10

— Где ты была? — с криком повторяет он, словно я глухая.

— Гуляла, — на выдохе отвечаю я.

— Гуляла, — повторяет он, усмехаясь. — А я, значит, сижу тут, как идиот, гадаю, где моя жена-шлюха шляется.

— Не начинай, Андрей, — я морщусь, мне противно слышать мужа, но спорить сейчас не время, он слишком пьян.

— Не начинай⁈ — Андрей делает шаг вперёд. — Ты решила, что можешь просто исчезнуть? Не предупредить, не спросив разрешения⁈

— Если ты забыл, то мой телефон разбит, — спокойно говорю. — Завтра куплю новый.

Он моргает, будто не сразу понимает, что я не оправдываюсь, не извиняюсь, а спокойно отвечаю на его претензии.

— Конечно, — бормочет он. — Завтра купишь. Может, тебе твой… ебарь поможет?

— Не говори ерунды, — выдыхаю я.

— Ерунды⁈ — он повышает голос. Андрея немного пошатывает. — Ты что-то больно разговорчивая стала! Что решила возомнить о себе что-то? Ты забыла кто ты? Ты никто!

— Ты пьян, Андрей. Мы поговорим утром. — разворачиваюсь и расстёгиваю куртку, стараюсь не повышать голос.

— Не смей мне указывать! — орёт он. Голос ломается, по лицу скатывается капля пота, глаза бешеные. Он швыряет стакан со всей силы в стену.

Звон стекла бьет по ушам, прикрываю голову руками, чтобы защититься от осколков. Виски растекается по обоям, по полу. Резкий запах алкоголя заполняет все пространство.

— Ты что сука, забыла где твое место! — кричит он. Я не отвечаю. Настороженно смотрю на Андрея. На его лицо, перекошенное, чужое, на руки, дрожащие от ярости. — Я убью тебя, сука! — орёт он. — Клянусь, убью!

Андрей рвётся вперёд, рука летит к шее. Вонь алкоголя, горячее дыхание — и удар, который должен был закрыть мне рот. Я откидываюсь назад — инерция, шаг в сторону, и его пальцы соскальзывают по воротнику. Сердце колотится. В голове мелькает голос тренера с курсов самообороны: «Не стой на месте».

Андрей снова бросается, хватает за запястье и тянет, рассчитывая опрокинуть. Его вес идёт вперед; он уверен, что удержит меня силой. Он больше ростом и массой, но сейчас он — колеблющийся маятник и мне всего лишь нужно его правильно направить.

Рука Андрея свистит по воздуху, бьёт меня по щеке — боль резкая, но не парализующая. Я по памяти ставлю ладонь на внутреннюю сторону его запястья, упрямо давлю в сторону сустава — простой захват, который тренировали на практике. Боль в кисти заставляет Андрея разжать пальцы. Вижу, как мышцы у него напрягаются: опьянение делает движения медленнее, координация отставляет. Ставлю колено точно в бедро чтобы сместить опору. Андрей шатается. Я выворачиваю его руку за спину, используя плечо как рычаг: его плечо поднимается, центр тяжести смещается, и Андрей вынужден согнуться.

Этого достаточно, чтобы лишить мужа силы на короткий момент. Андрей дёргается, издаёт хрип — сила есть, но контроль утрачен.

Движения Андрея стали хаотичными и бессвязными. Отступаю на шаг, держу запястье до последнего, пока он не опускает руки. Его дыхание прерывистое. Руки слабеют. В его глазах — смесь ярости и растерянности: он не ожидал, что маленькая женщина сможет так упорядоченно и без паники сломать его вспышку.

— Никогда больше, — тихо, отчетливо произношу я. Андрей напряжен, вижу как вены на его шее пульсируют.

Я не держу его жестко: отпускаю запястье, намеренно даю немного свободы, чтобы показать, что не боюсь его, что готова встретиться с ним лицом к лицу. Андрей делает шаг назад, будто проверяет, действительно ли я отпустила. Я стою ровно. Мне очень страшно, что сейчас он может накинутся на меня с новой силой, второй такой схватки я не выдержу, да я и эту-то не понимаю как смогла выиграть, все происходило как в тумане. Тело делало все быстрей, чем я думала.

— Не смей поднимать на меня руку, — говорю спокойно, голос ровный, в нем даже есть сталь. — И слушай меня внимательно: Я сейчас соберу вещи и уйду. Ты не мешаешь. Ни прыгаешь, ни кричишь. Понял?

— Ты не просмеешь…

— Уже посмела! — я уверенно смотрю ему в глаза, держу подбородок немного вздернутым. Назад пути нет, — У тебя есть выбор, либо мы сделаем все тихо, без шума. Придём на юбилей фирмы и спокойно расскажем, что решили развестись, а тем что мы пришли вместе мы покажем, что наши отношения остались дружеские. Я думаю, это очень оценить Матвей Сергеевич и возможно наш развод даже не отразится на твоей работе…

— Ты чё, сука… — Андрей подается вперед, но я не опускаю голову, не сжимаюсь, остаюсь стоять так же с гордо поднятой головой.

— А если ты не хочешь по хорошему, то Матвею Сергеевичу будет очень интересно узнать, что ты спишь с женой своего подчиненного. Я выложу все о тебе с потрохами и вот тогда, дорогой мой муж, твоя карьера точно полетит под откос!

— Ты не посмеешь, — Андрей кривит рот, хочет показать что не верит мне, вот только он больше не решается прыгнуть на меня.

— Если хочешь, можешь проверить, — с вызовом смотрю в глаза Андрея он делает шаг, будто хочет разорвать меня на части. Но одновременно видно, что в голове он уже считает: риск — репутация — дети — карьера. Его кулак сжимается, затем медленно разжал.

Он стоит несколько секунд, будто считает. Его лицо искажает ярость, он начинает проклинать меня шёпотом, но слов становится меньше и они бессвязны. Наконец он отступает на шаг, прислоняется к стене и дышит тяжело — не от усталости, а от поражения.

Медленно с чувством собственной маленькой победы направляюсь в спальню. Мне хочется рывком побежать, покидать все вещи, но я не хочу чтобы Андрей понял как мне на самом деле страшно.

Кидаю документы и несколько вещей в спортивную сумку. Пальцы дрожат, но не от страха. От адреналина.

Андрей стоит у двери спальни не решается войти. Пьян, вспыльчив — и в то же время расчётлив. Он понимает, что одно необдуманное движение сейчас может разрушить все его привилегии. Это видно по взгляду: человек, который привык к покорности другого, в первый раз в жизни не уверен, какой ставке отдать преимущество — эмоциям или выгоде.

— Что ты делаешь? Куда ты собираешься на ночь глядя?

Я не отвечаю. Молния на сумке звучит громче его голоса.

— За остальным приеду завтра, — бросаю коротко и направляюсь в прихожую.

Бывший муж следит за мной, но ни чего не предпринимает. Рассчитывает, думает, пытается привыкнуть к новой реальности.

— Ты не протянешь без меня, — бросает Андрей. — Ты хот знаешь сколько ты тратишь? Ты столько никогда не сможешь заработать.

— Значит буду экономить, — я надеваю куртку. — Все лучше, чем жить с тобой!

Открываю дверь и выхожу в подъезд.

— Ты приползёшь! — кричит он вслед. — Услышала⁈ На коленях приползёшь!