Глава 36

Мила

В тот день – выпускного дочери, Герман даже смотрел на меня по-другому.

В его глазах был смысл, осознание. Сначала я не поняла этого. Искала подвох, потому что часто его настроение менялось со скоростью ветра. Но не тогда. Не в тот вечер.

Он отвез нас домой с Верой, так как родители отказались, а Оксана осталась с классом и учителями. Был молчалив в отношении меня, дарил лишь улыбки. А вот с Верой вел диалоги, интересовался ее делами. И этот интерес не был фальшивым.

Видимо, нам все же удастся договориться и иметь человеческие отношения. Это то, чего я хотела.

Мысль о разводе все еще ранила и вносила ощутимый хаос, но в голове я была согласна. Лишь сердце пока еще не верило… любило. Только уже ломанной любовью, не той цельной и здоровой, какой была раньше.

Сейчас я понимаю, что Герман смирился и отпускает меня спокойно. Он действительно пошел в клинику и получает необходимую помощь, в чем я, признаться, сомневалась. И пусть он говорит по-прежнему, что это ради нас с девочками, я все равно рада, что он это делает.

Но зачем он сегодня позвал меня на встречу, я пока что не понимала.

Оставив Оксану дома за старшую, я приехала в центр города. Эта неделя была у меня рабочей, но так как у детей каникулы, мы решили сместить занятия после обеда, все же всем нам хочется немного выспаться после учебного года.

– Привет, – поздоровался первым Герман, встав со скамейки, где ожидал меня.

– Привет. Что-то срочное? Ты казался взволнованным.

– Полагаю, что да.

Он кивнул в сторону банка.

– Прости, за мое поведение. Я не хотел ничего делать с этими деньгами, просто… Тогда я пытался…

– Не говори, все… Эм, спасибо, что делаешь это сейчас. Потому что это важно для детей.

– Знаю. Пойдем, откроешь новый счет или если у тебя он есть, то положишь деньги на него, или…

– Я поняла, поняла, хорошо.

Это было еще одним поступком от него. Поступком, который я все равно оценила. Наша дочь не поступила бы на бюджет, так как эти места ограничены. И пусть у нее хороший аттестат, все было предельно ясно на дне открытых дверей. Поэтому мы копили эти деньги. Завершив все дела в банке, Герман позвал прогуляться.

– Как девочки?

– Хорошо. Вера радуется лету, а Оксана так и готовится к поступлению. Я наняла учительницу со школы, подтянуть немного ее по иностранному языку.

– Нужно оплатить что-то?

– Нет, все в порядке. Она приходит два раза в неделю на час. Но нужно будет немного прикупить вещей. Все же не в форме она будет ходить в университет. Боюсь, что я сама не справлюсь.

– Просто скажи мне, когда и что вам будет нужно.

– Спасибо.

Мы замолкаем и проходим еще несколько метров, прежде чем он начинает говорить чуть пониженным тоном.

– Я приеду в зал заседаний послезавтра, Мила, – я боялась, что будет иначе, и пока не наступил тот самый день, я все еще не уверена, но не показываю ему этого.

– Это тяжело для всех нас.

– Знаю. Просто хотел сказать, что я выполню свое обещание.

– Спасибо, Герман…

– Нет, – он обрывает мои слова и останавливается, заставив и меня сделать то же самое.

Я поднимаю на него глаза и улавливаю тягучую боль. Боль, которая обязательно пройдет. И у меня, и у него. Десять лет не стереть ластиком судьбы так просто. Да и зачем? Это было и сделало нас такими, какие мы есть сейчас.

– Это тебе я благодарен. Честно… Спасибо тебе за все.

На его губах играет почти улыбка, а потом он провожает меня на такси, платит за него и, прежде чем машина трогается с места, уходит быстрым шагом.

Остаток дня выходит занятым, и к вечеру я ощущаю себя слишком уставшей.

– Мам, ложись, я за Веркой пригляжу, – Оксана забирает из моих рук тарелку и убирает ее в раковину.

– Не могу. Я планировала сегодня перебрать аптечку и завтра ее обновить. Еще в душ сходить нужно.

– Это отговорки. Иди в душ, а с лекарствами потом разберешься.

– Ладно, и спасибо.

Она пожимает плечом и берет губку в руки.

Я захожу в спальню и переодеваюсь в халат, а по пути в ванную меня чуть не сбивает с ног Вера.

– Мам, а можно под мультики засыпать?

– Не-а. Гостиная не место для сна.

– А мне Оксана ноутбук дала. Можно, мам? Можно?

– Но не забудь его выключить, как соберешься уснуть.

– Спасибо, – ее визг проносится через весь дом, до самой комнаты и заглушается хлопком двери.

Душ уносит мою усталость и заменяет ее еще большей сонливостью.

Прохожу по комнатам дочерей и желаю им спокойной ночи. Разумеется, я не первый раз засыпаю первой.

И то, что случилось после, навсегда останется в груди прожженной дырой, которую уже не залатать, потому что вина, это тот материал, который не восполнить ничем. Не соткать из слов «Прости». Не залатать ничем другим. Теперь я понимала это чувство, через которое прошел мой муж десять лет назад гораздо лучше, но это не могло ничего изменить.

Случившееся этой ночью никогда и ничто не изменит.