Ракета. Ольга

– Хорошая моя, ну ты же видела, что ракета не настоящая! Она из пластика!

– Видела-а-а-а! – заливалась слезами Лея. – Но у нее пульт! Пусть летает!

Честно говоря, я была готова к бессонным ночам, когда заводила ребенка. Готова к младенческим крикам. К сложностям грудного вскармливания, приучения к горшку и насильному впихиванию пюре из брокколи. Достаточно была наслышана про неспящих детей, согласна была ходить в мятых футболках с не отстирываемыми пятнами от сока и натягивать на дочь красные колготки с синим платьем, плевать – лишь бы сухое.

Но вот к закидонам типа «треснул леденец, буду рыдать, пока он снова не станет целым», или «я хотела кашу, а ты дала яблоко», хотя никто про кашу не заикался даже, я готова не была. Пропустила заставку любимого мультика, не сумела нарисовать грибочек, как на картинке, снег на дороге почистили раньше, чем она успела выйти и попрыгать в нем, – все это повод для рыданий.

И если временами я могла как-то исправить ситуацию: сварить кашу, например, или хотя бы понять логику – как с грибочком, то иногда мир был слишком жесток и не желал чинить леденцы, а я – бессильна.

Вот и с ракетой….

– Почему-у-у-у-у она не полетела!

– Понимаешь, моя хорошая… – в сотый раз начала я.

На выходе из детского сада нас караулил Влад.

Уже который день он умудрялся встретить меня утром до работы и вручить стаканчик кофе и несколько раз даже после работы, когда я забирала Лею из детского сада и он провожал нас домой. К счастью, старые проекты мы сдали и можно было не засиживаться в офисе.

Но сегодня он был ну совсем не в тему!

При виде зрителей Лея совсем зашлась рыданиями, даже остановилась, чтобы как следует сосредоточиться. На лице у Влада появилось легкое брезгливое выражение, и я как всегда почувствовала себя отвратительной матерью. Не умею успокоить ребенка, как всегда, да. Всем мешаю со своей дочерью, сидела бы дома, раз не в силах воспитать ее как следует!

Я подхватила Лею под локоть и потащила к дороге. Ничего, сейчас до дома доберемся и там уже будем выяснять, отчего вдруг у нас такая трагедия.

Влад догнал нас в несколько шагов и преградил путь.

– Что случилось? – спросил он.

– Все в порядке, – огрызнулась я раздраженно. – Мы домой.

– Не взлетела-а-а-а-а! – заревела Лея еще горше.

Ох, бедный мой котенок, ну у меня же сердце разрывается. И я разрываюсь между желанием придушить свое творение и взять на ручки и никогда не отпускать.

– Кто не взлетел? – заинтересовался Влад. Уходить он, кажется, не планировал.

– Ракета, – вздохнула я. – В садике была игрушечная ракета с пультом. Если на пульт понажимать, он светился и пищал. И ракета светилась. А если нажать на кнопку «Пуск», издавала звуки запуска. Но не летела, разумеется: это игрушечная ракета. И теперь у нас трагедия.

– Хм… – Он задумался.

Лея воспользовалась случаем и решила сесть прямо на мокрый тротуар. Я вздернула ее за руку, перехватила поперек тела и решила так и донести.

– У вас сейчас какие-то планы? – вдруг спросил Влад.

– Нет, у нас только планы добраться до дома и поужинать, если наша шоколадная принцесса не решит отказаться от еды в знак протеста, – пропыхтела я, пытаясь пристроить брыкающуюся Лею на руках поудобнее.

– Тогда… – Влад шагнул ко мне и подхватил ее на руки. – Поехали.

– Куда?! – Первым порывом было выдрать ребенка из рук похитителя, но он целеустремленно зашагал к своей машине.

– Садись. – Он открыл заднюю дверь, а сам отнес Лею к другой и уже усаживал в детское кресло. – Сюрприз будет.

Дочь заинтересованно замолкла.

– Дядя Влад-Олень… – начала она, но он шикнул на нее, обернулся, приложив палец к губам.

– Обещаю, тебе понравится… – таинственным голосом сказал Влад.

Тут уже заинтересовалась и я.

– Нам только к девяти надо вернуться, у нее режим, – предупредила я.

– Помню, – сказал Влад, выруливая из двора. – Мы недолго.

Когда мы выехали за пределы Москвы, я даже начала немножко волноваться. Но Лея прилипла к окну и пялилась на мелькающие огоньки торговых центров, тыкала пальцами в проезжающие мимо машины и вообще уже забыла про чертову ракету. Можно было бы возвращаться, но Влад только загадочно улыбался на мои вопросы и ехал неведомо куда.

Мое терпение уже почти кончилось, когда он вдруг завернул на узкую дорогу и затормозил перед воротами невысокого здания.

– Идем!

Лею он вытащил сам, а я, как курица-наседка, только прыгала вокруг и волновалась.

Это оказалась станция ракетомоделирования! Оказывается, есть такой кружок, где дети делают настоящие модели ракет, которые по-настоящему взлетают!

Никого уже в такой час, конечно, не было, но Влад ушел куда-то и вернулся через десять минут с мрачным мужиком. Тот глянул на Лею и стал чуть менее мрачным.

– Я у ребят их модели отбирать не буду! – строго сказал он Владу. – Сколько бы вам там ни заплатили. Но вот сам делал модель, ее дам запустить.

Мы пошли на большой пустырь за зданиями, где мужик долго возился с установкой ракеты, попутно что-то объясняя про топливо, стабилизаторы, центр тяжести, парашюты и разные модели двигателей.

– Запись в кружок только с десяти лет! – сказал он строго, протягивая Лее пульт. – Но я сделаю вид, что кнопку нажала твоя мама.

Разумеется, сказать спасибо она забыла. Но глаза ее так сияли, что мужик даже заулыбался.

– Давай! – подбодрил Лею Влад.

Она оглянулась на меня, на мужика, на Влада и нажала кнопку.

Ракета, которая выглядела куда более игрушечной, чем та, что была в детском саду, затрещала искрами, свистнула и… взмыла в небо. Высоко-высоко, так что даже потерялась в темноте сумерек, подмигнув только красным огоньком на хвосте.

– Ура-а-а-а! – завопила Лея, подпрыгивая. – Ура-а-а-а!