Глава 20.

Замираю, как парализованная.

Только что не решалась открыться нанимаемому сыщику, а тут взяла и всё разболтала незнакомцу!

Точнее, он меня невольно услышал. Но от этого совсем не легче!

Медленно убираю руки от лица. Стряхиваю волосы с себя и робко нахожу глазами заговорившего со мной мужчину.

Сердце бешено колотится в противовес одеревеневшему телу. А мысли в голове чечетку танцуют. С такой скоростью я еще не анализировала ситуаций!

«Если тип окажется детективом, найму его!» - принимаю, возможно, опрометчивое решение.

Но справедливости ради, надо понимать, что у меня есть основание для этого. Я буду надеяться на то, что профессиональная этика не позволит ему разглашать тайны клиентки.

- Не переживайте, я умею хранить секреты, - словно прочитав мои мысли, успокаивающе выдает незнакомец.

Он сухопарый, жилистый и высокий. Очень. Мне голову приходится запрокинуть, чтобы добраться до его лица. Смуглого, с заостренными чертами и резко выраженными скулами. Орлиный, тонкий нос мужчины чуть нависает над мясистыми губами.

А глаза у него синие, как немилосердная морская пучина. Вдобавок слегка раскосые, будто он, не преставая щурится пытливо. И выражают они что угодно, только не услужливость и желание впечатлить нанимателя.

Хотя в целом внешность необычного индивидуума, цепко рассматривающего меня в ответ, можно назвать привлекательной.

Однако красота у него какая-то злая и притом едкая. Как нечто липкое и чересчур сладкое. А еще такое, что лучше не пробовать на вкус. Потому что оно начнет скапливаться под языком расщепляющей горечью. А так и интоксикацию можно получить от переизбытка сахара. И ощутить только остаточную прогорклость.

Не знаю, откуда мне приходят на ум именно подобные сравнения. Но все эти эмоции буквально нанизываются на мои рецепторы, просачиваясь под кожу.

Тянет чертыхнуться, издав бескультурное «бррр».

Безусловно, внешне я сохраняю облик аристократки. Слегка помятой, правда. И чуток взъерошенной, очень может быть. Но в пределах допустимого… эм, надеюсь.

- Вы сыщик? – спрашиваю, очень сильно жалея, что не стала договариваться с первым же детективом, встретившимся мне здесь.

- Нет, я частное лицо, - усаживается мужчина на ту же скамью, на которой ёрзаю я. – Но из того, что услышал, для меня стало очевидностью – нам с вами по пути.

- Объясните, - требую лаконично, при этом впившись глазами в перстни, которые толпятся на его утонченных пальцах.

Они один массивнее другого. Будто их владелец нанизал ими свои изящные руки, не желая обидеть ни один экземпляр из своей обширной коллекции вычурных, но грубоватых колец.

- Позвольте для начала представиться. Я драф Донкисс.

- Драф? То есть… демон? - лепечу, борясь со стойким желанием подорваться с места и кинуться на выход.

- Дворянин Темной империи Загранного мира, - придает Донкисс вычурности простому и до ужаса понятному субъекту «демон».

Но, пускай эти создания и редкие гости под солнцем Драконового государства, всё же к ним тут относятся терпимо. По крайней мере, точно не как к бесовщине какой-то.

Вот я и вынуждена продолжать беседу как ни в чем не бывало.

- Я Кристиния, - неохотно начинаю называть своё собственное имя, принятое в этой стране, - лерда…

- Я знаю, кто вы, -  без зазрения совести перебивает меня настораживающий тип, сочные уста которого расползаются в снисходительной гримасе. - Так уж вышло, что я здесь по той же причине, что и вы, лерда Кристиния, - еще выше поднимаются уголки его неестественно алых для мужчины губ, складываясь в печальную улыбку. – Пришел нанять сыщика в надежде узнать хоть что-то существенное о моей бедной подруге.

- Подруге? – чувствую себя попугаем, повторяющим за странным лердом каждое последнее слово в предложениях.

- Речь о подруге моего сердца, - с нежной грустью сообщает он. – Не так давно она покинула этот бренный мир. И всё весомое, что мне удалось узнать после долгих поисков – это о связи ее трагедии с неким предметом.

- Предметом, - остаюсь верной себе и вновь повторяю слово, завершившее фразу Донкисса.

При этом ошалело гляжу в его нечеловеческие радужки с тьмой, полыхающей там, где у других существ пустует зрачок.

- Я про предметный артефакт, о котором вы, Кристиния, несомнения, и лепетали, когда я бессовестно вас подслушал, - ни капельки не стесняясь, признается он в своём проступке. – О, не смотрите так! Меня на то подтолкнули обстоятельства. Ведь я верно понимаю, в том предмете было заперто ваше пламя? - и не получив от онемевшей меня желанного отклика, демон переходит к следующему ходу - добивает продолжением своих рассуждений. – И я предположил, что мы оба находимся в поисках изумрудного подсвечника.

Ну тут уж я никак не могу нарушить зародившуюся только что традицию – попугайничать за Донкиссом!

А потому с безнадежной приверженностью этой попугайской манере, я опять повторяю:

- Подсвечник…

Понимаю, какой малахольной, раздавленной и мягкотелой видит меня демон.

У меня в голове белый шум сейчас. А глаза – как у хамелеона – в разные стороны норовят разойтись.

До такой вот степени я не могу свои глазные яблоки заставить вернуть фокус на Донкисса!

- Кто… кем была ваша любимая? – выталкиваю слова, как тугие бусины, застрявшие в горле. – Стойте! – механически вскидываю руку, ладонью умоляя его молчать. – Если сейчас скажете, что тоже любили Ангелину, я уйду… уйду в обморок! Предупреждаю! А вы вряд ли умеете выводить из бесчувственного состояния, так ведь? – с вызовом спрашиваю у мужчины, брови которого, возможно, впервые за бессмертную жизнь наползают на лоб.

- Хм, не буду, - усмехается он, наблюдая мои эксцентричные выходки, - говорить.

- Тогда, кто она, если не Ангелина? – с недоумением смотрю на мужчину.

- Ну, вы же запретили мне называть имя, - ведет он чуть угловатыми плечами.

- То есть…

- То есть я не умею выводить дам из обмороков. Я тоже обязан предупредить, - хмыкает демон еще громче, кажется, забыв, что он скорбящий влюбленный. – Вот валить в обмороки – пожалуйста! С этим я обычно легко справляюсь. Могу даже флёром дыхнуть, чтобы слегка смутить вам сознание, - предлагает, сардонически улыбаясь.

- Не надо… не надо флёра, - мотаю головой, вжимаясь поясницей в деревянный подлокотник неудобной скамьи. – Мне и без всякого морока сейчас хре-е… хребет ужасом морозит, - стараюсь собраться с мыслями. – Ангелина никогда не рассказывала о вас! Откуда вы ее вообще знаете??

- Скажем так, это была тайная, запретная любовь, - вспыхивают в его глазах порочные всполохи, не оставляющие сомнений в правдивости чувств. – У наших отношений было много недоброжелателей. Как со стороны Изумрудного гнезда, так и за Гранью. Так что не корите ни себя, ни сестру, она не могла вам открыться. Анга была связана словом, данным мне. Я настаивал на том, чтобы наши встречи держались в тайне.

«Анга», - с трудом сдерживаю в себе порыв издать потрясенный возглас.

Этим сокращенным именем никто ни разу не называл флеймину при мне.

И всё же однажды оно попадалось мне на глаза. Всего однажды…

Оно было выгравировано на миниатюрной подвеске, которая случайно сползла с щиколотки Ангелины, когда мы тренировались.

Она сразу же спрятала крошечную драгоценность. Но я успела прочесть надпись.

«Умоляю, не говори никому! – вспыхнула флеймина стыдливым румянцем. – Мне не простят такое фривольное украшение».

Я, конечно же, обещала молчать.

Ведь впервые столкнулась с таким способ украшать себя в мире с закостенелыми правилами для девушек.

Ну и, естественно, про сокращение от имени ни разу не упоминала больше. Решила, что просто полное «Ангелина» не уместилось на маленькой подвеске для лодыжки.

А это, вероятно, был подарок от тайного любовника…

О, Ангелина! Что же ты еще скрывала?..

- И вы думаете, что ее смерть как-то связана с запретом, который наложили ваши семьи на эти отношения? – полосует меня холодным дуновением тьмы.

Если в деле были замешаны Темные из-за Грани миров, то всё еще страшнее и сложнее, чем мы думали.

А если они еще и задались целью подставить меня, то шансов обелить себя у меня ничтожно мало.

- Не исключаю, - загадочно сверкает Донкисс глазами. – Пройдемся? Поведую вам, что известно мне.

- Полагаю, эта откровенность потребует взаимности? – догадываюсь я.

- Очень надеюсь, что смогу рассчитывать на ваш рассказ в ответ, - красноречиво улыбается он.

Наверное, это очень опрометчиво – соглашаться на приглашение демона. Но я бесконечно устала от секретов!

Хочу ясности. Хоть какой-то. Пусть она и повлечет за собой новые проблемы…

Может, я немного сумасшедшая, но я иду с Донкиссом на улицу.

Позволяю ему остановить для нас прогулочный кэб, запряженный раптусами, смахивающими на динозавриков. И сажусь рядом с демоном под откидным капюшоном местного «такси».

Меня слегка обнадеживает адрес, который он называет возничему – «Холмы четырех кристаллов».

Это открытое пространство, там много прогуливающихся парочек в это время дня. И меня, по крайней мере, не собираются нигде запирать.