Глава 9

Роберт В приемном покое только мы вдвоем. Катя скрутилась в клубок на скамейке, под моей рукой. Задремала. Я понимаю, что этот поцелуй – итог эмоций. Мне в тот момент хотелось утешить ее и себя, наверное. Черт! Это произошло на уровне инстинкта! Катя так веселилась на улице, стряхивая снег. Ее детская радость простым вещам задела меня. Она была счастлива в моменте, просто заливалась от смеха, пиная тую. Не бриллиантам радовалась, не мехам, а просто так. Смешная. Я не должен к ней приближаться. Нельзя! Выкинуть вон из головы к чертовой бабушке! Но… вот она рядом как мышонок спряталась за меня. В груди сжимается сердце. В приемный покой заходит хирург. Я немного приподнимаю руку и Катя сразу просыпается. Она как слепой котенок смотрит на меня и не видит. Я даю ей очки, которые снял, когда она уснула. Она надевает их и переводит взгляд на врача, поднимаясь и отстраняясь от меня. – Женщина прооперирована. К сожалению, у нее случился микроинфаркт. Сейчас она стабильна. Вовремя успели. – Чеканит хирург. – К ней можно? – вскакивает Катя. Она так сильно переживает, с чего бы? – Сейчас нет, пациентка в реанимации. Но как только переведем в палату, так и навестите. – Спасибо. – Говорю я и поднимаюсь. Врач выходит, и мы с Катей разворачиваемся друг к другу. Чувствую себя мальчишкой, не знаю, что сказать. – Все будет хорошо. – Да. – Она грустно опускает глаза. – Роберт Андреевич, можно я сегодня поеду домой? Я понимаю, вы один в доме… – Конечно можно. – Я не даю ей договорить. Так будет даже лучше. К утру я и сам отойду от ненужных мыслей. – Я отвезу тебя. – Только у меня нет телефона с собой и кошелька. – Завтра я пришлю за тобой водителя в восемь. Выспись, тебе это надо. Я сам дом убирать не собираюсь. – Я пытаюсь улыбнуться, но получается натянуто. Она немного расслабляется, и мы выходим из больницы. На улице тихо кружат снежинки. – Роберт! – вскрикивает Катя, как только двери за нами закрываются. Я разворачиваюсь и на меня ложиться широкий шерстяной шарф. – Вы же совсем раздетый! Она снимает свою шапку, и как ребенку натягивает мне на голову, встав на цыпочки. – Как я выгляжу? – мое настроение резко улучшается. Она начинает смеяться с меня. – Очень привлекательно. Давайте наперегонки до машины, нельзя в майке зимой разгуливать. Сифа! – крикнула она, стукнув мое плечо, и побежала вперед. Вот те раз! Ну ладно, мышонок! Я срываюсь с места вслед за ней. Шарф развивается на мне как плащ супергероя. Я бегу со всех ног, быстро настигая Катю. Моя рука хлопает ее спину, и я кричу: – Сифааа! Смех вырывается из меня, безудержный и нескончаемый, как и у нее. Она пытается догнать меня, но я сейчас победитель. В машине я сразу врубаю печку на всю мощность. Пробежка спасла от обморожения, но холод все равно пробрался глубоко под кожу. Катя сидит рядом, тяжело дышит и растягивает куртку от жары. Я привожу ее к дому, осматривая старую постройку и двор. Когда-то и я в таком гонял на велике. – До свидания, Роберт, выпейте горячий чай и примите теплую ванну. – Очень строго говорит она. Эта девушка продолжает меня удивлять. – Спасибо за совет. Доброй ночи, Катя. Она заходит в подъезд, и я уезжаю домой. Ночь дается мне тяжело. Приехав, я сделал все как сказала Катя, удивившись сам себе. Чай и теплая ванна. Это хорошо меня прогрело. Но уснуть я смог только под утро. Мысли о Кате, о Фаине и даже о Марго не давали расслабиться. Особенно о Кате. Она вновь и вновь всплывала образами в голове. Горький кофе – это весь мой завтрак. Ничего не хочу. Но мне срочно нужно выпустить пар. Набираю номер Альбины. Она поднимает со второй попытки. Конечно, еще семь утра воскресенья. Но, какого черта, она ведь и не работает! — Скоро приеду. – Коротко бросаю в трубку и завершаю вызов. Машина резво заводится, несмотря на покрепчавший мороз. Я выезжаю на трассу и любуюсь видом. Пустая дорога и белый туннель из заснеженных деревьев. Тишина. И никого. Если бы не мороз, то пошел бы пешком. А раньше я совсем не смотрел по сторонам… а зря. Заезжаю во двор и кидаю машину как попало. На улице ни души. В квартире темно. Включаю свет и прохожу в спальню. Альбина мирно спит. Понятно. Разбудил, но не поднял. Разворачиваюсь и иду в кухню. Может, что поесть найду. В холодильнике пусто, кроме полки с вином и шоколадки. Ясно, поел… а вот раковина меня заинтересовала. Там стоит два бокала для вина и пара тарелок. Беру бокалы в руки и кручу на свет. На одном из них есть губная помада, на другом – нет. Что я чувствую? Ничего. Ревность – никогда, злость – возможно, не люблю обмана. Причем такого и от нее. Я спокойно ставлю бокалы в раковину и целенаправленно иду в спальню. Я приехал сюда не за лицезрением грязной посуды. Альбина не быстро просыпается, ну, или не успевает проснуться. Мне все равно! Я не задерживаюсь ни на секунду, взяв свое. В машине на меня накатывает ярость. Никогда никому не позволю пользоваться мной! Набираю номер Юры. Он работает нашим охранником, взял его по личной дружбе. Служили вместе. Он потом служил по контракту, но получил травму и уволился. Юра часто делал для меня «тихую» работу. Вот и сейчас сделает. – Юра, разбудил? – Нет, Роб! – Хорошо, есть работка для тебя. *** Паркую машину в гараж и захожу в дом. Настроение испорчено. Мысли сбиваются в одну вонючую кучу. Снимаю куртку, а из столовой выбегает Катя в переднике. Нет… Не хочу на нее даже смотреть. Она действует на меня странно, тянет и привлекает. И в то же время выбешивает. А мне это не нужно сейчас! К хренам зеленым все это! – Доброе утро. – Воодушевленно говорит она. Я берусь за волосы и ухожу, не поздоровавшись. На лестнице я оборачиваюсь. – Не попадайся мне на глаза! – бросаю я и ухожу к себе. Вскоре я слышу робкий стук в дверь. Отвечать не буду, ясно же сказал, что б не попадалась. Она сутчит еще раз. Я срываюсь с рабочего стола кабинета, где уже налил себе виски, и распахиваю дверь. Кати нигде нет, а на полу стоит поднос, накрытый клошем. Отлично! Я забираю поднос и заношу на стол. Открываю крышку и вижу блинчики. Запомнила. Улыбка начинает пробиваться на лице. Стоп! Стоп! Хочется орать от злости. Я ее затравливаю, а она мне блинчики! Она просто ненормальная! Но блины я съем. Телефон тихо вибрирует на столе. Я распахиваю глаза и шарю ими по грязному столу. Пустой стакан, поднос с тарелкой, бумажный самолетик… вот он! Я крепко уснул в кресле. Беру телефон в руки – «Павел». – Слушаю, Паша! – Доброго дня, Роберт. – И тебе, если доброго. – Слышу, ты то же не в настроении? – Есть такое. Что у тебя? – Я приеду, мегера твоя уехала? – Уехала, приезжай. Я спускаюсь в холл и иду в кухню, аппетит после сна разыгрался. На плите стоит накрытая кастрюля с супом. Открываю и принюхиваюсь. Борщ? Давно не ел. Беру ложку, сажусь на столешницу и ем прямо с кастрюли. В дверях появляется Катя и усмехается, увидев меня. Я замираю, рот измазался. – Не буду мешать. – Говорит она. – Катя, – останавливаю ее. – Ко мне друг сейчас приедет, сделай нам чего-нибудь перекусить. Она кивает и уходит, к счастью. Чувствую себя как застуканный преступник. Паша приезжает быстро. Мы садимся в гостиной и разводим огонь в камине. На столе между кресел стоит два блюда с закусками. – Кофе? – спрашиваю я, зная ответ, Паша приехал на такси. – Покрепче давай. – Катя! – не очень громко зову я. Катя сразу приходит. – Принеси стаканы и виски. Она молча скрывается на кухне. – Не уволил ее? – Нет. – Хорошенькая. Я бросаю на него недобрый взгляд. – Рассказывай, тебя явно распирает дерьмом. – начинаю злиться. Катя заходит и ставит два стакана и бутылку. На нее я не смотрю, все мое внимание обращено на Павла. Он разглядывает ее не стесняясь. Внутри меня поднимается гнев. – Ты свободна! – Рявкаю я. – До завтра. – Уточняю на всякий случай. Чтоб не ходила тут, глаза не мозолила. – Интересная девчонка… – начинает Паша, открывая бутылку. – Не о ней же мы будем говорить! – стальным голосом обрываю его. Паша внимательно смотрит на меня и продолжает разливать виски. – У меня проблема нарисовалась… – тянет он. – Просвети. – Кристина, та блондинка, вчера заявила, что беременна от меня. – Пф! Ты веришь? – Нет, но если все посчитать, то сходится. – Он махом осушает стакан, не закусывая. – Паша, для начала, где доказательства? – Она показала тест на беременность. Говорит, что ее тошнит. – Меня то же скоро начнет тошнить от всех. Значит я беременный? – Роберт, я серьезно. Ее отец депутат. А я ее первый мужчина. – Оу! Ты это все сразу знал или уже после того, как засучил рукава? – Про отца сразу, про остальное потом. – Ей хоть есть восемнадцать? – Роберт! Я же не на всю голову болен. Ей девятнадцать. – Что-то не сходится у меня в голове. Она не похожа на невинный цветочек, еще и с папой депутатом. – Да… Но я стою перед фактом. – Чего она хочет? – Говорит, что будет рожать. А значит… – А значит тащи ее к врачам и пусть делают все возможные анализы! – взрываюсь я. – Паша, она просто дурит тебя! Ты знаешь их схемы не меньше моего. Там или не от тебя, но ты выгоднее, или вообще пусто. Тесты купить можно, это вообще не показатель. – Она очень убедительна. Плачет постоянно, боится отца. – Да и хрен с ней! Наоборот, пусть скажет, тот точно правду выбьет. Чушь это все! Я бы таких на всеобщее обозрение выставлял как пример, что так делать нельзя. Они же постоянно пытаются охомутать богатого мужика. Раз за разом! – Не горячись ты так, Роб. – Паша удивленно наблюдает мою реакцию. – Никому нельзя верить. Ни-ко-му! – Ты прав. Выведу ее на чистую воду. – Но аккуратно. – Конечно. Боковым зрением вижу мелькнувшую тень в кухне. Слушает… и пусть знает.