Глава 17

Я проснулась от назойливого звонка в дом.

Вставать не хотелось совершенно, потому что по моим внутренним часам сейчас была глубокая ночь.

С трудом я открыла глаза, обнаружив прямо перед своим носом такого же еще спящего Кирилла.

Мужчина поднялся на локтях раньше меня и, взглянув на циферблат часов, заключил:

– Начало девятого. Ты кого-то ждешь?

– Нет. Галину Яковлевну выписывают позже. Может, это Настя меня потеряла?

– Мне сходить? – я кивнула, тут же проваливаясь обратно в сон. – Она догадывается о тебе.

По личным ощущениям прошел час с того момента, как я прикрыла глаза. На самом деле прошло не больше минуты, за которую Кирилл успел наспех одеться и спуститься на первый этаж, чтобы открыть дверь.

По истечении этого времени я услышала радостные голоса детей своей подруги.

– Люда! – с ужасом вспомнила я, подскакивая на кровати в чем мать родила.

К моменту прибытия недовольной подруги в спальню я была уже в шелковом халате.

– Ты издеваешься надо мной? Я собрала детей, приехала через весь город, а ты тут в кровати. И с кем! Кстати, с кем? – Люда бросила взгляд за спину, как будто там могла обнаружить Кирилла, который, судя по звукам, находился с детьми на первом этаже.

– Люда, прости. Умоляю! Я забыла. У Галины Яковлевны был приступ в субботу, и все так завертелось…

– Боже мой… Она в порядке? – подруга обеспокоенно схватилась за сердце и опустилась на кровать, предварительно подобрав свою многослойную шифоновую юбку.

– Да, сегодня уже выписывают. Я не подумала сказать тебе об этом, потому что совершенно забыла, что мы сегодня договаривались увидеться! Мне так неловко…

Я хваталась за голову и не знала, как извиниться перед подругой.

Периодически мы освобождаем дни, чтобы провести время друг с другом. Мы ходим по магазинам или в кино, заходим в ресторанчик, отдыхаем от семьи и работы.

В этот раз мы договорились встретиться именно сегодня! А Галина Яковлевна заботливо предложила посидеть с Людиными детьми, поскольку у них были каникулы.

Из моей головы совершенно выпали и наши планы, и поход в картинную галерею, и забронированный в ресторане столик.

– Оля, впервые в жизни я не напомнила тебе о нашей встрече…

– Знаю, знаю! – я перебила подругу. – Ты курица-наседка, а я твой нерадивый цыплёнок, который свалится в кастрюлю, как только свести с него глаз. Я очень виновата.

– Забудь, – Люда махнула рукой и по-дружески обняла меня. – Нас встретил Корнев? Все серьезно?

– Все сложно. Расскажу, как сама разберусь.

Подруга не стала настаивать и дала мне возможность одеться во что-то более приличное, чем домашний халат, прежде, чем мы спустимся на первый этаж к ее детям.

Люды не было около десяти минут, а ее беспокойные бесенята еще не разобрали дом. Я с удивлением оглядывалась по сторонам в поисках найти хотя бы сброшенную с полки книгу. Но нет, ничего.

Более того, из кухни доносились размеренные разговоры и запах жареных яиц.

Мы с подругой синхронно переглянулись, увидев двоих детей, смирно сидящих за столом с вилками в руках.

– Соня, Саша, что тут происходит? – мать малышей вопросительно изогнула бровь, когда ее дочь занесла вилку над омлетом, который не ела даже под угрозой остаться без мороженого на неделю.

Дети у Люды были просто замечательные. Умные не по годам, рассудительные, со смешными курносыми носиками как у моей подруги и карими глазами как у их отца. Однако дети оставались детьми и за считанные минуты могли поставить дом вверх дном.

Единственный, чье присутствие их приземляло, – Руслан. Отец имел на них какое-то волшебное влияние. Рядом с ним они делались тише воды, ниже травы. Оказывается, такой магией обладал еще и Кирилл.

– Мы кушаем, мамочка, – с важным видом произнесла малышка, аппетитно причмокивая. – Я так проголодалась, пока мы ехали. А Кирилл умеет готовить омлетик как у подножья Альп из парного молочка коров, которые снимаются в рекламе молочного шоколада.

– Кирилл умеет готовить омлетик так же, как его готовит мама. Что Вы с ними сделали? Они же просто шелковые! Дадите мне название этих успокоительных…

– Ну что Вы, – Кирилл смущенно рассмеялся и приобнял детей, которые сидели перед ним. – Главное – уметь найти подход. Это несложно. Тем более, что Руслан много рассказывал мне о своих чадах.

– Ты знаком с ее мужем? – почему-то я удивилась. Но, веротянее, этого никто не заметил, потому как в этот момент на кухне я уже заваривала себе кофе.

– Мы вместе в прошлом году были спикерами на одном форуме в Подмосковье. И потом пересекались несколько раз в компаниях.

– Мой муж каждому второму раскрывает секрет как утихомирить детей? Интересно, мне он рассказать не хочет?

– По-моему, Ваш муж каждому первому рассказывает о ваших детях. Он чудесный отец, который высоко ставит семейные ценности. Я поджарил тосты и бекон. Позавтракаем?

В собственном доме особого приглашения мне не требовалось, и я уже за обе щеки уплетала вкуснейший сочный бутерброд с дижонской горчицей.

Саша с Соней почти что облизывали тарелки после плотного завтрака и уже засматривались на мою порцию хрустящего бекона.

– Спасибо за приглашение, но мы поедем. Дети, одеваемся.

– Как?

– Мамочка, мы же должны были провести у тети Оли целый день!

Глядя на растроенные моськи детей, я сама чуть не расплакалась. Нет, честное слово, у меня слезы из глаз брызнули, и в груди все неприятно сжалось. Мне было невероятно стыдно перед подругой, а сейчас еще и перед Сонечкой с Сашей.

– Ребятки, Галина Яковлевна приболела и не сможет с вами посидеть. Никак. Я так волновалась за нее, что совсем забыла предупредить вашу маму об этом. Простите, пожалуйста.

– А папа не может с нами посидеть, пока вы гуляете? Мамочка, ты же очень-очень хотела погулять! – Соня с умильной моськой повисла на руке матери и состроила щенячьи глазки.

Я удивлялась, как эта девчонка в пять лет способна так умело манипулировать родительницей! Одной фразой и о досуге матери позаботилась, и решила, что проведет день с папой.

– Папа сказал, что мог бы посидеть с вами, но только после обеда. А нам с тетей Олей уезжать нужно уже через полчаса, или смысла ехать и вовсе не будет.

– Я могу посидеть с ними, пока Руслан занят, – четыре пары глаз синхронно повернулись в сторону Кирилла, который еще не понимал, что своими руками роет себе могилу.

– Да, мамочка, да!

– Дети, нет, мы едем домой. Я даже не успела познакомиться с этим человеком. Не хочу, чтобы у него начал дергаться глаз раньше, чем я узнаю, кем работают его родители. Одевайтесь!

– Нет, Людмила, я действительно могу посидеть с ними. Тем более тут осталась пара часов. Мы позавтракаем, соберемся и поедем в город, там как раз пересечемся с Русланом.

Подруга кинула на меня растерянный взгляд, а я только пожала плечами.

Бесспорно, Кириллу доверять было можно. Но вот была ли его тонкая душевная организация готова к потрясению в виде двух маленьких детей? Не думаю.

Но отговаривать мужчину в мои планы не входило. Он хотел побыть благородным рыцарем в моих глазах и глазах моей подруги – пожалуйста. К тому же, если благодаря этому мы успеем по своим делам…

– Если действительно нетрудно…. Я сейчас позвоню мужу, – Люда осторожно отошла на несколько шагов от своих детей, а потом и вовсе вышла из столовой.

Дети быстро сориентировались и поняли, что сомнение мамы почти что точно означает ее согласие. Соня побежала в гостиную за своим любимым набором хрустальных статуэток, а Сашка нашел на кухне печенье и устроился за столом.

Через полчаса мы с Людой выезжали в спа-салон, а Кирилл оставался в доме с двумя детьми, комплектом ключей и целой тонной наставлений от моей подруги.

Разговор о мужчине, которого Люда буквально обнаружила в моей кровати, зашел только спустя несколько часов, когда мы лежали, обернутые в шоколад, и пили апельсиновые фреши.

Подруга будто специально не задавала никаких вопросов до этого самого момента.

Только когда Руслан отписался, что забрал детей, Люда отложила телефон в сторону и с интересом уставилась на меня.

– Не смотри так, – не поворачивая на нее головы, сказала я. – Все слишком сложно, чтобы рассказывать.

– Не мое дело, но он хороший. Такой вежливый, обходительный, живой. К тому же Руслан разрешил доверить ему наших детей. А это дорогого стоит. Он мне-то их не всегда доверяет…

– Ты так говоришь, как будто забыла, что я все еще замужем. И мой муж, кстати, тоже не самый плохой человек.

– Борис другой, – Люда никогда не отзывалась плохо о моем мужчине. Но, возможно, у нее просто не было повода… – Он очень ответственный, профессионал своего дела. Но он был весь в работе, как и ты. Кирилл готовит завтраки, не прочь посидеть с детьми. И ты расцвела за этот месяц.

Я невольно едва заметно кивнула. Люда была права.

Я держалась на плаву только благодаря Кириллу и его поддержке. Он подал руку, когда я была в шаге от депрессии, научил меня видеть мир в новых красках.

С ним жизнь изменилась. И дело не только в его присутствии в постели вместо мужа. Изменилась я.

Мыслей о работе правда стало меньше. Если раньше я засиживалась в офисе до двенадцати, то сейчас позволяла себе больше времени проводить дома. И ведь я все успеваю!

– Кирилл как будто из другого мира. Он моложе меня, иначе смотрит на вещи. Для него работа заключается не в том, чтобы выстроить империю. Он совсем другой…

– Влюблена?

– Возможно.

Пожалуй, только Люде я могла признаться в своих истинных чувствах. Я знала, что подруга поймет и не осудит меня за то, что сейчас на душе.

– Он молодой, привлекательный, интересный, ухаживает за мной. Как тут не влюбиться? Вопрос в другом. Зачем мне это и как это закончить? Я ведь понимаю, что ничего серьезного быть не может. Борис передумает разводиться, я чувствую. Но соглашусь ли я остаться в семье? Если нет, жизни с Кириллом он мне никогда не даст. Да и к чему? Он молодой парень, который найдет хорошенькую умную девушку и создаст семью, о которой так мечтает. Я тоже буду счастлива когда-нибудь и с кем-нибудь.

– Почему не думаешь, что с ним?

Я глубоко вздохнула. Сама не знала ответа на вопрос. Просто знала, что это глупая затея, из которой ничего не выйдет. Зачем давать себе ложные надежды?

– Ты с Русланом сколько? Десять лет? Ни разу не испытывала влечение или влюбленность к другому мужчине?

– Нет, конечно! – Люда отреагировала очень бурно, но я посмотрела на нее скорее с осуждением. – Ну точно не влюбленность! Конечно, я не слепая и вижу мужчин вокруг. Отмечаю, что есть симпатичные, сексуальные. Может быть, проскальзывает мысль, что я могла бы познакомиться с ними, не будь замужем. Но это же так, на уровне фантазий.

– Я просто осуществила фантазию. Познакомилась с симпатичным мужчиной. Но это не значит, что я брошу мужа. В том смысле, что с Кириллом мне дальше быть необязательно.

– А что Борис?

– Не знаю, – я пожала плечами, потому что и впрямь не располагала информацией о муже ровно с того момента, как мы пересеклись в палате у Галины Яковлевны.

Марина отлично держалась и не выходила на связь с Борисом почти двое суток. Для молодой по уши влюбленной девушки это настоящее достижение.

Однако юношескую наивность не скроешь за напускной холодностью. То и дело девушка проверяла телефон, чтобы увидеть, что он снова позвонил или написал. Она держалась как могла, но в конце концов приняла звонок.

Их встреча проходила на съемной квартире, которая уже как несколько дней не видела счастливой пары в спальне.

Борис был по-прежнему разбит, а Марина строила из себя недоступную барышню.

– Я виноват перед тобой, – произнес мужчина, когда они оказались на диване в гостиной. – Но что за детский сад ты устроила? Моя мать в больнице, а я вторые сутки трачу все свои силы и время, чтобы найти тебя.

– Я не просила тебя искать меня. Ровно как и не просила целовать бывшую. Или ты забыл, почему я ушла?

– Не забыл. Прости, что так вышло. Мне жаль.

– Тебе жаль? – Марина показательно надула губы и подскочила с дивана. – Ты изменил мне, а теперь просто просишь прощения?

– Боже мой, не заводи свою шарманку в сотый раз! По твоим словам я изменяю тебе двадцать раз на дню: когда еду с девушкой в одном лифте, когда смотрю на девушку, когда думаю о какой-то девушке!

– Но… Ты ее поцеловал.

Казалось, Марина была ошарашена напором своего мужчины. Ее безапелляционные аргументы он буквально разбил фразой «И что с того?».

Пожалуй, окажись я на месте девушки, испытывала бы не меньший шок.

– Да, я ее поцеловал. Я виноват в этом. Я попросил прощения. Что тебе еще нужно? Ползать за тобой на коленях? Купить дом в Италии? Оля моя жена, мы еще не разведены. Наши отношения невероятно сложные! И не тебе в них лезть.

– Сложные отношения, ты серьезно? – совершенно ничего не понимая, Марина подошла к мужчине со спины и холодным взглядом уставилась в его затылок. – Ты закончил отношения с ней ради меня. Не помнишь? Вы расстались! Остались лишь формальности.

– Мы были в браке десять лет. Мы десять лет любили друг друга, строили совместную жизнь. Ты действительно считаешь, что после такого могут остаться лишь одни формальности?

– О чем ты говоришь? – голос девушки дрогнул. – Ты не планируешь разводиться? Ты же обещал мне, говорил…

– Я не знаю! Ничего не знаю! Вопросы, сплошные вопросы и упреки! Ты только и делаешь, что пытаешься что-то понять, выяснить. Что ты хочешь от меня услышать?

Борис не был человеком, которого легко вывести из себя. Обычно он скрывал эмоции где-то глубоко внутри, и даже я не всегда знала, что творится у него на душе.

Марина впервые видела своего мужчину таким: злым, взволнованным, совершенно потерянным и колючим. Она была напугана.

– Моя мать в больнице, – продолжал на повышенных тонах Борис. – Родители на грани развода, отец сам не свой. Я поставил на паузу отношения с женой, и любовь всей моей жизни сейчас живет с другим мужчиной! С этим наглым скользким типом, который что-то вынюхивает. Хочешь задать еще какие-то вопросы? Пожалуйста! Только встань в очередь, потому что мне нужно найти ответы на все предыдущие.

Мужчина сверкнул серыми глазами, которые сейчас метали молнии, и скрылся за дверью спальной комнаты.

Он был сам не свой. Все тело трясло от переизбытка эмоций, в голове сплошная каша, а сердце болезненно билось в груди.

Почему он дал волю эмоциям? Вряд ли на этот вопрос хоть кто-то мог дать ответ.

В планы Бориса входило поговорить с Мариной и, возможно, помириться, если она пойдет на контакт. Но ее очередная порция вопросов и недовольств вызвала волну ярости в мужчине.

Однако Марина была лишь поводом, спичкой, брошенной в стог сухого сена. Девушке не повезло оказаться в ненужное время в ненужном месте.

Эмоции Бориса были адресованы совершенно не ей. Злился он на Корнева, за то, что тут увел у него жену, как казалось тогда мужчине. Он злился на родителей, которые на старости лет к общему списку проблем добавили свой развод. Конечно, в первую очередь он злился на себя за глупость, слабость, несдержанность.

И только на меня он не держал зла. Где-то глубоко в душе мужчина понимал, что я стала лишь жертвой обстоятельств, но не сделала ничего плохого.

А что Марина?

Что чувствовала эта молодая девушка, которая по собственной воле стала участницей семейной драмы?

Конечно, она кинулась рыдать. Излишняя эмоциональность была ее отличительной чертой, но в этом случае девушку не осудила бы даже я. Любовь всей твоей жизни (именно так Марина думала о Борисе) в буквальном смысле заявил, что не вычеркнул жену из списка возможных кандидаток на его сердце.

Но слезы заняли у девушки не слишком много времени. Смыв косметику жидким мылом, Марина намотала сопли на кулак и отправилась спасть свои отношения с твердой уверенностью в том, что Борис просто запутался.

Девушку подгоняла мысль о том, что ее любимому человеку сейчас сложно, он в трудной ситуации. И кто кроме нее может ему помочь? Конечно, только она! Она может спасти его, может показать на собственном примере, где именно его счастье.

Будь я рядом, непременно схватила бы ее за руку и сказала: «Милая, не нужно спасать никого кроме себя. Не смей!». Но меня рядом не оказалось…

– Борис, – девушка осторожно прошла в спальню и опустилась на кровать рядом с мужчиной. – Я очень люблю тебя, слышишь? Для меня не существует никого кроме тебя. Мы с тобой – огромная ценность, которую нельзя потерять. Мы со всем справимся, я обещаю.

– Прости меня, – Борис заключил девушку в крепкие объятия и зарылся носом в ее волосах. – Я не должен был кричать на тебя. Прости. Я такой дурак! Мне очень и очень тяжело, я сам не свой.

– Я знаю, знаю, любовь моя. Я все понимаю. Со мной ты можешь быть настоящим. Я всегда пойму и поддержу.

– Спасибо тебе, – пара слилась в страстном поцелуе, и о продолжении думать я уже не хочу.