

Мы с Джошем разорвали зрительный контакт и с ужасом повернулись ко входу.

Алекс и Ава стояли возле стойки администратора. Нас они пока не заметили. Алекс смотрел на Аву, а Ава беседовала с администратором, но это было лишь вопросом времени. Тем более в таком крошечном ресторане.

– Господи. – Я отвела взгляд и прикрыла лицо рукой. – Что делать?

Алекс и Ава считали, что мы с Джошем по-прежнему ненавидим друг друга. В другом месте все можно было бы представить как случайную встречу, но ужин при свечах в романтическом ресторане в пятницу вечером никак не мог оказаться случайным.

– У нас два варианта, – едва слышно сказал Джош. – Первый – мы остаемся и отважно смотрим в лицо судьбе. Второй – мы трусливо убегаем через заднюю дверь, пока они нас не застукали.

Мы уставились друг на друга.

– Второй, – прошептали мы хором.

К счастью, мы уже заплатили. Теперь нужно было добраться до кухни, чтобы нас не заметили Алекс и Ава.

Мы двинулись к двойным дверям, держась спиной к остальной части ресторана. Мы не хотели привлекать внимание бегом, но мне казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Каким-то чудом мы пробрались на кухню незамеченными. И сразу бросились бежать, приковав внимание персонала.

– Эй! – крикнул один из поваров. – Сюда нельзя!

– Простите! – крикнула я через плечо. – Мы хотели выразить благодарность шеф-повару!

– Паппарделле с рагу было превосходным, – добавил Джош. – Пять звезд из пяти.

– Я зову менеджера. – Повар повысил голос. – Серджио!

Дерьмо.

– Пошли, пошли, пошли! – Джош схватил меня за руку и потащил к выходу. Мы выскочили в переулок за рестораном ровно в тот момент, когда мужчина – очевидно, Серджио – крикнул нам вслед что-то непонятное. Мы бежали, пока не оказались в нескольких кварталах от ресторана, и я наклонилась, пытаясь отдышаться.

– Черт, – прохрипела я. Кардио нельзя назвать моей сильной стороной, и это было заметно. – Поверить не могу, мы это сделали.

– По крайней мере, мы оставили щедрые чаевые. – Джош даже не запыхался, вот ублюдок. – И напишем хороший отзыв. Отличная еда, чистая кухня. Мы видели своими глазами.

Его предложение показалось мне абсурдным. Я снова согнулась пополам, на этот раз от смеха. Через мгновение ко мне присоединился Джош.

Возможно, дело было в еде, адреналине или свежем вечернем воздухе, но меня охватило такое воодушевление, что закружилась голова.

Я еще никогда не чувствовала себя настолько невероятно, неописуемо живой.

Смех постепенно угас, но воздушный шарик удовольствия в моей груди остался.

– Итак, Рыжая, говори. – В уголках рта Джоша задержалась улыбка. – По шкале от одного до десяти, насколько удачным было свидание?

– Хм. – Я постучала себя по подбородку. – Семь с половиной, округлим до восьми за квест.

– Восемь, да?

Он шагнул ко мне. Сердце забилось немного быстрее.

– Ага.

– Что мне сделать, чтобы получить десятку? – Его взгляд опустился к моим губам.

– Ну, ты должен мне приз. – Неужели этот запыхавшийся, восторженный голос – мой? – Сдержи обещание, Чен.

– Ты права. – Джош обхватил мое лицо рукой и провел большим пальцем по губе. На коже вспыхнули электрические искры. – Как грубо с моей стороны заставлять тебя ждать.

Он наклонился и поцеловал меня. Прикосновение было легким, как перышко, но оно пронзило меня от макушки до кончиков пальцев ног.

– Как насчет этого? Уже десять? – прошептал он мне в губы.

– Хм. – Голова кружилась от удовольствия. – Возможно, девятка.

– Хм. Не годится. – Он снова поцеловал меня, на этот раз горячее. Его язык скользнул по уголку моих губ и толкнулся внутрь. Страсть затуманила мне разум, пока он исследовал мой рот, собственнически сдавливая рукой бедро. Когда он отстранился, я едва помнила собственное имя.

– А теперь?

– Девять с половиной, – прохрипела я после головокружительно долгой паузы.

– Девять с половиной. – Джош слегка дернул меня за хвост. – Играешь со мной, Рыжая? – уточнил он шелковым голосом.

– Ты жалуешься?

Его глаза светились весельем и чем-то еще, отчего по всему телу разливалось тепло.

– Ни капельки.

На этот раз поцелуй оказался жестче и настойчивее.

Я утонула в нем, позволяя прикосновениям и вкусу Джоша унести меня туда, где существовали только мы вдвоем.

Однажды я где-то прочитала, что противоположностью любви является не ненависть, а безразличие. Пламя ненависти и страсти горят одинаково сильно.

Я не могла точно определить момент, когда мои чувства к Джошу изменились. Я даже не знала, какие чувства испытываю к нему теперь.

Но я знала одно: он зажег меня, и я хотела, чтобы это пламя никогда не угасло.