14

Машина плавно сворачивает к ресторану.

Огромное здание с колоннами, на фасаде — гирлянды, золотая подсветка. На парковке стоят дорогие машины, люди в вечерних костюмах и масках, смех, вспышки фотокамер.

Он выходит первым, открывает мне дверь, подаёт руку.

— Осторожно, — говорит тихо.

Я выхожу, держась за край двери. В воздухе чувствуется декабрьская прохлада.

На пороге нас встречает хостес в блестящей маске, проводит внутрь.

Внутри — шум, смех, огни. Всё блестит: хрусталь, позолота, шелк платьев. Мне становится душно. Воздух пропитан духами, шампанским и разными закусками.

Мы с Андреем входим вместе. Он придерживает дверь, улыбается так мягко, словно вообще ни чего не было. Словно мы самая счастливая семья в мире.

— Не волнуйся, — шепчет, — всё будет хорошо.

Я киваю. Я не боюсь что все будет плохо. Я лишь хочу чтобы это все поскорей закончилось.

Столы накрыты, оркестр играет джаз, свет золотой, мягкий. Я чувствую себя чужой — будто случайно попала в чужой праздник. Мы всегда с Андреем привлекали много внимания, и мне даже это нравилось, но сейчас я хочу прижаться к стене и растворится в ней.

Андрей ведёт меня через зал. Легко, уверенно. Он здоровается с коллегами, смеётся. Он расслаблен, а я вся как на иголках, не могу связать и двух слов.

Мы выглядим безупречно, наши наряды гармонично сочетаются. Всё выглядит безупречно. Снаружи.

— Как красиво, правда? — говорит он, глядя по сторонам.

Я просто киваю. Мне хочется быстрее закончить этот спектакль.

Просто дождаться момента, когда мы подойдём к Матвею Сергеевичу и спокойно всё скажем. Без криков, без сцен. Как взрослые люди.

Андрей берет у проходящего мимо официанта два бокала и поворачивается ко мне.

— За нас, — тихо говорит он.

Я не отвечаю, просто держу бокал. Всё вокруг — шум, разговоры, смех. И всё не про меня.

Он касается моей руки, чуть сжимает пальцы.

— Расслабься, ты слишком напряжена, — говорит спокойно, почти нежно. — Такой прекрасный вечер.

— Я просто хочу, чтобы этот вечер поскорей закончился.

Андрей шумно выдыхает, на секунду на его лице маска доброжелательности трескается, но он быстро возвращает приветливую улыбку.

Музыка меняется — звучит вальс. Андрей наклоняется, его дыхание касается шеи.

— Пойдём, — шепчет. — Танец примирения.

— Нет, — я качаю головой. — Не сегодня.

— Перестань, — Андрей тянет меня за руку и ведет в центр зала. — Ты всегда любила танцевать.

Я едва сдерживаю дрожь. Не хочу. Но он уже ведёт меня в центр зала.

Взгляды — со всех сторон. Сделать шаг назад — значит признать поражение. Поэтому я иду. Его рука на моей талии, движения уверенные. Я стараюсь не смотреть в глаза.

— Всё ведь не так страшно, — говорит он тихо. — Мы просто устали. Отдохнём, поговорим, всё станет на свои места. У нас ведь не только плохое было. Если ты захочешь мы можем все исправить.

— Нет, Андрей, — шепчу я. — Ты спишь с другой! Ты… — мне становится сложно дышать.

— Уже нет, — твердо отвечает он. — Я же говорю, что все можно исправить. Мы все можем начать с начала.

— Все не исправить.

— Это ты так думаешь. Ты всегда думаешь только о плохом.

Я не знаю, что ему ответить, что сказать чтобы Андрей понял, что я настроена серьезно. Что нельзя исправить, то что произошло.

Музыка стихает. Он отпускает меня, выпрямляется.

— Вон Матвей Сергеевич, — говорит спокойно. — Нужно подойти.

Я поворачиваюсь вслед за его взглядом — и замираю.

Перед нами — Егор. Стоит уверенно, в классическом костюме и черной маске с небольшим золотым орнаментом по краю, будто сошёл с рекламного стенда. Глаза — прямо в мои. Он словно и не видит, что Андрей рядом.

Егор делает несколько шагов ко мне.

— Разрешите пригласить вас на танец? — голос ровный, но в нём холодная решимость.

Андрей замирает рядом. Его улыбка будто трескается изнутри. Все звуки исчезают, люди продолжают жить танцевать и разговаривать, но я уже ни чего не слышу.

Я не двигаюсь. Только чувствую, как Андрей напрягается рядом. Он делает шаг вперёд, встаёт ближе, немного загоражая меня. Улыбка на лице — дежурная, но глаза темнеют.

— Простите, молодой человек, — произносит он ровно, слишком вежливо. — Мы, кажется, не знакомы?

Егор не отводит взгляда от меня, смотрит сквозь Андрея.

— Думаю, нам еще представится возможность познакомится, — отвечает спокойно Егор. — А сейчас я хочу потанцевать.

— Это корпоратив кампании. Ирина — мая жена. — Андрей чуть сжимает мне локоть, как бы невзначай.

Я вздрагиваю. Егор замечает это.

— Пока еще ваша жена, — говорит тихо с легкой улыбкой. — Сейчас я разговариваю с не с вами, а с Ириной.

Пауза. Воздух между ними накален до предела, еще чуть-чуть и начнут летать молнии.

— Вы забываетесь. — Андрей прищуривается, в голосе ледяное спокойствие:

— Возможно, — спокойно отвечает Егор. — Но я всё ещё жду ответа.

Он смотрит на меня. Прямо. Без улыбки. Вокруг гул, музыка, разговоры — а я стою между ними, будто на минном поле.

Егор протягивает руку.

— Потанцуем?

Я чувствую, как Андрей стискивает мою руку до боли. Его улыбка всё ещё на лице — красивая, ровная, но мёртвая.