Глава 8. Смешанные чувства

— Может, все же поднимешься к нам на чай? — Артем глушит мотор своего авто и, обернувшись, вопросительно смотрит на меня.

Тушуюсь под его пристальным взглядом и, машинально заправив за ухо упавшую на лицо прядь волос, отвечаю:

— Ой, да неудобно как-то. Вы с Алисой и так меня подвозите. Еще и чай…

— Ерунда, — отмахивается одноклассник, — Нам приятно будет. Правда, Лисунь?

— Ага, — важно поддакивает девочка со своего места, — У нас осень кусный сяй!

Честно говоря, ходить по гостям мне сейчас не хочется. Устала жуть.

Индюк, чтоб ему икалось, кажется самый настоящий дементор. Высосал из меня все силы и радость. До сих пор отойти не могу.

Это ж надо было повести себя, как последний…свин!

Другого слова и не подобрать.

Сам, значит, сграбастал меня своими ручищами, накинулся с поцелуями.

Итог: я сама на него вешалась.

Да, больно было надо!

Целуется он, конечно, классно.

Но сладость поцелуя быстро превратилась в горечь от его гадких слов.

Это ж сколько в человеке желчи, чтобы так себя по-свински вести!

И хорошо, что не стала терпеть его поведение.

Ушла!

Громко хлопнув дверью.

Потом, его индюшачье величество, соизволило обедать в нашей столовке, чем все же в конец испортило мне настроение. И не будь я беременна, под его пристальным взглядом кусок бы в горло не полез. А так, все смела и отравилась в свой отдел дальше работать.

К вечеру позвонил Артем и предложил забрать с работы. Ему по пути, а я так смертельно устала, что мысль о небольшой прогулке по жаре, вызывала лишь отторжение. Поэтому, я мигом согласилась.

— Соглашайся, Аль, — видя мои метания, подмигивает Артем, — Сейчас за тортиком еще сгоняю.

— Ну, уж нет. Тортик я сама куплю. Дело ли это — идти к вам в гости с пустыми руками. Алиса, ты какой торт любишь?

— Сладкий!

— Тогда пошли выбирать.

И вот мы все втроем идем до супермаркета, где довольно быстро выбираем красивый тортик. В меру большой, в меру шоколадный.

Уф, надеюсь все же жена Артема не выгонит меня поганой метлой.

Как-то побаиваюсь я этого знакомства.

Вопреки моим ожиданиям, квартира, где живет мой одноклассник, встречает нас тишиной.

Я все еще, прижимающая к груди коробку в Кошей, опасливо прислушиваюсь и аккуратно снимаю у порога кеды.

— Проходи-проходи, — подталкивает меня Артем и сразу ведет на кухню.

Здесь пахнет свежим, недорогим ремонтом, все чисто прибрано, а на подоконнике стоит горшок с давно засохшим комнатным цветком.

— Ты какой чай предпочитаешь? Черный, зеленый с жасмином или каркаде?

— Каркаде, — я сейчас просто фанат кисленького.

Не успеваю я присесть на табуретку, как рядом появляется Алиса и начинает тянуть меня в комнату:

— Пошли-пошли скорее. Я покажу тебе свой кукольный домик!

— Сходи с ней. А я пока на стол накрою.

Иду вслед за девочкой в ее небольшую, но хорошо обставленную комнату, для настоящей принцессы.

Чего здесь только нет!

И куклы, и плюшевые игрушки, и даже розовый балдахин над кроватью подвешен.

— Ух, ты красотища! — совершенно искренне восклицаю я.

А девочка и рада!

Хвалится своими модными игрушками. То одно принесет, то другое.

И рассказывает взахлеб…так, что у уставшей меня, начинается легкая мигрень.

— Ты молодец, — хвалю Алису, когда она показывает мне свои любимые рисунки и, сфокусировав взгляд на стене, замечаю там фотографию в рамке.

На фото молодая женщина с пышными светлыми волосами и теплой улыбкой. Есть в ее чертах сходство с Алисой.

Девочка, между тем, перехватив мой взгляд, говорит:

— Это моя мама.

Уже, словно предчувствуя что-то нехорошее, я хрипло замечаю:

— Очень красивая.

— Да…, - кивает Алиса и, склонив голову на бок продолжает со всей своей деткой непосредственностью болтать, — Она была осень холосая и доблая. Она умела…от лака…так папа сказал…

Никогда не считала себя впечатлительным или ранимым человеком, но вот этот бесхитростный рассказ, поражает меня до глубины души.

Бедный Артем…

Выходит, что он в одиночку воспитывает дочь.

Теперь понятно, почему он ее с собой на работу возит. Ему просто не с кем ее оставить.

А каково девочке без матери расти?

Еще раз бросаю взгляд на фото.

Как же жаль! Такая молодая…красивая…

Еще минут десять я, на чистом автопилоте, играю с Алисой в куклы, а затем приходит Артем и зовет нас к столу.

— Вот, — подталкивает он ко мне стопку с разогретыми сырниками, — Вчера пек. Алиска, говорит вкусные.

И я ем. Жую чисто на автомате, а в голове, какой-то сумбур.

Сказывается напряженный, переполненный эмоциями день, ну и недавно полученная информация не добавила оптимизма и рационализма в мой перегруженный мозг.

— Вкусно, — вяло хвалю Артема, ощущая еще большую неловкость чем до этого.

Мне не нравится то с какой надеждой и воодушевлением он на меня смотрит.

Кажется, я даже могу уловить ход его мыслей и это…крайне не вовремя сейчас…

— Ну, чего ты скисла, Аль? — чувствуя неладное в лоб спрашивает одноклассник, когда Алиска, налопавшись торта, убегает к комнату.

— Алиса рассказала про свою маму…

Повисает молчание.

Улыбка на лице мужчины тускнеет и уголки губ, печально опускаются.

— Мы ее потеряли два года назад. Теперь вот так и живем…одни…

— Прости, Артем, я не хотела бередить эту рану, — сырник, встает поперек горла, и я понимаю, что хочу сейчас лишь одного — домой.

— Глупости, Аль, — отмахивается он, — Да, я очень любил Вику. Алиса очень на нее похожа, но…как видишь, жизнь продолжается.

— Соболезную тебе…

А что еще можно сказать в такой ситуации?

Дальше разговор за столом не клеится и появляется какая-то гнетущая атмосфера.

— Тем, я пойду, — тру ладонью лоб, пытаюсь унять мигрень, — Устала очень. А завтра опять на работу.

— Конечно.

Он поднимается со своего места и заботливо накладывает в контейнер мне кусочек тортика, сырников.

— Это тебе на завтрак, — протягивает пакет с контейнерами, — Тебя проводить?

— Не надо.

Идет следом за мной в прихожую и молча наблюдает за тем, как я обуваюсь.

— Аль, — зовет уже перед тем, как открыть передо мной дверь, — Тебя завтра прихватить на работу?

— Нет, Тем, не надо, — качаю головой, — Мне тут идти всего пару минут. Для здоровья полезно…

— Я понял, — грустно смотрит он, — Ты только не пропадай. Ладно?

В этот момент мне становится так его жалко до слез.

— Ладно, — насилу, с благодарностью улыбаюсь я, — Ты тоже, если что обращайся.

Домой возвращаюсь совершенно разбитая.

Сил хватает лишь на то, чтобы покормить Кошу, переодеться в пижаму и упасть на диван.

Это был очень длинный день…

Утро для меня началось очень рано в полшестого и с…сильнейшего токсикоза.

Только на днях я радовалась, как же хорошо протекает моя беременность.

Накаркала.

Ночью я плохо спала, мучили кошмары, вставала и доедала тот самый тортик. Перевариться он не успел, и сейчас его остатки мой желудок старательно исторгал из себя прямиков в унитаз.

— Да что же это такое, — пробормотала я себе под нос и устало привалилась к стене, когда приступ рвоты, наконец прошел.

Не смертельно, но не приятно.

Неужели теперь так весь второй триместр будет?

Надо проконсультироваться по этому вопросу.

Сделав себе мысленную пометку завтра записаться в женскую консультацию, побрела на кухню, чтобы навести себе травяного чая. Может он немного поможет мне оклематься.

Вообще я сначала хотела дождаться развода, а после встать на учет, но немного подумав, поняла, что это глупо. Разведут нас с Ромой уже через неделю. Зачем ждать и рисковать своим здоровьем и здоровьем моих детей.

После чая настроение заметно улучшилось.

Накормив Кошу до отвала, не спеша отправилась одеваться. Сегодня времени у меня было гораздо больше, поэтому я тщательно помыла волосы, сделала красивую укладку, одела легкий приталенный сарафан.

Бросила взгляд в зеркало и удивилась тому, насколько хорошо выгляжу. И не скажешь, что все утро с унитазом обнималась. Помолодела, посвежела, даже румянец на щеках появился. Беременность мне явно к лицу.

Подхватываю рюкзак и спешу на улицу. Там сейчас хорошо — не жарко, воздух еще свеж от ночной прохлады.

Время до работы полно, поэтому я не спеша, прогулочным шагом, иду по проспекту, погруженная в свои мечты.

А они самые что ни есть простые, приземленные. Поднакоплю деньжат, сниму квартирку чуть побольше, обставлю детскую. Потом родятся мои детки.

Эх, заживем!

И не пугают меня скорые бессонные ночи, подгузники и прочие хлопоты, связанные с детьми. Я так этого ждала, так надеялась, что никакие трудности мне теперь не страшны.

Чуть задержавшись на пороге здания, захожу в вестибюль, там немного торможу у турникета, разыскивая в рюкзаке свой электронный пропуск.

— Доброе утро! — раздается рядом звонкий женский голос.

Рядом, с пропуском в руке, стоит Ольга из отдела снабжения.

— Доброе, — растягиваю губы в вежливой улыбке, а сама рукой шарю уже по дну рюкзака — никак не могу нащупать эту чертову карточку.

— Я смотрю ты сегодня без «охраны» — с ядовитой улыбочкой замечает Ольга, — То муж подвозил, а сегодня одна.

Есть такая категория людей, которые уж очень охочи до чужой личной жизни. Их хлебом не корми, а дай посплетничать.

— Я в разводе, Оля, — с натянутой улыбкой отрезаю я, чувствуя, как лоб покрывается нервной испариной.

— М-м-м, а что же тогда за красавчик тебя вчера подвозил, если не муж? — со смешком спрашивает она.

— Сосед.

Ладонь наконец-то нащупывает пропуск.

Уф-ф-ф…

— Симпатичный сосед, — хихикает женщина, — Я бы тоже от такого соседа не отказ…

Перед глазами немного темнеет и я, обернувшись довольно резко обрываю коллегу:

— У него жена и ребенок, Оля. И он просто хороший человек и часто помогает соседям. Не нужно придумывать лишнего.

Пикаю своим пропуском, прохожу через турникет и повернув голову, упираюсь взглядом в крепкую мужскую фигуру — босс в компании своего брата стоят рядом и, судя по заинтересованным физиономиям, они слышали наш с Ольгой разговор.

Коротко поздоровавшись с начальством, спешу к лифту, в надежде, что там Ольга не будет лезть со своими дебильными разговорами.

До своего отдела добираюсь в целом без приключений, а там уже не до разговоров. Работы много, поэтому я с головой окунаюсь в свои проекты, чертежи и наброски. Так в рабочей атмосфере проходит первая половина дня и я, бросив взгляд на часы, спешно собираюсь на обед домой — пора кормить Кошу.

Спешу по коридору в сторону лифта, как меня окликает зычный мужской голос:

— Альбина Михайловна! Подождите!

Торможу и чертыхаясь про себя, поворачиваюсь лицом к спешащему ко мне на всех парах боссу.

Вот что ему от меня опять надо?

Надо бы лицо сделать попроще, но не получается.

Что поделать, после вчерашнего у меня образовалась стойкая непереносимость индюшатины.

— Куда вы так торопитесь? — сходу спрашивает он.

— На обед, — сухо отвечаю я, складывая руки на груди.

— Так рано?

Да что же это такое!

Ну, начинается-я-я-я…

— Мне Кошу кормить, — пожимаю плечами, — У него обед по расписанию.

Босс уже привычно хмурит свои соболиные брови, но вместо ожидаемой отповеди я получаю удивительное предложение:

— Хотите я вас подвезу? Вы же, кажется, тут неподалеку живете?

— Кх-х-х, — от неожиданности теряю голос я и восстановив его, уточняю, — А это точно удобно? Вам по пути?

— Конечно! Как раз в сторону левого берега собирался ехать! — восклицает босс и, подхватив меня под локоток, тащит в сторону лифта.

Тачка у Даниила Вячеславовича бесспорно шикарная. Огромная, черная, блестящая. Такой и касаться страшно, не то, что ногами коврики салона топтать.

— Садитесь, Альбина, — босс с подозрительной для него галантностью распахивает передо мной пассажирскую дверь и, подождав, когда я неуклюже вскарабкаюсь на сиденье, аккуратно захлопывает.

Вы гляньте-ка чего делается…

Его индюшачье величество за мной ухаживает!

Еще вчера распекал меня за «развязное» поведение, а сегодня прям подозрительно любезен.

Тем временем Коваль садится рядом, заводит двигатель своего авто и выруливает с парковки на основную дорогу.

— А откуда вы, Даниил Вячеславович, знаете, где я живу? — глядя, как он точно поворачивает в проулок к моему дому, спрашиваю я.

— Этот адрес указан в вашем личном деле, — невозмутимо отвечает он.

Хм, не помню такого.

Ну, да ладно…

Босс аккуратно паркуется под сенью больших тополей, глушит двигатель и всем корпусом поворачивается в мою сторону, внимательно разглядывая.

Чувствуя себя неловко под его изучающим взглядом, машинально приглаживаю волосы и аккуратно интересуюсь:

— Вы что-то хотели, Даниил Вячеславович?

— Да, хотел, — вздыхает он так, словно ему предстоит что-то очень тяжелое, — Я хотел извиниться за вчерашнее. Вы простите меня?

Клянусь, если бы поблизости прогремел взрыв, я бы меньше удивилась.

Извинения из уст Коваля это просто…вау…

Открываю рот, но не нахожу слов для ответа.

— Я вел себя непростительно по отношению к вам, — между тем продолжает виниться босс, — Простите меня пожалуйста. Я бы не хотел, чтобы вы держали обиду. Все это не со зла, а по глупости.

Да уж.

Не каждый день босс извиняется пред тобой, да и еще признается в собственной дурости.

— Вы назвали меня развязной, — напоминаю я, — Хотя сами ко мне полезли. Это тоже по глупости?

Босс, явно нервничая, ослабляет узел галстука, и взгляд его до этого твердый и прямой начинает «бегать», словно в попытке за что-то зацепиться, чтобы обрести прежнее равновесие.

— Я на самом деле так не считал.

— Считали, — качаю головой, — Это было понятно с того самого дня, как я пришла к вам на собеседование. Любопытно…и что же заставило вас изменить мнение…

— Альбина я…

— Для вас я — Альбина Михайловна! — чопорно поправляю его, зло стреляя глазами.

Да-да, я такая вредина!

Мне для сатисфакции банально мало его извинений, нужно чтобы он еще немного помучился.

— Альбина Михайловна, обещаю впредь не допускать таких ситуаций и уж тем более не переходить на личное.

Ах, ты ж индюк общипанный!

Я-то в процессе данного разговора надеялась, что мы подойдем к моменту нашего с ним первого и крайне плодотворного знакомства, а он мне тут опять корпоративную этику втирает.

Эдак мы до самых моих родов будем ходить вокруг до около.

Ну, и фиг с тобой, трус несчастный.

— Хорошо, — легко соглашаюсь я, — Я вас прощаю. Все? Могу идти?

Несколько мгновений мужчина сверлит меня тяжелым взглядом, а после неуверенно кивает.

— Идите, конечно.

Выбираюсь из автомобиля и иду к своему подъезду, затылком чувствуя взгляд Коваля, что провожает меня глазами.

Упорно иду, не оборачиваясь, но тут вижу перед подъездом другого мужчину, в руках у которого огромный плюшевый медведь и не менее огромный веник с все теми же вонючими розами.

Вот только Ромы мне здесь не хватало для полного счастья!

Как он здесь вообще оказался, если я свой новый адрес даже матери не давала.

Сто процентов что, это Роза Давидовна мой адрес раздобыла.

Этой женщине надо в ФСБ работать.

Все стране польза, зато другим бы жить не мешала.

Увидев меня издалека, почти бывший муж, кидается мне на встречу, вызывая огромное желание бежать в другою сторону — от него.

Но я девочка взрослая.

Пересиливаю себя, остаюсь стоять на месте, и даже терплю его руку на своем плече, прекрасно зная, что всю эту картину сейчас наблюдает из своего авто Коваль.

— Здравствуй, Аля, — с придыханием произносит Рома, — Это тебе.

Протягивает мне букет от которого я уклоняюсь, попутно скидывая с плеча его руку.

— Что ты здесь делаешь, Рома?

— Поговорит хочу.

Ну, что ж…

Поговорить нам и вправду нужно.

В прошлый раз мы оба были на эмоциях.

Я в истерике, он в алкогольных парах.

И сейчас, как раз тот самый момент, когда мы можем спокойно обсудить наш развод, без скандала, моей мамы и, разумеется, без Розы Давидовны.

— Пойдем, поговорим, — киваю ему на лавочку, возле детской площадки, — Только быстро. Времени мало.

— И даже к себе не пригласишь? — обиженно смотрит на меня.

— Не приглашу.