Глава 16

Дмитрий

Кровь закипает.

Аня не дает четкого ответа, а я без понятия, как говорить по-другому. Главное сказал. Я люблю свою жену и хочу сохранить наш брак. Я на самом деле живу ради Ани и Алисы, что мне еще говорить?

Что Эльвира мне никто?

Это очевидно. Одного взгляда на Элю достаточно, чтобы увидеть штамп “вечной любовницы”. Я не хочу даже начинать этот разговор. Представляю лицо жены, когда она услышит, что с Эльвирой ничего не было. Она прожжет меня насквозь и пошлет куда подальше. И будет права. Аня видела меня в том проклятом номере. Видела, как я потянулся к другой бабе.

Что тут отрицать?

Какой вообще смысл в пустой болтовне? Я готов сделать, что надо. Аня и сама понимает. Видит же, как меня выкручивает. И специально наказывает холодом. А мне и правда дурно, чувствую себя зеленым пацаном, которого впервые штормит из-за эффектной девчонки.

Я никогда не забывал, что моя жена красавица, но сегодня как мордой ткнули. Она вышла из дома, и я забыл, как дышать. Горло как веревкой стянули. А Аня улыбалась как ни в чем не бывало, как в добрые времена. Она нормально оделась, вполне подходяще для встречи в ресторане, но меня понесло. Я даже не сразу понял, какого черта спорю с ней. Потом только догнал, что банально злюсь. Злюсь на себя, что по-глупому рискнул и теперь даже прикоснуться к ней не могу. Как чужая стала. Хотя никого ближе нет на всем свете.

– Сперва зайдет охрана, потом мы, – говорю Ане, глуша мотор.

Перед нами хороший ресторан, который входит в загородный комплекс. Здесь есть конференц-зал, домики для отдыха, бани, бассейн… В общем, могут принять хоть форум, хоть свадьбу.

Аня дожидается, когда я открою ей дверь. Она становится покладистой, словно вживается в роль супруги, у которой нет никаких проблем с мужем. Она подает мне руку и позволяет переплести наши пальцы. Хотя и выдыхает недовольно. Но ладонь не вырывает.

– Вон их машины, – киваю на два внедорожника, которые заняли третий парковочный ряд. – Третьяков тоже с помощниками.

– Ты так называешь его охрану, чтобы я не нервничала? – реагирует Аня.

– С ним будут юристы, это точно. Это на самом деле больше деловая встреча.

Ко мне могут применить неделовые методы, если мы не договоримся. Но это после. Аня права, сейчас не девяностые. Никто не играет мускулами и тем более не показывает оружие. Есть другая сотня способов, как сломать жизнь. Меня могут обанкротить, посадить, заставить отрабатывать ошибку в совсем грязных делах. Может, даже придется лететь в другую страну. В ту, из которой идет нелегальный трафик в Россию.

– Ты слишком сильно сжимаешь мои пальцы, – жалуется Аня и крутит ладонью. – Нервничаешь?

– Что за вопрос?

– А что, нет?

– Я давно в этом бизнесе.

– Но ты же не стал роботом? – Она запрокидывает голову и смотрит мне прямо в глаза. – Почему ты всегда хочешь казаться неуязвимым? И непогрешимым. Что в этом хорошего?

Я совершенно не понимаю ее вопросов.

Это она нервничает, вот и говорит всякое. Я переношу ее ладонь на свой локоть.

– Ты в любом случае в безопасности, – успокаиваю ее. – Если надо будет, уедешь с охраной пораньше.

– Хорошо.

Моя охрана остается у двери, а мы с Аней входим в отдельный кабинет для випов. За большим столом уже сидят Третьяков и еще двое мужчин. Один из них точно его помощник, а вот второго я раньше не видел. Они ужинают, перекидываясь спокойными фразами. Я ловлю отражение Ани в зеркале напротив и отмечаю, что она отлично держится. Даже удивительно… Я всегда думал, что она впечатлительная и мнительная. Но она выглядит так, как и нужно. Ноль тревоги и сомнения, правда на нашей стороне, а значит, мы должны излучать уверенность для Третьякова. И плевать, сколько могущества и власти в его руках. Об этом сейчас лучше не думать.

– Вот и чета Свиридовых. – Третьяков откидывает салфетку, замечая нас.

Он хмуро смотрит на меня, но переводит взгляд на Аню и чуть успокаивается. Девушку не пугает. Изображает сухую улыбку.

– Добрый вечер, – отзывается Аня.

Я помогаю ей сесть на стул и устраиваюсь рядом.

– Я думал, у тебя другая супруга, – вдруг произносит Третьяков.

– В смысле? – напрягаюсь.

– Таких прелестных не вводят в наш бизнес. Берегут и держат подальше.

– Я узнала только из-за всей это ситуации, – отзывается Аня, пока я пытаюсь придумать, что ответить на его комплимент. – Я бы никогда не догадалась… Дима научился так искусно плести паутину второй жизни, что я была уверена, что мой муж занимается совершенно рутинными делами. Он хорош в этом, нигде не прокололся.

Она стреляет в меня глазами.

Началось.

Уже измывается.

– Поэтому я не женюсь, не умею лгать любимым женщинам, – бросает Третьяков с улыбкой, откидываясь на спинку. – Закажете что-нибудь?

Он поднимает ладонь и подзывает официанта из соседней комнаты для персонала. Заказ занимает пять минут, после чего мы возвращаемся к делу. Я передаю Третьякову документы через помощника.

– Это новые схемы. Абсолютно. Нигде не использовались. Я держал их на черный день.

Третьяков отдает их обратно помощнику, чтобы тот проверил.

– Значит, готовился к проблемам, – усмехается он.

– Это профессиональное. Поэтому я столько лет в этом бизнесе.

Вру.

Новые схемы я добыл потом и кровью. Я подключил все связи и выжал свои мозги, чтобы сотворить невозможное – продумать маршрут для огромных сумм за считаные часы.

– Мы даже не выйдем из графика. Всё пройдет в те сроки, которые были оговорены заранее.

– Не получится, Дима. Я больше не доверяю тебе. И не буду иметь с тобой дел напрямую. Ты талантливый парень, но такие сливы не прощают. Тебе придется начать карьеру с нуля.

Значит, всё-таки другая страна.

Он хочет отправить меня отрабатывать долг первым же рейсом.

– Но ведь дело не в Диме, – подает голос Аня и смотрит на меня. – Скажи, почему ты подготовил запасные схемы. Скажи о Филатовых.

– Подожди, Аня. Давай по порядку.

Я касаюсь ее запястья. Вот сейчас я нервничаю. Аня отлично отыгрывает свою роль, но подспудно я боюсь, что она вот-вот собьется и выдаст фальшивую ноту.

– Герман, – обращаюсь к клиенту. – Меня же слил Филатов? Я знаю это, потому что давно вел его. Я ждал, когда он активизируется. Он лез в мои дела, разнюхивал, какого-то черта решил, что имеет право контролировать нашу сделку. Каюсь, я немного упустил момент, я думал, у меня есть еще день. Но он принес вам лишь то, что я позволил ему узнать. Это старые схемы.

– Почему не предупредил меня? – спрашивает Третьяков, но по его холодному лицу невозможно понять, принял он мои слова всерьез или нет.

– Мы с вами работаем в первый раз. Я подумал, что у вас слишком крутой нрав и вы сами захотите разобраться с Филатовым, а мне нужно было знать, как далеко он пойдет. Все-таки это личное. Мы с ним начинали вместе.

– Это и правда личное, – кивает Аня.

– Да, он втянул в это мою Аню, – подхватываю ее подачу. – Он подослал к ней свою жену, чтобы она выведала информацию.

– Я только тогда начала задавать вопросы, и Диме пришлось рассказать мне правду. И то в очень щадящем режиме. Мне вообще кажется, женам лучше не знать о таком. Филатов зря втянул жену. Тем более она у него горячая, эмоциональная. Зачем так рисковать?

Аня пожимает плечами.

– Я могу позвонить ей, и вы сами услышите, – добавляет она. – Она до сих пор уверена, что использовала меня против мужа.

Аня достает телефон из кармана пиджака. Она кладет его на стол и смотрит сперва на меня, потом на Третьякова. Тот кивает после раздумий. Дает отмашку босса.

– Анечка? – после нескольких гудков отзывается Филатова, у нее глубокий и уверенный голос, без тени женского кокетства. – Здравствуй.

– Здравствуй, Марина. Я звоню насчет нашего уговора…

– Перевод задерживается, но скоро деньги поступят на твой счет.

– Хорошо. А как насчет защиты? Я хочу уехать от мужа. Ты говорила, что поможешь с грубой физической силой, чтобы вырваться от него.

Марина берет паузу.

Ей неинтересен этот разговор, она уже получила от Ани что хотела, теперь только время терять.

– Я немного не так говорила, – отзывается Филатова. – Но я постараюсь помочь. Кинь адрес, откуда тебя надо забрать. Ты будешь с дочерью?

– Да, конечно.

– А Дима понял, что это ты сдала его?

– Нет, он роет среди своих. Но по нему видно, что у него большие проблемы.

– О да, – Марина самодовольно усмехается. – Я же обещала тебе? Вот и результат.

– Отменный, – Аня сохраняет ровный тон, но нервно ведет плечами, все-таки ей трудно дается этот “праздник лицемерия”. – Тогда я сейчас скину тебе адрес.

– И продублируй свой счет. Последний раз опять звонила твоя помощница, я не стала с ней обсуждать вопрос оплаты.

– Хорошо, Марина. Пока.

Та отключается.

– Аня, передайте телефон моему человеку, – бросает Третьяков.

Аня вновь смотрит на меня, ища подсказки. Я киваю, и она послушно отдает сотовый помощнику Третьякова. Мы с ней предполагали, что такое может быть, и Аня почистила свой сотовый. Хотя там и не было ничего компрометирующего. И я уверен, что помощника интересует последний звонок. Он хочет проверить номер контакта и его историю вызовов.

– Филатова пообещала мне деньги и защиту от мужа. Я подыграла ей, а потом пришла к Диме и устроила допрос, чтобы понять, что происходит.

– Тогда я решил кинуть им наживку, – я касаюсь бедра жены под столом и продолжаю вместо нее. – Я дал пароль от ноутбука с устаревшей информацией, Аня передала его Филатовой через свою помощницу. И колесо закрутилось. Филатов так хотел очернить мою репутацию, что подставил всех под удар. Он рассказал всё своей супруге, втянул в это мою Аню, устроил дурацкие шпионские игры… Это не проверка моей профпригодности, это цирк и фарс. Так дела не делаются.

Третьяков не торопится принимать решение.

Он ждет, что скажет помощник. Тот возвращает телефон Ане и что-то говорит ему, наклоняясь к плечу. Аня же опускает руку под стол и сжимает мои пальцы, которые я забыл на ее бедре. Но не отбрасывает их прочь, а держится за меня. Малышка нервничает. Я обнимаю ее тонкие холодные пальцы крепче и задеваю ее плечом, чтобы она чувствовала мою близость сильнее. Хорошо, что на ней мой пиджак. Она спорила со мной, но я уверен, что сейчас она поменяла мнение. Я же чувствую, что она бы с радостью вовсе спряталась за моей спиной. Вот это ожидание, когда вот-вот будет принято решение, даже по моим нервам бьет.

– Новые схемы надо проверить, – бросает Третьяков. – Если там всё чисто, будет другой разговор. Пока поставим на паузу.

Он встает со своего места.

– Был рад знакомству, Анна, – он обращается к ней с кивком, после чего поправляет пиджак и уходит.

Со мной не прощается. Только помощник протягивает мне визитку с новыми контактами и жмет руку.

Уже хороший знак.

– И что это значит? – спрашивает Аня, когда мы остаемся в кабинете одни.

– Значит, что мы можем спокойно поужинать.

– Нет, Дима, я серьезно.

Она чуть повышает голос на нервах. Я протягиваю ладонь к ее плечу и сжимаю, успокаивая.

– Третьяков терпеть не может подстав. И когда лезут в его дела – тоже. А Филатов это и сделал, решив выслужиться и подставить меня. Третьяков проверит мои слова и примет решение. Но я думаю, всё уладится.

Аня затихает после шторма. Ей тяжело далась встреча, и она пока не вспомнила ни свою ненависть, ни решение развестись. Я смотрю на нее неотрывно и ухожу с головой в хорошие времена. Когда она вот так тихо смотрела на меня и позволяла трогать, согревать своим теплом… На правах мужа. Это дает мне силу. Никогда не задумывался об этом по-настоящему, но сейчас, когда я истосковался до красных точек перед глазами, я буквально ощущаю, как разжимается пружина. Она рядом… прежняя: ласковая и спокойная… и всё становится на свои места.

– Тогда поехали? – Она встряхивает головой и обводит кабинет взглядом, как будто припоминает, где здесь дверь.

– Может, правда поужинаем…

– Нет, я хочу в Алисе. С ней новая няня, я переживаю.

– Вот именно. Ты вся на иголках. – Я пытаюсь удержать ее на кресле. – Ань, выдохни. Ты отлично справилась. Без тебя мне пришлось бы туго.

Она замирает. Глядит в мои глаза.

– Я серьезно, без подвоха, – добавляю, понимая, почему у нее такая реакция.

Но Аня все равно встает с места.

– Отвези меня к дочери.

– Хорошо, как скажешь.

Я первым выхожу из вип-комнаты, придерживая дверь для жены. Она выглядит собранной и снова отстраненной. Стена между нами вырастает за секунду.

– Третьяков и правда не выглядит как головорез, – продолжает Аня, пристегиваясь в машине. – Хотя он влиятельный человек, это видно. У меня холодок по спине прошел, когда увидела его.

– Он давящий.

Аня почему-то усмехается.

– Мы с Алисой сможем завтра уехать? – вдруг спрашивает она, поворачиваясь ко мне лицом. – Опасности больше нет?