Глава 39

Кирилл

— Ты в своем уме?

Велес уже добрые десять минут расхаживает из одного угла кабинета в другой и задает один и тот же вопрос.

Я слишком хорошо его знаю, чтобы пытаться сейчас спорить и доказывать свою правоту. Пусть сначала пройдет все стадии принятия. Отрицание уже было. Скоро закончит с гневом и, наверняка, будет пытаться торговаться.

— У тебя есть еще два месяца! — вопит он. — Раз уж ты подписал этот чертов договор, то попытайся хотя бы выжать из него все. Сделай так, чтобы она передумала!

— Она не передумает, Велес, — чеканю раздраженно. — Честно говоря, твоя истерика уже порядком поднадоела. Я поставил тебя в известность не для того, чтобы ты заламывал руки и рвал на себе волосы, как кисейная барышня, а для того, чтобы заранее подготовился к резонансу, который вызовет мой развод.

— Почему сейчас? — не унимается он. — Вы же все выяснили! Господи, да даже ребенок у нее твой, как оказалось! С чего вы решили разводиться?

— С того, что на данный момент это единственный верный вариант.

— Перед выборами? Да, мать твою, самое время!

— Так быстро нас не разведут, успокойся. Заявление мы еще не подавали, месяц дается на пресловутое «примирение».

— То есть, как раз к выборам успеете, — закатывает он глаза. — Мне, я так понимаю, нужно тебя поздравить? Отличный план, Кирилл! Так тупо свою карьеру не сливал еще ни один политик в истории!

— В данный момент семья для меня первом месте.

— И? Тебе не кажется, что ты сам себе противоречишь? Если семья для тебя так важна, какого лешего ты надумал разводиться?

— Иногда трещины в сосуде настолько глубокие, что проще его разбить и отлить заново, чем пытаться склеить снова и снова.

— Охренеть ты философ, Воеводин, — прищурившись, выдыхает. — Что ж ты раньше скрывал свои ораторские способности? Сэкономили бы на штате спичрайтеров.

— По-моему, ты забываешься, — напоминаю холодно. — Сарказм, как и личное мнение может оставить при себе. Если так дальше пойдет, то я просто перестану заранее делиться с тобой своими решениями. Будешь узнавать обо всем из прессы.

— Если так дальше пойдет, — парирует он. — То очень скоро пресса потеряет к тебе интерес. Не забывай, что он завязан на твоей должности. Если ты проиграешь выборы, то всем будет наплевать на твою личную жизнь.

— Звучит заманчиво, Велес. Ты просто не представляешь как!

И если изначально я это произношу для того, чтобы позлить своего помощника, то после того, как слова покидают мой рот, осознаю вдруг, что не вру. Не знаю как насчет будущего и уж тем более не могу зарекаться, что в старости меня не накроет глубочайшая депрессия по поводу «ах как мало я в этой жизни достиг», но в данный момент вариант пустить свою карьеру под откос выглядит очень привлекательно.

— Ладно, свободен. — усмехаюсь, вдоволь насладившись шоком на его лице. — Мне нужно обдумать кое-какие моменты.

— Может лучше не надо? — Не сдерживается он. — Будет гораздо лучше, если ты перестанешь думать и доверишь это важное дело профессионалам.

— Ну-ну, — цежу сквозь зубы. — Я уже доверился тебе однажды и к чему это привело?

— Если ты о том, что я настоял на том, чтобы Ольга заменила твою жену, то я по-прежнему считаю, что это был единственный правильный вариант.

— Иногда правильный вариант не равно лучший, — киваю ему, давая понять, что разговор окончен. Обдумать мне, и правда, нужно много всего. И начать я планирую с самого главного — кто, черт возьми, слил информацию Алексину и Красовскому.

Ольга вчера успела рассказать, что к тому моменту, когда Алексин на нее вышел, тот уже был в курсе всех событий. К ней он, собственно, и обратился лишь за подтверждением. По ее словам, он опасался, что тот, кто принес ему эту информацию, преследовал какую-то свою цель.

То есть, вариант с тем, что господин губернатор сам неожиданно решил провести расследование — отпадает. Таисия права, смысла в этом сейчас не было. Сенсация пришлась бы к месту до ее возвращения. А так, он лишь подставил себя и подкинул дополнительных очков своему конкуренту.

Получается, что тот, кто рассказал ему про отсутствие моей жены и ее якобы беременность от другого, знал лишь половину истории. Как, например, я.

Но сам-то я точно ему ничего не рассказывал, а значит… А значит остается не так много людей. И один из них только что покинул мой кабинет. В гневе.

Велес слишком печется о моей карьере. Иногда мне кажется, что даже больше, чем я сам. Я не питаю иллюзий насчет того, что он лишь болеет за благое дело и искренне верит, что я лучший кандидат на роль губернатора.

Нет, Разиным руководят лишь его собственные амбиции. Он спит и видит, что поставив галочку в графе «сделать Воеводина губернатором», сможет вернуться в Москву и вершить судьбы уже столичных политиков. Этот напыщенный павлин считает, что наш областной центр не дотягивает до его уровня и командировку сюда рассматривает исключительно как ссылку.

Не могу сказать, что это все характеризует его как положительного человека… Но дураком он точно не является. А значит и смысла идти к Алексину у него не было!

Если бы не «сюрприз» с отцовством, то интервью закончилось бы невероятным скандалом. Скорее всего — даже смертью моей карьеры. Велесу точно было невыгодно нас «разоблачать».

Логика. Это все поддается логике. Все, кроме одного… Помимо меня, Велеса и Ольги, ни одна живая душа не знала всю правду.

Верю ли я этой стерве, что она никому не проболталась? Ни капли.

Но я просто не могу себе позволить не проработать вариант со своим помощником.