Глава 46

Кристиан

— Мы должны что-то придумать. Должна же быть хоть какая-то информация, Кристиан. Точно должна!

— Должна. И я её найду.

Уже два часа Луиза металась по комнате, нервно заламывая пальцы.

Сначала я рассказал ей всё, как есть. Без утайки. Потом она упрямо взялась за старинный фолиант — листала его, перечитывала, и, хмурясь, возвращалась к уже просмотренным страницам.

Я, конечно, пытался следить за ходом изучения.

Но делать это, находясь рядом с Луизой, оказалось почти невозможно.

Потому что мои мысли упрямо сворачивали совсем не в сторону изучения книги.

В итоге, фолиант оказался бесполезным. Ни строчки, способной пролить свет на эту тайну.

А теперь я лежал на постели, слушал её возмущения, и не сводил с неё голодного взгляда.

Скользил глазами по тонкому, совершенно ненужному, по моему мнению, халатику. Любовался тем, как она нервно кусает губу, как морщит свой курносый нос и как хмурит брови.

Она нравилась мне до одури. Вся.

Её фигура, мимика, голос, запах...

Вечность мог бы любоваться ей.

И, находясь здесь, рядом с ней, впервые за эту проклятую неделю я ощутил нечто похожее на покой. Будто всё опять встало на свои места.

Да и шрам почему-то стал болеть гораздо меньше. Словно… Словно этому древнему ублюдку было достаточно вновь почувствовать, что Луиза уже рядом со мной.

Вот только он ее не получит.

Никогда.

Потому что я решил, что эта женщина будет только моей.

И точка.

— Ты вообще меня слышишь, Кристиан?

Я перевёл взгляд выше, и только сейчас понял, что он всё это время смотрел на её грудь.

— М-м?

— Может, хватит смотреть на меня как кот на сметану? У нас вообще-то серьёзная проблема! — возмутилась она, с громким хлопком захлопнув фолиант. — В книге ничего нет!

Я шумно вздохнул и сел на краю постели.

— Не у тебя, а у меня, — спокойно произнёс я. — Ты просила правды — я рассказал. Дальше я прошу тебя не совать свой носик в это дело и держаться подальше от Разломов. Мы с Адрианом сами со всем разберемся.

— Ну уж нет! — она скрестила руки на груди и вскинула подбородок. — Либо мы разбираемся вместе, либо я займусь этим одна.

Я тихо простонал.

Драконья матерь…

Вот как знал, что эта затея мне вылезет боком!

— Теперь ты понимаешь, почему я поступил… как поступил? — я бросил на неё многозначительный взгляд.

В ответ она лишь поджала губы и продолжила сверлить меня своими зелёными глазами.

Так. Все ясно.

Пошёл я куда дальше со своими убеждениями и доводами.

— Есть огромная вероятность, что это существо использует меня, чтобы добраться до тебя, — я попытался зайти с другой стороны. — Но я буду держать тебя в курсе дела. Писать. Предупреждать.

Луиза молчала и смотрела поверх моей головы, будто мыслями уже была далеко.

— Поедем к тебе домой, — вдруг сказала она.

— Что?

К такому резкому переходу разговора я оказался не готов.

— Там есть библиотека? — уточнила она.

— Да.

— Отлично.

И, ничего больше не объясняя, она бросилась к шкафу, вытащила чемодан и начала собирать туда косметику и принадлежности.

Я смотрел на нее не мигая. Ничего не понимал, кроме того, что однажды точно с ней свихнусь.

— Интересные у тебя фантазии, — усмехнулся я. — Но если ты действительно собираешься погостить у меня, то одежду можешь не брать. Там она вряд ли тебе понадобится.

Луиза посмотрела на меня взглядом “очень смешно” и продолжила собираться.

— Ты вообще о чём-нибудь, кроме одного, думать способен, генерал?

Был ли я способен?

Вообще да. Но в данный момент — нет.

Потому что она сидела на полу, запихивая вещи в чемодан, не замечая, что халат съехал набок, обнажая линию груди и бедро.

— Нет, — честно ответил я.

Луиза проследила за моим взглядом, тихо выругалась и поправила ткань, лишая меня великолепного зрелища.

— Нам нужно ехать не в столичный дом, — вдруг заговорила она. — А туда, где ты жил до восьми лет.

Одной фразой она словно вылила на меня ведро ледяной воды и вмиг отрезвила голову.

— Зачем?

— Ответы могут быть там. Что сказал Неназываемый о своём имени? Ты его знаешь, Кристиан. Если вспомним имя — поймём, кто он.

В памяти вспыхнула фраза, которую обронил этот ублюдок:

«Ты знаешь мое имя. Отлично знаешь, Кристиан. Ты сам заставил меня проснуться, когда позвал. Разве ты не помнишь, как тихо называл мое имя?»

— С чего ты решила, что он не солгал? — нахмурился я.

В груди поднялась злость на самого себя. На такую глупую деталь я даже не обратил внимания.

— А с чего ты решил, что он не солгал насчёт меня? — парировала Луиза. — Уверенности нет ни в чём. Но это шанс.

Эта идея мне совсем не нравилась.

Меньше всего мне хотелось возвращаться туда — в место, где я поклялся больше никогда не появляться. Дом, в котором я не был уже больше двадцати лет.

Я напряг память, пытаясь найти подтверждение словам Луизы или… доказательство их абсурдности.

Но вместо доводов в голове вспыхнули детские, болезненно яркие воспоминания.

Библиотека в самом центре дома. Её собирал ещё мой прадед — человек, одержимый книгами и тайнами.

Я до сих пор помнил тяжёлые дубовые стеллажи, уходящие к потолку. Этот едкий запах старой бумаги, чернил и пыли…

Отец ненавидел это место.

Он называл его бесполезным хламом и грозился выбросить всё к драконьей матери.

А для меня библиотека была маленьким островком спасения.

Именно там, среди тесных проходов между стеллажами, я чаще всего прятался от его гнева.

Возможно, именно поэтому запах чернил до сих пор вызывал во мне странное, тяжёлое чувство, которое отзывалось где-то под ребрами.

— Библиотеки может уже и не быть, — произнёс я, взглянув на Луизу. — Я не появлялся там больше двадцати лет. Отец мог её уничтожить. Он терпеть не мог книги.

Луиза тихо фыркнула.

— В любом случае, надо проверить.

Она вновь повернулась к шкафу, начала вытаскивать шали, платья, небрежно бросая их в раскрытый чемодан.

Я медленно подобрался ближе и остановился у нее за спиной, пока она выбирала какое дорожное платье взять.

Лёгкий толчок вперёд — и Луиза оказалась прижата грудью к дверце шкафа. А моё тело лишило ее возможности побега.

Она замерла.

Я почувствовал, как под тонкой тканью халата напряглись её плечи, а дыхание стало чаще и глубже. Но она не попыталась вырваться.

— Я проверю, — тихо произнёс я. — Но без тебя.

— Даже не думай…

— Уже подумал, — хрипло прошептал я у её уха. — Ты останешься дома, Луиза.

— Нет.

Я выдохнул сквозь зубы.

Злость на её упрямство смешалась с другим, куда более опасным чувством… Желание накатывало горячей, почти болезненной волной.

Я понимал, что она не отступит.

Это одновременно и восхищало, и сводило с ума.

Я боялся оставить её одну.

Но ещё больше боялся привести туда, где ее ждет погибель.

— Кристиан… пожалуйста. Позволь мне помочь.

Её тихое, искреннее “пожалуйста” пробило последнюю броню.

Я медленно скользнул губами к её уху и осторожно прикусил мочку.

— Тогда играть будем по моим правилам.

Носок ботинка коснулся её ступней… Два легких уверенных движения заставили ее расставить ноги шире. Мои ладони скользнули под тонкую ткань халата и коснулись горячей кожи.

Луиза тихо вдохнула, сама подалась назад и запрокинула голову мне на плечо, отвечая.

Я дал себе секунду, чтобы остановиться.

И не остановился…

Поймав её губы, я впился в них поцелуем и прижал её ещё ближе.

И где-то на границе сознания мелькнула тревожная мысль, что я больше не уверен, кто из нас двоих на самом деле устанавливает правила этой игры.