Глава 10

Итак, я одна в огромном доме. Мне ни то что бы неуютно, мне вообще страшно. Роберт ушел на работу очень рано и даже не позавтракал. Я поднимаюсь по лестнице в его комнату, чтобы сделать уборку. Включаю музыку на телефоне, чтобы не завыть как волк на луну от этой гнетущей тишины, и кидаю его в карман. Комнаты Роберта разделены на три помещения. Открыв дверь, я попадаю в самое большое и центральное из них – кабинет. Справа находится вход в гардероб, слева – в спальню. По центру кабинета стоит кожаный диван и низкий столик. У окна находится рабочее место. Массивный деревянный стол и большое удобное кожаное кресло у него. Тут у него бардак. На столе, помимо нужного моноблока, мышки и клавиатуры, навалом лежат документы, журналы о строительстве, бумажные самолетики, и всякая ерунда. Раньше я такого не замечала за ним. Роберт всегда аккуратен и педантичен. Что-то с ним происходит. Я подхожу к креслу и провожу по нему рукой, наклоняюсь и вдыхаю. Еле уловимый аромат Роберта все же впитался в плотную кожу кресла. Закрываю глаза, передо мной образ его лица, губы… наш поцелуй. Он сам это сделал, а я была совсем не против. Настоящего поцелуя, а не вынужденного. Роберт все больше пугает меня тем, что мое сердце сильнее бьется рядом с ним, а по телу бегают электрические разряды. И отнюдь не от страха перед ним, а совсем наоборот, от желания приблизиться. Я заканчиваю уборку у Роберта и с гордостью осматриваю свои труды, подхватываю увесистый мешок с мусором, и разворачиваюсь к двери. В кармане звонит телефон – «Марго». В груди появилась неприятная вибрация волнения. Не хочу с ней говорить, но придется. – Здравствуйте, Марго. – Катя! – она кричит в телефон, пока на заднем фоне грохочет музыка. – Слышишь?! – Да! – говорю громче. – У тебя получилось? Зараза… – Марго. Я не… – Катя, твою мать! – орет она в трубку. По звукам слышно, что она ушла подальше от громкой музыки. – Слушай меня, девочка… – она шипит как змея в трубку, нагоняя на меня дрожь. – У нас договор. Напомнить? – Я помню… – пытаюсь оправдываться. – Нет, забыла! Твоей матери нужна операция, а мне нужна измена мужа! Все правильно? – Да… – мой голос понижается до шепота. – К моему возвращению, у тебя должен быть компромат на руках. Ясно? А иначе готовься к похоронам мамы. Ей осталось не много. Я в курсе ее дел и слежу за ситуацией. Сделай, что должна, Катерина! В горле застревает ком, глаза начинают слезиться. В трубке я слышу мужской изнеженный голос на заднем фоне. – Маргоша, ну, что там? – точно не подруга… Марго, судя по шорохам, прикрывает рукой телефон, и отвечает: – Малыш, иди. Все по плану, не переживай. Она возвращается ко мне. – Катя, одень секси наряд, можешь даже мой взять. И соблазни его. Ты сможешь. На один раз тебя хватит! Вперед! Спаси свою мать! Она завершает вызов. Я оседаю на пол, закрываю руками лицо и начинаю плакать. Зачем я в это ввязалась?! Больше, чем спасти маму, я не хочу подставлять Роберта. Он хороший, добрый, хоть и ведет себя как ежик. А Марго… я поняла. Она хочет оставить его ни с чем. Отнять весь бизнес без остатка. Ее пьяные выкрики перед поездкой: «Я заберу себе все! Он никогда меня не любил!», теперь становятся понятны. Месть женщины бывает страшна и безжалостна. Хотя, есть ли реальная причина? И ее план с тем мужчиной, чей голос я слышала в телефоне. Она все рассчитала, и ждет только меня. В богатых семьях всегда заключаются брачные договора, поэтому ей нужен подтвержденный факт измены. Я стучу головой о стену, не в силах сдержать истерику. Как больно в груди, невозможно дышать. Что мне делать? На кону сердце мамы и Роберт. Я стараюсь успокоиться. Глубокий вдох и выдох. Мама, она сейчас важнее. Сделай это, Катя! И беги подальше от своей совести… Я решаю действовать. Трогать одежду Марго я не хочу, даже новую. Я брезглива по натуре, а Марго стала для меня гниющим с головы телом. И не важно сколько вся она и ее одежда стоят. Из своей одежды выбираю самую облегающую и откровенную – трикотажное в рубчик бордовое платье до колен и с глубоким декольте. Распускаю длинные волосы, доходящие до поясницы. Смотрю на себя в зеркало в гардеробе. Когда я стала такой красивой?! Я нравлюсь сама себе, впервые за всю жизнь. Но это прекрасное чувство омрачается тем, что моя обретенная красота станет орудием обмана, ужасного и низкого. На улице слышен звук мотора. Роберт вернулся. Я стою в холле, ног не чувствую от волнения. Руки скрепились между собой замком. Мелкая дрожь покрывает все тело. Дверь распахивается и на пороге застывает Роберт. С улицы в помещение врывается холодный ветер, обдувая меня, и отбрасывая волосы назад, длинной волной. Роберт спохватывается и быстро закрывает дверь. Он стоит как истукан и смотрит на меня так, как будто не узнает. – Добрый вечер. – Как можно спокойнее говорю я. Роберт ошарашено кивает, пока его глаза осматривают меня сверху до низу. – Добрый… Я медленно иду к нему. Роберт часто моргает, пытаясь отвести взгляд. Я зацепила его. Подхожу близко и протягиваю руку к портфелю. Он послушно его отдает. Поставив его на пол, я подхожу к Роберту сзади, чтобы снять пальто. По вздымающимся плечам, я вижу его учащенное дыхание. Аккуратно снимаю с него пальто, всматриваясь в его профиль. Руки покалывает от желания дотронуться до него. Разворачиваюсь и иду в гардероб. *** Я выхожу из гардероба, Роберта нет. Иду в столовую накрывать на стол ужин. Роберт вскоре появляется. В его глазах читается дикая усталость. – Садись, не стой! – говорит он, беря в руку вилку. – Спасибо. – Звонил в больницу. Фаина молодец, прогнозы хорошие, из того, что имеем. – Хорошая новость. Это все вы! – Я смотрю ему прямо в глаза. – Не испугались, а быстро среагировали и спасли ее. – Это нормально, Катя! – на его лице мелькает улыбка. Ужин съеден, я собираю тарелки, а Роберт, уходя, разворачивается ко мне. – Принеси мне в кабинет стакан с виски, пожалуйста. С этими словами, его глаза темнеют до синих, а голос понижается. Внутри меня все сжимается. Нас двоих тянет друг к другу. Определенно. Налив напиток в широкий стакан, я обертываю его салфеткой и иду к Роберту. Внутреннее напряжение достигает максимума перед дверью. Делаю вдох-выдох, и стучу. – Заходи! Божечки! Коленки трясутся как бешеные. Открываю дверь, Роберт стоит спиной ко мне в брюках и рубашке с закатанными рукавами, опираясь на стол. Дыши, Катя, дыши. Подхожу ближе на ватных ногах, руки начинают трясти стакан. Роберт поворачивается и смотрит затуманенным взглядом. Его горячее дыхание обдает меня жаром. Руки сжимают стакан сильнее, и он просто вываливается из салфетки. Виски расплескивается на ковер, долетая до рубашки и брюк Роберта. Я в шоке смотрю на эту картину, мое лицо становиться багровым. Я бросаюсь к Роберту, прижимая салфетку к рубашке, в попытке исправить свою криворукость. Он стоит неподвижно, и только его руки обхватывают мои плечи, легко сжимая их. Поднимаю голову и наши губы соединяются в поцелуе. Мое тело расслабляется в его руках. Роберт внезапно отстраняет меня от себя и уходит за стол. – Иди, Катя. Я сам налью себе. Я неуклюже разворачиваюсь, под грохот пульса в ушах, и иду на выход. Закрываю за собой дверь. В коридоре я прислоняюсь к холодной стене лбом и пытаюсь отдышаться. Какой-то шквал эмоций, чувств и ощущений бушуют во мне. Меня всю трясет, в голове зависло изображение Роберта. Все остальное померкло в этом мире. Дыши, Катя! Спокойно! Я разворачиваюсь и опираюсь спиной о стену. Ноги не хотят идти, и я переставляю их ножницами по шагу, вдоль стены. Надо убираться отсюда. Тело понемногу приобретает над собой контроль, и я отрываюсь от стены. Вниз по лестнице и быстрей в свою комнату. Я сейчас абсолютно не понимаю ни себя, ни Роберта. Между нами летают искры, когда мы рядом. Эти чувства ускоряют пульс и разгоняют кровь по мне. Его губы сводят меня с ума. Хочется касаться их вновь и вновь. Руки трясутся от того, как им хочется дотянуться и дотронуться до Роберта. Я ложусь на кровать и сворачиваюсь калачиком. Не хочу даже шевелиться. Только его образ в голове. Я раскручиваюсь в постели, и ложусь на спину. Понимаю сейчас одно, что желаю всем сердцем… и телом, что бы Роберт пришел ко мне. Раздается тихий стук в дверь. Я пугаюсь и приподнимаюсь с кровати. Может мне показалось? Но, нет… Дверь открывается, на пороге стоит ОН. Я поднимаюсь с кровати, голос давно покинул меня, тело уже даже не трясет. Я смотрю прямо на него. Во мне сейчас существует только инстинкт и желание. Я протягиваю к нему руки и Роберт тут же оказывается рядом. Наши тела сплетаются воедино, а души кружат над нами в вальсе. Блаженство и эйфория держат меня в плену, и его руки, обнявшие мое укутанное в одеяло голое тело. Мой первый мужчина… глаза сладко слипаются, отправляя меня в царство снов. Где-то далеко, отголоском реальности, слышу, как уходит Роберт.