Глава 24.

Ночь, казалось, стала неподвижной.

Даже свеча в железном подсвечнике не колыхалась. Словно не ветер стих, а само время остановилось. И все движения превратились в прерогативу одного-единственного существа – Дракона, наделенного могуществом права.

Я сидела, закутавшись в плед до подбородка, а пальцы продолжали сжимать кружку с остывшим отваром. Моя рука пахла льняным маслом и скисшими красками. Как будто она успела въесться в мою кожу в темноте. И впитывалась в кровь в убогой попытке излечить мои страхи случайными мазками. Вымазать боль на холст.

Но магия художеств подзуживала меня впустую. Выплескивать беды на бумагу – не мой талант.

Я куда успешнее собирала их около себя. Облачала в облик мрачных мужчин. И в ужасе наблюдала за их хороводом вокруг меня – разбитой и уязвимой.

Когда я почувствовало Его приближение, сердце моё не упало. Оно встало. А вслед за тем припустило с бешеной силой, вторя глухим, повторяющимся взмахам снижающихся крыльев.

Серебристых, тяжелых крыльев огромного дракона. Таких, какими можно смахнуть башню, прижать луну к земле, распороть чрево ночи...

Я вцепилась в кружку, не моргая.

Тень в окне огромным, неизгладимым пятном прошла сквозь облака, нырнула вниз и… исчезла.

Моё сердце билось всё реже, как у мыши, притворяющейся мертвой.

«Нет. Это не Он. Это не может быть он. Даркворд же не знает, где я… Жанния бы не сказала ему»

Я поднялась и босая подошла к двери.

Слух выловил тонкий свист воздуха.

Дракон уже совсем близко. Еще один взмах. И ещё… Удар крыльев по воздуху. Он прозвучал где-то на краю холма. Свист - это ветер хлынул по склону.

Стены хижины дрогнули, крыша застонала, и темноту затянуло гнетущей тишиной.

Я сделала шаг назад.

Хрип досок крыльца. Нет, не под ногами. Так когти, не до конца втянувшиеся, царапают дерево.

А вот теперь уже скрип. Вес сместился.

Он

здесь

.

Пока дверь открывалась, меня била крупная дрожь.

Но то была не дрожь страха. А блеклый фантомом того озноба, что бьет перед долгожданной встречей. Или поцелуем, который мы с Дарквордом больше не заслуживали...

Он стоял в дверях.

Уже полностью приняв человеческий облик. Высокий, широкоплечий мужчина с мрачной энергетикой властности.

Всё, как и всегда. Даркворд выглядел таким же, каким я помню его с самого знакомства. Таким, каким любила, каким боялась, каким ненавидела… каким он никогда не заслужит моего прощения…

Даркворд отвел за спину подол черного плаща, с которого стекала влага, будто с опущенных крыльев.

Лицо — без эмоций, словно вырубленное из камня. Ни злобы, ни нежности. Только ледяная неизбежность.

- Ты, - выдохнула я.

- Я, - подтвердил он.

Голос низкий, потертый. Как рык на грани речи.

- И кому ты что пыталась этим доказать, Кристиния? – сразу начал Даркворд с порицаний. - Ты хуже раптусёнка, сбежавшего в лес без навыков следопыта. Если бы я не чувствовал тебя... — он подошёл ближе.

Запах прогорклой апельсиновой корки с обжигающим нёбо сандалом заполнили всё крошечное пространство комнаты.

- Ты не имеешь права говорить так, — процедила я. — Я уехала потому, что устала от твоих подозрений, от твоего...

- Ты уехала, потому что трусиха, — перебил он, — и потому что, несмотря ни на что, ты всё ещё хочешь, чтобы

Я

тебя спас.

- Неискоренимое самомнение! Не хочешь же ты сказать, что я рада тебя видеть? — попыталась я скривиться.

Дракон прожег меня пристальным взглядом и усмехнулся.

- Я не хочу сказать, Кристиния. Я уже сказал это, - чуть наклонил он голову, пройдясь по мне оценивающими мазками темного взора. - У тебя левая рука дрожит. А язык ты подняла к верхним зубам. Так же, как делаешь всегда при попытке казаться равнодушной. – Он шагнул ближе. - И тебя всё ещё трусит от необоримого желания спрятаться в моих объятиях.

Я фыркнула, но звук получил задушенным, плоским.

На меня смотрели, не моргая. И на дне вертикальных зрачков пульсировало то, что прежде всегда разрушало мою броню.

- Ты себя переоцениваешь, - выудила я наружу усмешку. – Как и обычно, слишком много на себя берешь, Даркворд. Я не звала тебя сюда. Я от тебя БЕЖАЛА!

- И после этого ты мою любовь называешь «больной»? – изогнул он бровь.

Так, словно знал обо мне больше, чем я сама могла рассмотреть. Ненавижу эту его черту и… способность!

- Это и есть нездоровая привязанность, - сказала не то о нем, не то о себе. - Ты привёл в наш дом любовницу. Ты унизил меня. Возомнил себя карателем! И взялся меня наказать. Вот и вся твоя

любовь.

Признай уже, Даркворд. Тебе просто важно, чтобы я была под контролем!

- Да, - неожиданно согласились со мной. - Потому что сама ты не умеешь себя беречь. И твой грандиозный побег с обшарпанным саквояжем, набитым сухарями и иллюзиями, тому лучшее доказательство.

Он прошёл мимо меня.

Вошел и расположился, словно это он тут хозяин. Как будто этот дом обязан был сию же минуту признать его своим полноправным владельцем. Как в принципе и любое здание, какое бы дракон ни облюбовал для пикировок со мной.

Я отвернулась. Глаза щипало. Я чувствовала, что проигрываю ему. Ведь Даркворд прав. Я действительно поступила безрассудно.

- Я не могу тебе верить, - буркнула себе под нос, но дракон, конечно, услышал.

- Очень благоразумно с твоей стороны, - с издевкой выгнул он бровь. – Ведь куда меньше ты рискуешь, перепоручая свою безопасность Бальтазару, который тебя всегда на дух не выносил. Или забираясь в этот обшарпанный дом в заднице пламявенчанной державы! – вырвался из него с трудом сдерживаемый гнев.

И это Даркворд еще не знает, что я чутка спуталась с демоном…

***

- Ты сам сделал всё, чтобы уничтожить доверие между нами, - вонзаю ногти в ладони, чтобы не сорваться в крик. – Ты предал меня, Даркворд. Как я могу верить тому, кто прямо заявил, что я всегда была лишь заменой?? Что мои чувства для тебя лишь пустые обертки, которыми можно недолго полюбоваться и выкинуть за непригодностью!

Не надо было этого говорить. Я выдавала тем самым, что меня всё еще трогает его измена. Что я всё еще чувствую…

Даркворд слушал потрясенно. Наверное, он и сам не ожидал, что я когда-нибудь вновь поведу разговор в этом направлении.

- Я никогда не отказывался от твоих чувств. И тем более от тебя, - стал его голос непозволительно низким, затрагивающим запрещенные струны в душе.

- Какое лицемерие! - вылилась моя горечь в токсичную улыбку. – Но ты забыл уточнить, что свои собственные чувства ты при этом держал под замком. Ты женился на мне, потому что мой огонь был общим с Ангелиной. Взял Жаннию в любовницы, потому что они похожи внешне. Не знаю, любил ли ты на самом деле мою сестру-флеймину... Или то тоже было нездоровой одержимостью? Но держать меня взаперти, как замену Ангелины, это даже хуже предательства, Даркворд. Это ненормально. Уверена, ты и Ангелину никогда не любил!.. – запальчиво выкрикнула я, не сдержавшись под конец.

- Нет. Не любил, - прибило меня к полу откровением Дракона. – Ее прочили мне в жены. Для всех вопрос нашей женитьбы был делом решенным, - смотрит он неотрывно мне в душу.

И роняет туда капля за каплей сомнения в правильности моего предыдущего видения ситуации.

- Твою сестру я уважал. Считался с ней. Ангелина была логичной партией, - не прерывая зрительного контакта, делает шаг ко мне. - Но я никогда не хотел от неё поцелуя. Не бежал в забытое Солнцем захолустье, учуяв её страх. И не стал бы запирать, осознав, что теряю.

Вздрагиваю. Он стоит теперь близко. Слишком.

Его ладонь ложится на стол рядом с моей чашкой. Под когтями, которые оказываются не втянутыми драконом до конца, запеклись чёрные следы почвы. Как кровь земли, которую он рыл, чтобы добраться ко мне.

- А тебя я… — слово «люблю» срывается в тишину, повиснув беззвучным преткновением между нами. — Тебя, Кристиния… До боли! До безумия. До глухого отчаяния… Даже когда узнал, на что ты способна. Даже когда увидел своими глазами…

Мотаю головой, развеивая чары момента.

Даркворд всё еще считает меня убийцей Ангелины!

Отвожу глаза, обрывая потоки эмоций, наивно заструившиеся между нашими полыхнувшими взорами.

А я по глупости уже готова была всё выложить ему! Рассказать про встречу с демоном. Про подозрения касательно Жаннии.

- Ты не знаешь, что такое любовь, Даркворд.

- Просвети меня, - усмехается он ядовито. – В тебе же ее хоть отбавляй, душевная моя! Ты любила свою флеймину, пусть тебе и пришлось… хм, - обрывает он себя на полуслове. – Ты искренне любила меня, хотя при первой же трудности сдала Жаннии и упорхнула.

- Да как ты смеешь?! – рука сама метнулась в воздух, оставляя хлесткий отпечаток на высокой скуле дракона.

Даркворд даже в лице не поменялся.

Не ответил. Он просто смотрел.

И пощечину принял от меня оторопело. Оглушенный авантажем, всколыхнувшимся в зыбком уюте этого заброшенного крова.

Я слишком рьяно демонстрировала сегодня, что еще не остыла к нему. Я проигрывала раунд за раундом в этой схватке взаимных упреков.

И, увы, эти мои невольные признания звучали искреннее, чем его упрямые заверения в любви.

- А я же, глупая, едва не рискнула предупредить тебя! – зарычала я раненой драконицей.

- Предупредить о чём?

Даркворд склонил голову. Лицо его стало каменным.