Глава 53

Эта ночь длится бесконечно. Ласки сменяют друг друга, но ощущения остаются прежними. Что от первого поцелуя, что от сотого. Или даже стотысячного. По понятным причинам со счета я сбилась еще в самом начале.

Сейчас я даже рада, что потратила целую неделю на то, чтобы попытаться случайно встретить Матвея и решилась позвонить лишь в пятницу. Потому что утром ему не надо убегать на работу и мы можем продолжить эту безумную ночь. И разговор. Второй пункт, признаться, вызывает у меня куда меньше трепета и восторга, но я понимаю, что не имею права скрывать от него правду. Если уж мы вчера решили двигаться дальше без лжи, то надо так и поступить. Поэтому влив в себя щедрую порцию кофе, который к слову, едва не убежал из турки, и накормив моего прокура калорийным завтраком, я начинаю:

— Мне кажется, я должна тебе рассказать чуть больше о причинах, по которым не сразу подала на развод.

Матвей одобрительно кивает, как бы понукая меня продолжать, но я не могу не отметить, что улыбка резко сползает с его лица. Этот разговор неприятен нам обоим и я бы многое отдала за то, чтобы просто забыть и начать двигаться дальше непосредственно со вчерашнего дня. Тем более, что примирение у нас была как нельзя горячим. Но это снова будет лишь временной заплаткой на продырявленном боку нашей лодки. И далеко мы в ней, соответственно, не уплывем. А мне хочется далеко… боже, как сильно мне хочется то самое “долго и счастливо”!

Начинать я решаю непосредственно с того момента когда узнала про измену, рассудив что прокурору ни к чему история нашего знакомства с Ильей. Но судя по тому как он морщится, Матвей и без слов понимает мои эмоции. Ему не нужно рассказывать о том как сильно предательство мужа ударило по мне, сейчас он переживает эту боль вместе со мной.

— Я понимаю, что логичнее было бы просто собрать вещи и уйти. Или наоборот — собрать его вещи и выставить за порог. В общем, сразу подать на развод. Но… наверное во мне что-то сломалось в тот момент. Может я всегда была такой — мстительной. А может сыграло роль, что меня предали одновременно два близких человека. В итоге, я решила отомстить.

— Это я уже понял, — улыбается он.

— Юлька была против, — зачем-то сразу же выгораживаю ее. — Долго меня отговаривала и всячески стращала последствиями. Но я ее не послушалась, конечно.

— Ну кто же слушает старших сестер, — мягко замечает Матвей.

— В общем, я придумала тему с наследством.

Рокотов больше хмурится, но какое-то время слушает меня не перебивая, а затем все-таки выдает:

— И дальше что? Как в знаменитом фильме что-то там про как избавиться от парня за несколько дней? Ты издевалась над ним, зная, что он не сможет уйти?

— Нет, конечно, — мотаю головой, но затем вспоминаю “здоровые смузи” и смущенно добавляю: — Разве что чуть-чуть. Но главной целью было не это.

Перед тем как приступить к следующей части рассказа я набираю в легкие воздух и мысленно считаю до десяти. Самая сложная стадия. Я нарушила закон и для Матвея это та самая пресловутая красная линия. Как он там говорил? Для него не существует преступлений “во благо”. А я совершила преступление. Во благо или нет, это сложный вопрос. Даже для меня самой. А вот что об этом подумает Матвей остается только догадываться. Но внутренне я заранее сжимаюсь в твердый комок и кончиками пальцев ног нащупываю дно того самого болота, в котором погрязла на долгие две недели. Если он сейчас уйдет, если скажет, что осуждает меня и мои действия могут помешать его карьере, то эта зловонная жижа снова меня засосет…

Но и скрывать правду я не имею права. Поэтому внутренне группируюсь, словно перед прыжком в воду и выпаливаю:

— Я начала его шантажировать. Написала с анонимного аккаунта, что у меня есть доказательства его измены и если он не выполнит мои условия, то я отправлю все скрины переписки его жене…

Выдав все это на одном дыхании, я закрываю глаза. Зажмуриваюсь, словно в детстве, когда веришь, что если ты не будешь видеть что-то, то это исчезнет. Так и я сейчас — если не увижу разочарованное лицо Рокотова, то можно сделать вид, что этого не было. Что он все еще очарован мной.

Однако уже через секунду пространство вокруг взрывается громогласной волной смеха и я оторопело открываю глаза.

— Прости, — тут же оправдывается он. — Просто я успел представить, что ты там….я не знаю, мышьяком его травила все это время и ждала пока станешь вдовой.

— Ты не злишься? — спрашиваю неуверенно. — Или все-таки планируешь надеть на меня наручники?

— Только если сама меня об этом попросишь, — подмигивает он. — Тогда можно попробовать и наручники, и плетку и что там еще нынче модно?

— О господи, — выдыхаю с облегчением и подношу руку к лицу. — Я боялась, что ты меня бросишь… что скажешь, что я поступила плохо.

— Ты поступила плохо, Дина, — почему-то соглашается он. — Но твой муж с подружкой поступили еще хуже. И пусть я не одобряю твои методы, но ты имела право защитить свою честь. Тебе помогло? Полегчало?

— Да, — киваю с готовностью. — Местами было сложно, морально. И когда ты все узнал, когда я думала, что потеряла тебя навсегда… сложно передать что я тогда чувствовала.

— Но от плана ты, тем не менее, не отреклась, — напоминает он.

Я пытаюсь “прощупать” его голос на наличие осуждения, но с удивлением понимаю, что его нет. Счастливым он тоже, конечно, не выглядит. Но кажется, что он понимает меня. Если не поступок, то по крайней мере чувства. И от этого мне становится легко-легко. Будто воздушный шарик в груди надули.

— Спасибо, — выдавливаю глухо. — За понимание и за поддержку. Для меня это безумно важно.

— А для меня важно, чтобы ты оставила всю эту историю в прошлом. Поставила жирную точку, так сказать…

— Поставила, — заверяю его. — Я не берусь предсказывать что бы я чувствовала, если бы не решилась на месть, но сейчас я твердо заявляю, что это в прошлом. Мой брак, бывший муж, месть… Эта история полностью закончена. И я бы очень хотела начать новую… с тобой.

Матвей ничего не отвечает, но если учесть, что его рот в этот момент занят моими губами, можно смело сказать, что он согласен.