Глава 2. По счастливой случайности

Я всегда верила в то, что все в нашей судьбе происходит совершенно не случайно. Самые неприятные, а порой даже трагичные периоды в жизни заканчиваются и наступает светлая полоса. Плохое забывается, и ты начинаешь несколько иначе воспринимать все события, что происходили до этого времени в твоей жизни.

Вот и сейчас так же.

В первые недели после того, как я решила порвать отношения с мужем у меня была жуткая депрессия, сильно подкрепляемая чувством вины, из-за измены.

Я отчаянно скучала по его голосу, по прикосновениям, по любящему взгляду.

Кажется, я сама себя сжирала от тоски и одиночества, не понимая в какой такой момент моя жизнь вышла из-под контроля и шандарахнула битой по голове, что и не отойти теперь, не собрать по кусочкам и без того наше хрупкое счастье.

Это буквально был какой-то кошмар наяву.

Затем, постепенно эти разрывающие душу чувства стали и будто бы ослабевать и уже после того, как я узнала о своей беременности и вовсе пропали.

В моей голове произошла резка перемена ценностей.

Теперь не Рома был на первом месте.

На нем была я сама и мой будущий малыш, его здоровье и мое спокойствие.

Ощущение словно на мне был приворот, но внезапно чары спали, вернув трезвость ума.

Да, я не перестаю, временами, оборачиваться назад и анализировать прошлое. Часто перебираю в памяти особенно дорогие сердцу моменты, но уже без ослепляющей боли и надрыва. Теперь я думаю только о хорошем и смело смотрю в будущее.

— Альбина Хамидова? — спрашивает симпатичная медсестра в шапочке, — Проходите.

Робко поднимаюсь с кушетки и прохожу в кабинет диагностики, где по центру стоит УЗИ-аппарат, а в кресле подле него сидит немолодой, но приятный мужчина и что-то быстро-быстро прокручивает своеобразным джойстиком на своем чудо-аппарате, рассматривает на экране, а после записывает на бумагу.

— А что так робко заходим? — оборачивается ко мне и смотрит с доброй улыбкой, — Альбина Михайловна?

Мнусь на пороге и киваю.

— Проходите-проходите, — подталкивает меня медсестра, — Присаживайтесь.

Падаю на кушетку, рядом с аппаратом УЗИ и поспешно разуваюсь.

— Ну-с, рассказывайте, Альбина Михайловна, — весело командует доктор. — И показывайте.

— Э-э-э, — растерянно блею я, — Что рассказывать?

— Все-все! Для начала, сколько у нас неделек и когда последний раз были месячные?

Зависаю, пытаясь посчитать недели.

— Восемь…может десять…не помню…

Врач вздыхает и жестом предлагает мне прилечь на кушетку, я послушно приподнимаю кофту, приспускаю спортивные брюки с высоким поясом и напрягаюсь, чувствуя на животе прохладные мужские руки.

— На учет встали? — он ласково щупает.

Отрицательно мычу.

— Нет? А что так? Пора бы уже.

— У меня проблемы…личного характера…

— Понятно, но вы все же не затягивайте с этим, — аккуратно мажет живот гелем, — Тонуса почти нет, визуально все в норме, сейчас поглядим, что у нас тут внутри…

Мигает экран аппарата, и я крепко зажмуриваюсь, когда датчик начинает щекотно елозить по скользкому от геля животу.

Все то небольшое время, что доктор внимательно разглядывает монитор, щелкая кнопками на инопланетного вида клавиатуре, я не дышу.

В голове гулко и пусто.

Мне страшно…

Страшно узнать, что с моим малышом может быть не все в порядке. Все же я не молода и зачатие было под алкоголем.

— Записывайте, Сонечка, — доктор надиктовывает медсестре какие-то безликие для меня медицинские параметры, медленно перемещая датчик по животу, и по его деловому тону не понять все ли нормально.

Минуты, кажутся часами и, когда я уже нервно начинаю кусать губы, врач наконец говорит:

— Все хорошо у нас мамочка. Сердечко послушаем?

Судорожно выдыхаю и поспешно киваю.

Доктор что-то щелкает на аппарате, и из динамика сначала доносятся какие-то шорохи, а после четкое сердцебиение.

— Слышите? — странно косясь на меня спрашивает мужчина.

— Слышу, — не понимающе смотрю на него.

— Их два.

— Чего?

— Сердечка.

Прислушиваюсь.

И правда!

Звук слово эхом отдает.

— Динамик барахлит, — делаю предположение я.

Но доктор качает головой.

— Нет. С техникой у меня полный порядок. У вас просто будут близнецы, мамочка.

Смотрим с доктором друг на друга.

Он улыбается.

И я улыбаюсь…как дурочка…

Глазами непонимающе хлопаю.

И он…

— Вы сейчас серьезно? — осторожно спрашиваю я.

— Я похож на шутника? — удивляется врач.

Молчу.

Медленно вытираю живот от остатков геля, предложенными медсестрой салфетками и поднимаюсь с кушетки.

— Как такое могло произойти?

— Наследственность…

Неопределенно пожимаю плечами.

— Значит, — поучительно произносит доктор, — Чистая случайность. В вашем случае счастливая случайность. Дети — это счастье. Тем более здоровые детки.

Не могу с ним не согласится, но все же…

Он выдает мне бланк с результатами УЗИ и фото моих малышей.

В коридор выхожу, нахожу скромный уголок за каким-то здоровым фикусом и там, упав на диван, достаю из сумки бутылку с водой. Откручиваю дрожащей рукой, делаю пару глоточков, но легче мне не становится.

Голова кругом.

Это что же такое?!

Получается, что у меня не один малыш, а целых два.

Следовательно, надо две кроватки, две коляски…

Хотя нет.

Бывают и коляски для близнецов.

Боже, о чем я думаю?

Без мужа, без жилья и без работы.

Как я вообще смогу потянуть двоих детей?!

А орать по ночам будут? То один орет, а то двое.

Сижу за фикусом, все еще прибывая в шоке от таких новостей, а мимо с довольной физиономией чешет тот самый УЗИст и, видимо, услышав за фикусом мое натужное пыхтение, тормозит:

— А это вы? — озадаченно смотрит на меня. — С вами все нормально?

Что-то в последние дни мне все чаще и чаще задают этот вопрос.

А дальше-то что будет?

— После ваших новостей, как-то не очень, — честно признаюсь я.

Доктор пристраивается рядом со мной.

— Переживаете, что не справитесь? — участливо спрашивает он.

— Как вы догадались? — с сарказмом отвечаю вопросом на вопрос.

— Все у вас получится, — бодро заявляет он.

— А вы откуда знаете? — подозрительно кошусь на мужчину.

— Вы женщины — удивительные создания. Сильнее, чем кажитесь, — философски изрекает он, — Ну, и трясите побольше вашего папку. Пусть помогает.

Да я бы с удовольствием потрясла этого барана, если хотя бы знала кто он и как его зовут.

— Нет у нас папки, — грустно вздыхаю.

— Бросил? — поправляет очки доктор.

Не отвечаю и мое молчание кажется красноречивее слов.

— Ну, тогда в принудительном порядке, через суд. Могу хорошего адвоката посоветовать. Поможет. Дать телефончик?

Телефончик взяла, хотя он мне ничем и не поможет.

Не признаваться же милому доктору, что залетела от незнакомца.

Стыдобища-то какая.

Особенно в моем возрасте.

Выхожу на улицу, вдыхаю полной грудью чистый свежий воздух и, странное дело, но чувствую себя намного лучше.

Иду по улице, по алее, где растут пышущие зеленью клены и, неожиданно для себя улыбаюсь.

Все, что Бог не делает — все к лучшему.

Было у меня одно маленькое чудо, а теперь будет два.

Ну, разве это не счастье?

Не успеваю дойти до остановки, как в сумке настойчиво вибрирует телефон. Достаю его и сглатываю, увидев на экране смутно знакомый номер. Кажется, это по работе.

Неужели?

— Алло.

— Альбина Михайловна?

— Слушаю вас, — придаю своему тону надменной деловитости.

— Вас беспокоит отдел кадров компании «G Групп» Вам удобно разговаривать?

— Да-да, конечно.

— Наш технический директор посмотрел работы, которые вы прислали в качестве презентации и остался ими весьма доволен. Олег Павлович хочет с вами встретиться и обсудить вашу дальнейшую работу в качестве нашего штатного дизайнера. Когда вам удобно было бы назначит встречу?

«Ха! Да хоть сейчас!» — думаю я, но вслух этого, разумеется, не говорю.

— Подождите минутку, сверюсь со своим расписанием, — говорю барышне и мысленно отсчитываю десять секунд, — Завтра, к сожалению, никак не получится, — спецом набиваю себе цену, — Скажите, а удобно ли будет Олегу Павловичу послезавтра после обеда?

Теперь девушка на том конце провода подвисает и слышно, как листает страницы, вероятно, ежедневника.

— Да, вполне, — наконец, отзывается она, — Я вас записала. Не опаздывайте, пожалуйста, и прихватите документы. Всего доброго.

— И вам.

Кладу трубку и с глупой улыбкой падаю на ближайшую лавочку.

Какое сегодня солнышко ласковое, цветочки зелёные…

А жизнь-то налаживается!

Воистину, пути Господни, неисповедимы.

Я и не рассчитывала уже, что меня позовут на собеседование. Морально готовилась к тому, что в декрет придется уходить с пустым кошельком, а после перебиваться случайными подработками. Если меня возьмут в штат этой компании, то часть моих проблем однозначно будет закрыто. Там, насколько мне известно, очень хорошо платят и соблюдают законодательство, а значит, когда узнают о моей беременности, не вышвырнут на улицу с волчьим билетом. Другой вопрос, как я буду смотреть в глаза этому самому Олегу Павловичу, когда он поймет, что я к нему беременная пришла работать.

Но это уже лирика.

Невероятно, но человеческий мозг поразительно устроен. Он быстренько отсекает лишние моральные терзания, когда ты оказываешься в трудной жизненной ситуации.

Моя хоть и не совсем трудная, но будет на грани, особенно после рождения малыша…кх…малышей.

Их же у меня теперь двое!

Чисто на автомате достаю из сумку результаты УЗИ и вновь пробегаю глазами по строчкам, где в выводе написано успокаивающее: «без особенностей» и «патологий не выявлено» Чуть ниже рекомендации: «постановка на учет по месту жительства»

А мне на учет пока никак нельзя. До развода так точно. С Хамидова станется затянуть бракоразводный процесс под предлогом беременности. Ходи потом доказывай, что ребенок не от мужа. Идиотская же ситуация выйдет.

И точного места жительства у меня пока нет…

Но скоро будет!

Меня возьмут на новую работу не будь я Альбина Хами…

Стоп!

Надо срочно вернуть себе девичью фамилию.

Этак хоть и звучит лучше, но не моя она теперь…не моя…

Домой еду довольная, счастливая, переписываюсь в приложении с хозяйкой микроскопической однокомнатной квартиры в центре. Дороговато, но зато рядом с будущей работой.

Квартирка неплохая: ремонтник свежий, техника в наличие, но уж очень напрягает пятый этаж и отсутствие лифта. Как я потом, когда малыши родятся, буду на этаж подниматься с коляской?

Воображение живо рисует картину, где я на пару с орущими младенцами тащу на своем горбу двойную коляску и вою, как собака.

Б-р-р-р!

Нет. Этот вариант мне не подходит.

Хозяйка пишет, что готова скинуть в цене, если оплачу сразу за три месяца.

Беру время на раздумье до вечера и, выйдя с автобуса легким прогулочным шагом иду в сторону отчего дома.

По дороге захожу в магазин и беру себе пачку творога и биойогурт со злаками. На ужин и ранний завтрак мне хватит, а там видно будет. Продукты не набираю специально, потому что велика вероятность того, что они будут съедены, едва положу в холодильник. Так произошло с моим любимым сыром в крупную дырку. Катька его весь сожрала, а потом, когда я ей предъявила, назвала меня жмотихой и жадиной. И путь я лучше буду жмотихой, но моим детям тоже нужно чем-то питаться, а мамины кулинарные шедевры с некоторых пор вызывают лишь тошноту.

Поднимаюсь в квартиру, а там меня ждет неприятный сюрприз.

Сразу у порога я замечаю модные кроссовки, которые принадлежат моему почти бывшему мужу.

Бросаю сумку на пуфик и иду на кухню.

Так и есть!

За столом сидит начищенный, гладко выбритый и благоухающий туалетной водой Рома, а перед ним на задних лапках скачет мама и блинчиков на тарелку подкладывает.

— А вот и наша, Алечка пришла! — радостно щебечет мама, — Сейчас еще Роза Давидовна подойдет с тортиком. Вот мы славно посидим по-семейному! Правда, Алечка?

Угу, вот только Давидовны мне для полного счастья и не хватало.

Сурово сжав губы в тонкую линию, молча буравлю взглядом Хамидова, что с дебильной улыбкой сует мне цветы.

Игнорирую его, делаю шаг назад и, достав из кармана джинсов телефон, пишу хозяйке квартирки на пятом этаже, что согласна на все ее условия, если можно заехать прямо сейчас.

— Доченька, — слышится полный укора голос матери, — Что же ты как не родная к Ромочке? Он и букет шикарный тебе принес. Потратился.

Из любопытства, отрываю взгляд от телефона и перевожу его на цветы.

Ага, потратился…

Разорился аж на три полудохлых розы.

— За столько лет нашего брака ты так и не удосужился запомнить, что я ненавижу розы, — цветы не принимаю и не приму, потому что мутит от одного лишь их вида, — Чайные розы любит Роза Давидовна, но не я.

— Альбина…я…, - пытается что-то вставить муж, но я довольно грубо его затыкаю:

— Вот ей их и подаришь.

Поворачиваюсь к маме и с обидой смотрю на нее.

— Посидите тут…без меня…душевно, без скандала.

— Как без тебя?! — ахает она.

— Если я останусь, то, мамусь, просто скандала не избежать. Я за одним столом с Розой Давидовной кушать не стану. Рада, что ты для Ромочки блинчиков напекла. Для меня ты вчера печь не стала…

Мама пытается что-то возразить, но я уже не слушаю и иду в спальню. Там быстро собираю свои вещи, которые я толком-то и разложить не успела. Самое главное ноутбук, зарядки для гаджетов, косметика, белье и парадно-выходной костюм — все вроде на месте.

В комнату за мной следом тут же залетает Рома и пытается мне что-то объяснять, уговаривать. Слова его вроде бы четки и понятны, но уже не воспринимаются мозгом.

Все! Я отсекла эту больную конечность.

Глядя на такого красивого и вроде бы родного Хамидова, мне кажется будто я смотрю на совершенно другого человека.

Когда он так изменился?

Или он всегда был таким, а я придумала себе некий идеал и столько лет лелеяла этот образ?

В любом случае, это уже не важно.

В кармане вибрирует телефон — хозяйка квартиры ответила, что будет ждать меня через полтора часа по адресу.

Отправила доброй женщине пару радостных смайликов и принялась собираться еще шустрее.

— Ну и куда ты собралась? — довольно агрессивно спрашивает Рома, — К любовнику своему?

Я аж застываю на месте от нелепости данного заявления.

Похоже Хамидов после алкогольной комы слегка кукушкой повредился.

— Расслабься, — искренне советую я. — Теперь моя скромная персона не твое дело.

Кое-как запихав в чемодан остатки вещей, с трудом закрываю его и качу на колесиках в прихожею.

Там замираю, вспомнив, что на полке в ванной куча моих средств.

А, пофиг…

Эдак я еще полгода собираться буду.

Пусть Катька радуется. Надеюсь, она после моего шампуня все же облезет.

Быстро заказав такси в приложении, прыгаю в кеды и собираюсь было уже уйти по-английски, как на шею мне буквально кидается мама.

— Ну, и куда ты собралась дурочка, — начинает рыдать она, — Что тебя кто-то гонит?

— Черти гонят, — тихо бурчу, — Не переживай мам — я не пропаду.

— Куда ты пойдешь?

— Рома же сказал к любовнику, — киваю, на застывшего статуей, мрачного бывшего, — Значит, и правда к любовнику. Не переживай, я позвоню.

С этими словами скупо чмокаю морщинистую щеку матери и буквально вываливаюсь из квартиры.

Чемодан тяжелый зараза, но я справлюсь.

Медленно, громыхая своей поклажей, спускаюсь по ступенькам, а на встречу мне, натужно пыхтя, поднимается Роза Давидовна в компании тортика.

— Альбина! — злобно гаркает свекровь так, что я невольно подпрыгиваю и не удержав чемодан, отпускаю ручку.

Тот с грохотом летит вниз прямо на Давидовну.

Та вроде и успевает отшатнуться в сторону, но неловко падает, вываливая себе прямо на грудь все содержимое коробки с тортом.

Упс…

Давидовна визжит дурным голосом, а я, завидев в окошко, подъехавшее такси, вприпрыжку перескакиваю через нее, ступеньки и, схватив чемодан, несусь на выход.

Уже в такси, чуть переведя дух, осматриваю свой боевой чемоданище.

Не подвел!

Выдержал встречу с Давидовной и даже не сломался. Лишь пару боевых царапин на корпусе получил.

Вспоминаю о том, что мне его подруга Дашка дарила на день рождения и мысленно засчитываю ей жирный плюсик к карме.

Хорошая у меня Дашка, добрая.

Если бы она знала о моих проблемах, то тут же примчалась на помощь.

Поэтому ей и не говорю.

У нее своих проблем выше крыши, а тут я еще подкину.

Нет уж!

Пока сама справляюсь, а там видно будет…