Глава 47

В конце октября мне аудиторы указали на провалы, отразившиеся после формирования квартального отчёта по каждому из подразделений. Я не стала созывать общее собрание, а вызвала начальников этих отделов к себе по одному, для разбора полётов. Мне казалось, что указывать на недостатки лучше с глазу на глаз, не устраивая публичной порки сотрудникам. К своему изумлению, в одном случае я столкнулась с явным саботажем и нежеланием перестраивать систему. Человек, не молодой и проработавший в компании не один год, с трудом скрывая неприязнь ко мне, поджимая губы и отводя взгляд, сначала просто выслушал мои претензии. А после не выдержал и, обвиняя меня в некомпетенции и желании из мести развалить дело свёкра, признался, что дорабатывает свой последний срок по договору и намерен уволиться. Он, видите ли, не хочет работать со мной и видеть, во что я превращаю корпорацию. Не стала ничего объяснять и спорить. Просто сделала пометку о свободной вакансии и согласилась с доводами сотрудника. Доработает и пусть уходит. Не проблема. Поймала его удивлённый взгляд и усмехнулась. Я не собираюсь никого ни уговаривать, ни удерживать. Рынок труда огромен. Каждый выбирает для себя. Мы все взрослые люди, поэтому вольному — воля. Ты взрослый мальчик и сам выбрал себе путь. В другом случае женщина, молодая и очень наглая, вела себя со мной так, будто я ей что-то должна. Она никак не прокомментировала свои недочёты, ничего не сказала по существу, она не оправдывалась и не спорила, она просто смотрела на меня как на… соперницу? Будто я потопталась на её любимом плюшевом медвежонке, которого ей подарила тридцать лет назад двоюродная бабушка. Вообще, не поняла такого посыла. В общем, ещё один безусловный кандидат на расставание по окончании договора. Без парашюта, без выплаты бонусов и без премии. Скатертью – по жопке! Последним я пригласила Ивана, справедливо полагая, что после нашего с ним разговора мне понадобится перерыв. Иван вошёл, демонстративно прихрамывая, и сел напротив меня, вальяжно развалившись. Он изменился. Похудел, сменил стиль одежды на более демократичный и как-то весь подтянулся, что ли. Из глаз ушло неприятное выражение превосходства над всем миром. И теперь мой бывший муж производил впечатление довольного жизнью и уравновешенного человека. Может быть, только чуточку растерянного? Глядя на него складывалось впечатление, что жизнь у человека удалась. - Ты совсем решил не работать? – спросила спокойно и, показывая ему сводный отчёт, продолжила, — окончательно забросил фирму? Ты ведь генеральный директор, посмотри какой у тебя провал. По некоторым направлениям просто катастрофический. Я подвинула к нему отчёт, и он, скосив глаза, не стал даже прикасаться к бумагам. - Ты же всё равно мне не подпишешь пролонгацию контракта. Так к чему стараться? – усмехнулся бывший муж. - С чего ты это решил? – искренне удивилась, откидываясь на спинку дедова кресла. Удобная вещь это дедово кресло, что ни говори! Надо завести у себя в доме подобное, кстати… - Нил, ну это же очевидно! Да и ты сама говорила, что тебе сложно работать со мной в одном здании, – дёрнул плечом Иван и отвёл взгляд от моего лица. - С тех пор прошло почти пять месяцев, и моё отношение изменилось, – сказала я и усмехнулась тому, как резко Иван переменился в лице после моих слов. Не давая ему меня перебить, я продолжила: - Я теперь спокойно реагирую на твоё присутствие. Мне безразлично, чем ты занят и как ты реагируешь на меня. Я не злюсь и не раздражаюсь, поверь. И мне было бы жаль, если ты так глупо потеряешь дело, в которое вкладывался всю свою жизнь. Иван подобрался при моих словах. Собрался весь и сел ровно, чуть наклоняясь вперёд. Словно услышал что-то важное для себя. - Я развёлся, Нил, – быстро проговорил он и добавил, будто извиняясь, — и сынишка теперь живёт со мной. Настя отказалась от него. - Может быть, ты… — неуверенно проговорил он после паузы, — но я перебила: - Я поздравляю тебя. Взять ответственность за мальчика – это серьёзный и верный шаг. Но отчего ты забросил работу? Тебе ведь теперь нужно и важно иметь стабильный доход, гарантирующий уверенность в завтрашнем дне. Я не понимаю твоего отношения. Притом, что я помню и знаю, как ты умеешь трудиться. - Ты сказала, что не злишься больше на меня, и я подумал… — начал он неуверенно. Резко вдохнул и закончил решительно: - Может быть, мы всё-таки сможем быть вместе? Я села ровно, выпрямляя спину, и со вздохом положила ладони на стол. - Нет, не сможем никогда, Вань. Всё прошло. Я не злюсь на тебя, это правда. Мне безразлично, понимаешь. Всё перегорело окончательно, и я могу даже спокойно разговаривать с тобой о своих чувствах и говорить тебе «нет». Люди не должны жить вместе без любви. Дети не должны жить без любви. – Со спокойной улыбкой ответила я ему и добавила, — Поэтому заканчивай мечтать напрасно. Начинай уже работать, пожалуйста. Иван ушёл, прихватив бумаги с моего стола. А я, прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, задумалась. Я ведь действительно отпустила прошлое. Оставила позади. Я могу теперь свободно и без надрыва говорить о своих чувствах и о пережитом опыте. Могу, если возникнет такая необходимость, спокойно и ровно общаться с бывшим мужем. И моё сердце не сжимается, как прежде, и не болит. Прошлое отпускает меня.