Глава 45

Я возвращаюсь в школу. Напряжение там только нарастает. Наталья Сергеевна пьет валерьянку. А еще тут много тех, кто не входил в предвыборный штаб Суровцева, но пришел поддержать коллегу или бывшего учителя. Я замечаю, что Вячеслав Иванович немного устал и предлагаю сделать перерыв и разойтись по домам до вечера. Знаю, что, если я предложу пойти отдохнуть ему одному, он ни за что не согласится. А отдых ему нужен. Слишком сложной была эта гонка. И то, что он прошел ее достойно, уже дорогого стоит. Мое предложение поддерживают многие — голоса будут подсчитывать ночью, а это значит, что нам наверняка придется бодрствовать до утра. И мы расходимся, договорившись встретиться через несколько часов. Я возвращаюсь в гостиницу и даже ложусь в постель. Но я знаю, что не засну. Потому что мне нужно подумать. Решение принято, и я не хочу его менять. Но ведь когда я буду давать Тимофею ответ, мне нужно будет это как-то объяснить. Извиниться и сказать, что я его не люблю? Не слишком ли это жестоко после того, что он для меня сделал? Наверно, будет лучше, если я сошлюсь на то, что еще не оправилась после развода и хочу пока побыть одна. Но не воспримет ли он это как просьбу просто чуть-чуть подождать? Я вовсе не хочу, чтобы он чувствовал себя обязанным ждать. Хотя он наверняка и не будет. Он красив, умен и богат — этих характеристик вполне достаточно для того, чтобы женщины сами кидались ему на шею. И у него наверняка полным-полно знакомых дам, которые рады будут скрасить его одиночество. Так что он быстро утешится в их объятиях. При этой мысли я чувствую что-то вроде ревности, но сразу же одергиваю себя. Я не имею права его ревновать. Он свободный человек. И лучше пусть он будет счастлив с другой, чем несчастен со мной. Конечно, можно поступить еще проще — просто сказать ему правду. О том, что в предыдущем браке у меня так и не получилось стать матерью. И что я боюсь, что я бесплодна. Да, можно просто попробовать. И разойтись уже тогда, когда поймем, что ничего не получилось. Но что, если он как благородный человек решит, что он в ответе за ту, которую приручил? И будет оставаться со мной уже не по любви, а по обязанности. И будет таскать меня по врачам и санаториям. И любовь в его взгляде сменится сначала жалостью, а потом и ненавистью. Я вздрагиваю, когда думаю об этом. Нет, лучше расстаться сейчас, пока мы еще не прикипели друг к другу. На этом я и засыпаю. И просыпаюсь только тогда, когда звонит будильник. Все кафе уже закрыты, но в школе сегодня есть и чай, и пироги, так что голодной я не останусь. Избирательные участки уже закрыты для голосования, и сейчас там начинается самое интересное. Большинство из нас не имеют права присутствовать при подсчете голосов, поэтому на участки отправляются только сам Суровцев и несколько наблюдателей. В округе всего чуть больше десяти тысяч избирателей и двадцать избирательных участков, разбросанных по разным населенным пунктам. Сегодня проходят выборы и в органы местного самоуправления, но в соответствии с законом подсчет голосов по ним будет вестись уже после того, как подсчитают голоса по выборам в областное собрание. Мы сидим в одном из классов. Наталья Сергеевна на доске написала фамилии всех кандидатов. И теперь мы ждем звонков от наших наблюдателей. Передо мной — ноутбук с открытой экселевской таблицей. В ней будет проще считать. Но приблизительно прикинуть можно и в уме. Первым отзванивается сам Суровцев — он был на избирательном участке в самом центре Качема. Я почему-то думала, что из-за большого количества избирателей именно на этом участке подсчет особенно затянется. Но нет, они справляются быстрее остальных. Из примерно пятисот проголосовавших чуть меньше половины отдали свои голоса за Наумову, и примерно по двадцать процентов — за Вячеслава Ивановича и Клепикова. Но такой отрыв Наумовой именно на этом участке был вполне ожидаем — как раз тут голосуют почти все работники окружной администрации. Остальные кандидаты в сумме набирают чуть больше десяти процентов. Пока мы ждем других звонков, Суровцев успевает прийти в школу. Он взволнован, но, вроде бы, не сильно расстроен. Звонят из соседнего поселка — там лидирует Клепиков. Но это тоже отнюдь не странно — там находится основная база его предприятия. А вот на остальных участках ситуация так сильно различается, что уже трудно что-либо предугадать. Явка избирателей составила тридцать пять процентов. Три с половиной тысячи человек. И мы судорожно следим за теми цифрами, что пишет на доске Наталья Сергеевна. Лидирует Наумова, после второго звонка к ней вплотную подбирается Клепиков, но он неожиданно быстро вдруг сдает свои позиции, а вот Суровцев, напротив, начинает набирать. Они идут ноздря в ноздрю довольно долго. И когда раздается последний звонок, мы все находимся почти в полуобморочном состоянии. Этот избирательный участок находится где-то совсем на отшибе. И от него я ничего особенного не жду. Там Вячеслава Ивановича наверняка толком не знают. А вот Наумова по долгу службы, уверена, бывает там часто. И потому когда наш наблюдатель кричит в трубку: «Вячеслав Иванович — семьдесят процентов!», я думаю, что ослышалась. Но нет, так оно и есть. Оказывается, Суровцев работал учителем в том поселке, и там как раз его прекрасно помнят. И когда мы подводим итоги, то не верим тому, что у нас получилось. Да, разрыв минимальный, но Суровцев — впереди! Конечно, нужно еще дождаться подписания всех необходимых протоколов и официального объявления результатов, но пусть пока робко, но мы уже поздравляем друг друга. А Вячеслав Иванович позволяет себе всплакнуть. Да у нас у всех на глазах слёзы. Слёзы радости. И мне так хочется этой радостью с кем-то поделиться, что я выбегаю на улицу и набираю номер Тимофея. Только он сможет понять, что я сейчас чувствую. Конечно, сейчас еще ночь, но я уверена, он не рассердится, что я его разбудила. Он долго не отвечает. А когда, наконец, поднимает трубку, я отчего-то слышу совсем не его, а женский голос. — Тимофей Сергеевич? — я теряюсь и называю его по имени-отчеству. — Нет, это городская больница. — Больница? — кричу я. — Почему больница? А где Волошин? — Простите, а вы кем ему приходитесь? — Я? — я напугана до такой степени, что отвечаю автоматом. — Невеста. — Тогда вам лучше приехать сюда. Ваш жених попал в аварию и находится в реанимации.