18

- Я не уйду отсюда, пока ты её не вышвырнешь! Борис! Пусть собирает вещи! —свекровь истерит, орёт фактически на ультразвуке. — Я и так почти тридцать лет терплю её хамство и необразованность.

Разумеется, хамство и необразованность.

Меня почему-то всегда считали наглой, пронырливой провинциалкой, хотя я родилась и прожила большую часть жизни в Москве и мама моя коренная москвичка.

Она вышла за папу, который учился в военной Академии, покаталась с ним по гарнизонам, потом ему помогли вернуться в столицу, чтобы уже самому преподавать стратегию и тактику. Оба родителя моих с высшим образованием, мама начинала писать кандидатскую, но случился развал Союза и важнее оказался вопрос как выживать, а не как стать кандидатом наук.

Мне всегда было странно и неприятно, что меня, дочь военного, жена генерала считает низшим сортом. Нонсенс же, да? Но тем не менее.

Причём сама Лариса Иосифовна по образованию простая медсестра, окончила медучилище в какой-то тьмутаракани, из неё, собственно, и родом.

Но гонор! Как же! Генеральская жёнушка.

Которая сейчас стоит в моём доме, в моей гостиной и орёт как резанная, чтобы меня отсюда вышвырнули.

- Бабушка, может хватит уже? — Вступается мой сын, которого тут же осаживают.

- А ты ко такой, чтобы голос подавать? Ты кто? Ты на её стороне? Значит, вылетишь вместе с ней как пробка из бутылки.

- Мать, успокойся, - пытается урезонить свекруху Борис, и ему прилетает.

- Я должна успокоиться? Я? Как? Вы нас опозорили вчера, на всю столицу ославили! Были все друзья, родственники! Теперь все будут трепать имя Иноземцевых! Из-за кого? Из-за этой твоей плебейки!

- Разумеется из-за меня! А не из-за вашего сына, который трахал молодую девку, даже не посчитав нужным закрыть дверь в помещение! А если бы туда зашла не я?

Если бы кто-то снял на видео? Вот это было бы красиво!

- Борис мужчина! И если ты не даешь ему то, что нужно мужчине — он идёт к другой!

- То есть, я виновата? Конечно!

Я всё еще стою с чашкой кофе. Гостям, разумеется, ничего не предложила. Но в моём доме и нет гостей. Сейчас тут захватчики.

А у меня непреодолимое желание вышвырнуть их отсюда. Если бы я могла.

- Виновата! Посмотри на себя! Ты... ты выглядишь на свой возраст.

Вот это предьява! Просто класс!

- А как я должна выглядеть?

- Тебе стоит привести себя в порядок, хотя, теперь, конечно, смысла уже нет.

Сколько раз я тебе говорила! Пыталась помочь. Ты же в штыки всё воспринимала!

- То есть я должна была пойти к вашей «косметологине», да? Которая, простите, вашей подруге глаз на одно место натянула? Вы же сами рассказывали?

- Ошибся человек, с кем не бывает! Лица у всех разные, кому-то просто не подошёл препарат. Но это не значит, что надо шарахаться от косметологов. И не только в этом дело. Ты.. ты.. Эти твои наряды. Одеваешься так, как будто тебе шестнадцать, а выглядишь на пятьдесят!

- Мама!

- Бабушка, реально, хватит уже!

- Я сказала — молчите! А ты подумай, есть ли у тебя еще бабушка!

- Я подумал уже. Хватит так вести себя с моей матерью. В её же доме!

Рот закрой, салага, - подаёт голос генерал, который до этого сидел, вылупившись на меня так, словно кино смотрел бесплатное.

- Почему я должен рот закрывать? Оскорбляют мою мать.

Ясно, значит ты выбор сделал. Что ж... Я так понимаю магистратура, аспирантура тебя не интересуют? Может, Родине послужишь, а? Хорошее дело.

Меня просто вымораживает. Какая мерзость! Низость!

И это генерал говорит! Человек, которому армия дала всё! Так вот уничижительно отзывается о службе!

Мой отец, офицер в отставке уже, никогда, даже в самые трудные годы не позволял себе так говорить. Для него армия была — святое, кто бы ни был начальником, как бы не вели себя сильные мира сего. Армия была домом, семьей. Армия защищала самое дорогое — Родину, дом, семью, детей. Это всегда было аксиомой, правилом.

Что ж...

- Не надо меня пугать, дед. И послужу. Главное, чтобы командир нормальный попался, а не как ты.

- Что? — Николай Феликсович медленно поднимается с места, глазами сверкает, потом падает обратно, за сердце хватается, отдуваясь, красный как рак.

- ТЫ — визжит свекровь на сына, слюной брызжет, - ты, неблагодарный мальчишка, сосунок, дед для тебя всё всегда! А ты... вы все! Неблагодарные! Да всё, что вы имеете, всё благодаря нам!

- Нет уж, - не могу смолчать, - всё, что имею я, я имею вопреки... Борис, заканчивай этот балаган. Пожалуйста, попроси своих родителей покинуть нашу квартиру, иначе я за себя уже не отвечаю. И про адвоката я тебе всё сказала!

- Про адвоката? Борис, ты слышишь? Эта тварь нашла адвоката! Она с ним же вчера и тёрлась там по подсобкам! Понимаешь? Тебя обвиняет чёрте в чем, а сама... Шлюха.

- Да, да, разумеется. Я такая. Не смею вас больше задерживать.

В голове крутится откуда ни возьмись прилетевшая фраза — свекровь гулящая невестке не верит. Ну, ну...

Ставлю пустую чашку на белоснежную скатерть и выхожу.

Действительно этот цирк утомил.

Когда я раньше читала и слышала о подобных сценах, видела в кино, они всегда казались мне неестественными, выдумки сценаристов, думала я. А вот теперь понимаю — нифига не выдумки.

А чего, собственно, я ждала? Что Лариса Иосифовна поумнеет, и перестанет быть такой наглой и невоспитанной? Что Николай Феликсович, наконец, проявит хоть какое-то армейское благородство? Увы, родственники мужа показали себя во всей красе.

Хорошо, что сын снова показал себя именно моим мальчиком. И как хорошо, что он приехал, чтобы меня поддержать. А где же Анюта?

Захожу в спальню, достаю телефон.

Дочь выложила новые «сториз» в соцсетях.

Вижу и меня мысленно выворачивает наизнанку.

Как она может, во так?