Глава 11

Утром я просыпаюсь от шорохов. Вовремя спохватываюсь, что не одна в кровати, и усиленно делаю вид, что до сих пор вижу сны. А вот Дима встает с постели. Правда, он медлит. И я не могу понять, что он делает.

Проверяет телефон?

Ищет ключи?

Но кожей чувствую его взгляд. А потом неясное прикосновение к своим волосам. На грани “почудилось”. Это длится всего пару секунд. Дима что-то порывисто подхватывает с тумбочки и уходит в гардеробную. Я тоже поднимаюсь и выбираю другое направление – в ванную.

Чудом нам удается разминуться, и все остальное утро мы тоже не пересекаемся. Я ухожу к Алисе, а Дима, судя по звукам, спускается на первый этаж. Пока я собираю дочку, он уже уезжает.

– Сейчас найдем мы твою игрушку, – говорю Алиске, помогая ей застегнуть липучки на обуви.

Хотя игрушка – это громко сказано. Алиска стащила из кухонного ящика ситечко для заварки чая и решила, что теперь оно ей жизненно необходимо. Я нахожу его в прихожей, а следом вижу, что на комод брошены ключи от моей машины.

Видимо, Дима положил их перед тем, как уехать в офис.

И это неожиданно.

Мне даже не пришлось просить. И падать на колени.

– Злат, привет, – отвечаю на звонок подруги. – Я как раз только завезла Алиску в садик.

– Приветик, – ласково бросает она, а на заднем фоне ее голоса шумит автопоток. – У меня утро освободилось. Хотела спросить, как у тебя со временем?

Мы встречаемся в галерее, в которой я хочу посмотреть работы местного фотографа. Пусть мне указали на дверь в собственной студии, но держать руку на пульсе я не брошу. Открою другую мастерскую со временем, пусть скромнее и меньше, зато свою по-настоящему.

– Выглядишь лучше, – подбадривает подруга.

Конечно, лучше. Я выспалась на своем матрасе. И доехала сюда на своей машине.

– Что Дима? – сразу спрашивает она. – Успокоился или уперся как баран?

– Второе. – Я подхожу ближе к заинтересовавшему меня снимку, но продолжаю говорить: – Мне нужно сделать сложный выбор, Златка.

– О чем ты?

– Помнишь, я рассказывала, как услышала сплетни о моем муже на детском дне рождения? Это шепталась Марина Филатова, и она вчера подошла ко мне и предложила помощь.

Я оборачиваюсь и вижу, как Злата хмурится. Но молчит, ждет подробностей.

– Оказывается, ее муж работает вместе с Димой. И, видимо, они что-то не поделили в бизнесе.

– Интересно, – тянет Злата и тоже подходит ближе к снимку.

– Марина предлагает посодействовать ее мужу. Не знаю, какая информация ей нужна, но она сказала, что это поможет справиться с Димой. Она откуда-то в курсе, что у нас проблемы в семье.

– Либо просто догадалась. Если она знала об изменах этого кобеля, то, увидев твое пасмурное лицо, могла сделать напрашивающийся вывод. Либо ее муж мог понять по поведению Димы, они ведь работают вместе.

Я пожимаю плечами. Всё может быть.

– И что тебя сдерживает? – спрашивает Злата после затянувшейся паузы. – Я бы отомстила на твоем месте. Пусть знает, с кем связался.

– Я не смогу контролировать ситуацию. Вот что меня сдерживает. Я ничего не понимаю в делах Димы. Что хочет сделать Филатов?

– Какая разница, Ань?! Дима шантажирует тебя дочерью! Ниже падать некуда!

Я касаюсь запястья Златы, чтобы она убавила тон.

– В этом и дело. Он отец моего ребенка, – выдыхаю. – Алиска так любит его, да и он в дочери души не чает.

– Что-то он не думал об этом, когда завел интрижку с Эльвирой.

Что тут скажешь?

Он явно думал другим местом в тот момент.

И то, что у него есть дочь, определенно отошло на второй план.

– Поговори с Филатовой, – предлагает Злата. – Спроси, чего именно она хочет, а там уже принимай решение. Хотя я все равно не понимаю, почему ты сомневаешься. Ты имеешь полное право ударить его, Аня. Он развязал эту войну, а не ты. Ты всего лишь отвечаешь.

– Да…

– Давай я ей позвоню. Договорюсь о встрече. Можно прямо здесь, тут есть лобби.

Злата, как обычно, берет инициативу в свои руки.

Я медлю, но потом вспоминаю, как Дима зажимал меня в коридоре и говорил со мной, как с подчиненной. Он не понимает по-хорошему и продолжает давить. Он ведь на самом деле решил меня выдрессировать. Указал, где я должна спать, а потом отдал ключи от машины. Все равно что сладкую косточку бросил и за ушком почесал. Ведь я все-таки выполнила его команду.

– Вот ее визитка. – Я протягиваю подруге блестящий прямоугольник. – Только, Злат… Прости, но я буду разговаривать с ней наедине.

– Хорошо, – она кивает, – я уеду.

Она быстро набирает номер и договаривается о времени.

– Сказала, что приедет через час.

На деле выходит полтора. Марина появляется в лобби и делает неопределенный жест ладонью, приветствуя меня. Она скептически смотрит на то, что я выбрала место за большой барной стойкой. Но тут удобно работать, спокойно поместились ноутбук и глянцевые буклеты, так что я провела время с пользой.

– У тебя новая помощница? – бросает она, садясь на соседний стул. – Ты быстро нашла замену Эльвире, это похвально.

Я не говорю, что ей звонила моя подруга. Пусть будет помощница.

На Марине шелковая блузка глубокого изумрудного цвета и бежевые брюки, которые она украсила ремнем с золотыми цепочками. После всех новостей о Диме и ее муже я не могу отделаться от мысли, что она мне напоминает супругу главного героя из “Клана Сопрано”. Стиль одежды тот же.

– Что вы предлагаете, Марина? – спрашиваю ее.

Она хитро улыбается.

– Значит, сразу к делу, – произносит Филатова и постукивает ноготками с идеальным маникюром по столу. – Ты знаешь пароль от смартфона своего мужа?

– Допустим.

– Тебе нужно будет поставить на его телефон приложение, которое я тебе скину. Оно не оставит следов, Свиридов ничего не поймет.

– И для чего это приложение?

– Оно будет следить за его передвижениями, – буднично сообщает Марина. – Если хочешь, тебе тоже потом пришлют отчет. Посмотришь, где бывает твой муж.

– Значит, Филатову нужны только передвижения моего мужа?

Я одним взглядом прошу Марину не делать из меня дуру. Никогда не поверю, что такие программы ставятся только с одной целью. С таким же успехом можно взломать охрану Лувра и вынести оттуда не шедевр мировой культуры, а куртку охранника.

– И прослушка разговоров, – добавляет она.

– В любом телефоне хранится намного больше информации. Там вообще всё: фотографии, пароли, контакты…

– Боишься навредить ему? – Марина усмехается. – Аня, у тебя не получится, даже если ты сильно захочешь. Такие мужчины, как мой Филатов и твой Свиридов, – очень осторожные и скрытные. И опасные. У них две жизни по большому счету. И они с годами привыкают переключаться как роботы.

Она на пару секунд отвлекается на вид из окна, словно ее собственные слова что-то задели в душе.

– У твоего мужа есть другой телефон для важных вещей, – продолжает Филатова. – Ты о нем не знаешь и не сможешь найти. Поэтому придется довольствоваться тем, что есть. Хотя бы геопозиция и запись разговоров.

– Для чего эта информация Филатову?

– Я не знаю. Это не мое дело, я лишь передаю условия сделки.

Она врет. И по ее холодному лицу видно, что ничего больше она не скажет. Марина раскрывает свою сумочку и достает листок, вырванный из маленького блокнота. Она кладет его на стол и двигает ко мне. Но в руки не дает.

– Это сумма, которую тебе заплатят. Плюс можем помочь с охраной.

– С охраной?

– Вдруг ты захочешь уехать. Одна или с дочерью. Люди моего мужа отвезут куда надо, просто назовешь нужный адрес.

Я наклоняюсь и едва сдерживаю кашель. Я не была готова увидеть настолько большую сумму. Это же огромные деньги… Мне становится дурно. И по-настоящему жутко. Какие состояния должны крутиться в их делах, если с ходу и без торгов предлагаются столь сумасшедшие деньги?

Я гнала от себя эти мысли, но мне становится страшно за Алису и за себя. Во что Дима втянул нас? Он понимает, что делает? Насколько он вообще контролирует ситуацию и какая опасность может грозить нам всем? Я ничего не могу поделать с собой и нервно веду плечами. Чувствую физическую потребность прямо сейчас увидеть дочь и не выпускать ее из рук.

– У тебя есть время до завтра. Я буду ждать до десяти вечера.

– Слишком мало…

– Больше суток, Аня. Взвесь всё и позвони мне. Только на этот раз сама. Без помощницы.

Марина закидывает сумку на плечо и соскальзывает с барного стула.

– Хорошо подумай, – произносит она на прощание. – Второго шанса вырваться может не быть.

Она трогает мое плечо с легкой улыбкой. После чего разворачивается и уходит. А я остаюсь в тишине, которая как бушующий океан. Внутри всё бурлит и переворачивается. Какая-то часть меня вообще уходит в отрицание, словно можно замереть и ничего не делать, уставившись на деревянную поверхность столешницы. Не принимать ужасное решение, от которого зависит слишком многое.

Я делаю глубокий вдох и поднимаюсь с места. Собираю свои вещи дергаными движениями, все мысли заняты тем, что мне наговорила Марина.

Я не доверяю ей, не доверяю ее мужу… и не доверяю Диме. Он столько лет врал мне, выстраивая ту самую вторую жизнь, о которой я ничего не знала. Он и правда как робот. Я ведь даже не подозревала, ничего не чувствовала. Он настолько идеально переключался с семейной жизни на свои грязные дела и наоборот, что я могла еще лет десять прожить в розовых очках!

Мой сотовый пиликает, и я вижу сообщение от незнакомого номера. Оно выглядит как рекламный спам, но я вижу ссылку и понимаю, что это приложение от Марины. То самое, которое я должна поставить на телефон мужа.

А если он поменял пароль?

Он ведь мог это сделать после наших скандалов…

А если нет? Что, если я действительно смогу это провернуть? Загрузить на его сотовый приложение, пока он будет в душе, и получить возможность уехать вместе с дочерью? Ведь именно этого я хочу.

Мой телефон снова издает звук. Сообщения сыпятся градом, я не успеваю ничего толком прочитать, как следует звонок.

– Анна, добрый день, – отзывается администратор студии. – Вы сегодня приедете?

– Не собиралась. А что случилось?

– Мне прислали шаблон письма насчет отмены выставки. Я должна сделать рассылку, но я все-таки хочу сперва согласовать с вами.

– Подожди, я не совсем поняла. Какая еще отмена выставки? Кто отменяет?

– Мы отменяем, – потерянно отвечает администратор. – То есть вы.

– Стоп. Я не давала таких указаний.

– Но Эльвира провела летучку от вашего имени. Она сказала, что это трудное решение, но из-за проблем с финансированием…

– Я сейчас приеду.

– Да, конечно. Так мне не делать рассылку?

– Никому ничего не делать, пока я не разберусь.

– Хорошо. Но Эльвира уже позвонила випам с извинениями.