Глава 38

Изображение Каратика стало подёргиваться, и я даже испугалась, что это картинка поплыла, но нет… Всего лишь задёргался правый глаз.

Друг не мог этого не заметить, поэтому и заливался соловьём, чуть не разбивая лоб об стол.

— Ну что, Беспутова? Колоться будешь, или перейдём к пыткам, пока мне руку не оторвали? — Костя уложил ладонь на заднюю поверхность шеи и так невыносимо медленно заскользил вдоль позвоночника…

— Ты что творишь?

— Шалю, — он пожал плечами и начал наклоняться… Его прекрасно-коварное лицо всё приближалось, и приближалось, а я не дышала! Сталь здесь? Он что, следит за мной?

— Каратик, прекрати! Люди смотрят!

— Люди? Или Сталь? — Костя тихо посмеивался и косился мне куда-то за спину. — Хобби у меня есть, Тась. Рассказать?

— Говорить у тебя лучше получается, — я было дёрнулась, чтобы отсесть на соседнее кресло, но Каратик уложил свободную ладонь мне на ноги, буквально придавливая к сиденью.

— Не рыпайся, а то поцелую, а там уже очень сложно отмазаться. Поверь на слово.

— Всё, Каратик! Ты только что лишился одного голоса. Считай, что проиграл, к чертям, свои выборы. Не стать тебе мэром! Так что там с хобби?

— Обожаю срывать маски… Три, два, пуск…

— Таисия Михална, Константин Юрьевич, добрый вечер, — и вот уже знакомый голос силой своей ярости дробит мои позвонки. Не шевелилась, замерла, как зайчишка, попавший под прицел. — Наш город — одна большая деревня, да?

Сталь даже не стал спрашивать, толкнул стул от соседнего стола и приставил его, но не рядом с нами, нет, а ровно за нашими спинами, да ещё и руки уложил на кресла.

Ту-тух… Моя голова поехала в дальнее плаванье, помахивая мне белым платочком!

От преступно близкого нахождения этих двух мужчин извилины путались, зачем-то подкидывая мне кадры атомных взрывов и туч дыма, взлетающих в воздух! В носу свербело, а в затылок автоматной очередью ударяло разъярённое дыхание Марка.

— Здорово, Маркуш, — Каратик наконец-то отодвинулся от меня, и даже ладонь с ног убрал, чем вызвал еле слышное присвистывание Марка.

Костя протянул ему руку и чуть привстал. Маркуш? Они что, знакомы? Что за панибратство в общении? Я что-то упустила?

— Каратик, если тебя взяли в плен, моргни два раза, — усмехнулся Марк, а после упругая струя воздуха заколыхала мои выбившиеся прядки. Играет, блин… — Или вы тут воспитательными работами занимаетесь?

— Маркуш, должен тебя разочаровать, но эту бестию воспитывать — только зубы ломать. Без толку! Они с Ночкиной как начали баловаться в школе, так вот до сих пор нарываются на кожаный ремешок. Раевскому удалось приручить свою заразу, а Таська так и скачет по полям дикой кобылицей. Не нашёлся ещё мужик с ежовыми рукавицами. А ну, дай руки гляну? Может, твои грабельки сойдут? — Костя веселился, откровенно подначивая Марка, распаляя в нём и без того бурлящую ярость. Каратик, блин, ну куда ты порох сыплешь? Дай хоть с этим разобраться!

— И что ж, пусть теперь шляется по ресторанам с кем хочет? — рыкнул Марк, и у уха клацнули его зубы, я даже взвизгнула от неожиданности и пулей пересела на соседнее кресло. — Не, Кость, я уже даже методику разрабатываю. Вот, думаю, может, запатентовать?

— Патент всегда лучше, чем импотент, — рассмеялся Каратик и разлил коньяк по стопкам, приглашая Марка присоединиться. — Второе, кстати, говорят, не лечится.

— А что Тась Михална скажет? — Марк даже спорить не стал, опрокинул коричневую жижу и даже бровью не повёл, отмахнувшись от лимона, который ему протянул Каратик. — Патент или импотент?

— Вы что тут устроили? — взвыла я, растерянно осматривая ресторан и любопытные взгляды посетителей, с интересом наблюдающих за нашим столиком. — Сорок лет, а всё про письки говорят!

— Ой, Тась Михална, — Сталь шустро перемахнул в кресло, на котором ещё недавно сидела я, и подхватил гроздь винограда с фруктовой тарелки. Одну ягоду закинул себе в рот, а вот вторую втолкнул мне, буквально силой! — А целоваться на виду у всей мэрии — это как? Уровень девятого класса?

— Ты что, думаешь, я специально, что ли?

— А что, нечаянно? — усмехнулся Марк и поймал момент, чтобы скормить ещё одну ягоду. — Шла-шла, и как засосёшь сына мэра. Так, что ли? Когда я сказал разобраться в мэрии, то поверь, не это имел в виду!

Смотреть ему в глаза не могла, по телу молнии шарашили, лёгкие сжимались, а челюсти монотонно размалывали сочный виноград. Сидит тут такой красивый, довольный, и шутки шутит! Весело ему? Что ж он Любашу свою не утешает? Надеюсь, кофе был не сильно горячим? Титьки целы, или силикон расплавился?

Мазнула по веранде быстрым взглядом, но буквально зацепилась за прищур карих глаз… Девушка за соседним столиком с таким нескрываемым интересом смотрела на Марка, что сомнений не осталось… Бинго!

— А вы, я смотрю, тут не один, Марк Андреевич, — прошипела я, прикрывая рот рукой, а сама кивнула на столик, где скучала шикарная брюнетка, зазывно гуляющая пальчиками по ободу бокала вина. — Истосковалась девушка, потом уже не докажешь, что у вас патент, а не импотент!

— Вынужден признать, что урыли тебя, Маркуш, — загоготал Каратик, и мужики отбили друг другу пятюню.

— Так и живём: сначала я сверху, а потом Тась Михална, — Я чуть не задохнулась от накрывшего меня возмущения. Чувствовала, как лицо покрывается румянцем стыда. — Ну что ж, раз скучает, пойду, развлеку, — Марк проследил за моим взглядом, а затем равнодушно дёрнул плечами и встал, направляясь к тому столику, на который я указала…

Чёрт! Чёрт!

— Всё, я ухожу! Спасибо за вечер, но от ваших шуток я ещё месяц не усну, так хохотать буду, — вскочила, забыв прикрыть задницу пиджаком, и рванула к выходу. Он же не думает, что я буду сидеть тут и следить за тем, как он соблазняет эту кралю? Индюк надменный!

— Бесик! — сквозь смех кричал Каратик, догоняя меня у парковки. — Ты что устроила?

— А что, мне нужно было смотреть, как вы вдвоём распекаете меня? Вам бы ещё плетку, чтобы удобнее хлестать было. Всё, Каратик, я и подругам скажу, чтобы не смели голосовать за тебя. Якушеву свои галочки отдадим!

— Да как скажешь, Бесик, как скажешь… Вот только поведай, ты на кой чёрт Марка за чужой столик-то отправила? — Костя махнул своему водителю, а когда авто подъехало, галантно открыл для меня заднюю дверь, помогая сесть. — Это тактика какая-то?

— В смысле – за чужой?

— Так он с мужиками у бара сидел, а ты его к бабе какой-то отправила. Нет, она ничего такая, ебабельная, но это как-то слишком, Бесик…

Я заскулила и прыгнула коленями на сиденье, рассматривая в заднее стекло машины новоиспеченную парочку. Чёрт! Что я наделала????