Глава 43
Глава 43
– Где ты ее выкопала, Зайцева? - по привычке почесал нос Пашка.
Перепутанные дреды торчали в разные стороны, глаза прищурены, пальцы так и бегают по клавиатуре.
Аня ехидно улыбнулась. Пашку ничем не пронять, флегма проклятая, а Даша смогла. Зацепила, значит.
– А что такое? – равнодушно поинтересовалась она. – Забыть не можешь?
– Да такое разве забудешь, - хмыкнул Пашка. – Тебя к мажорам потянуло? Вроде, раньше за тобой не замечал.
– Ой, просто сознайся, что она тебе понравилась и всё, - фыркнула Аня.
– Не мой типаж, - скривился Пашка. – Несколько э-э-э… глуповата.
– Зато красивая.
Аня всё-таки встретилась с Дашей на следующий день после их знакомства. Долго гуляли по центру, а потом случайно встретили Пашку и оказались на концерте в подвале одного из старинных доходных домов.
Появление Даши среди патлатых, затянутых в черную кожу и усеянных пирсингом поклонников местечковой группы, было сродни визиту принцессы в логово разбойников. Яркая, как птичка колибри Даша, непринужденно устроилась на грубо сколоченных скамейках и завертела головкой, рассыпая улыбки и приветствия.
И снова Аня поразилась ее непосредственности и легкости. Завези ее к инопланетянам, она и к ним вольется в компанию. Удивительное качество у человека.
– Красивая же? Запал? – всё не унималась она, подначивая друга.
– Отстань, Зайцева. Лучше посмотри, что я тут нарыл. Тебе будет интересно...
Аня, тут же забыв о Даше и приколах, подсела к Пашке и впилась глазами в экран.
***
Лена еще некоторое время прислушивалась к каждому шороху, но постепенно паника начала спадать. Арестовывать ее никто не приехал, и это дало надежду, что всё еще можно исправить. Выждав полчаса, снова набрала Нину.
– Я всегда знала, что ты благоразумный человек, - весело ответила она. – Но всё же, время не терпит. Ход делу пока не дан, однако советую поторопиться. Вечером заеду за бумагами.
Лена спешно принялась собираться. Сунула в сумку документы на квартиру, долго искала паспорт и, наконец, обнаружила его во внутреннем кармане, за молнией, качнула головой – совсем ничего не соображает. Уже на выходе, остановилась и быстро прошла в спальню. Обернула салфеткой колье и тоже положила в сумку.
– Оно у тебя? – спросила Рада.
Лена кивнула и снова уставилась на нее расширенными глазами.
– Нина блефует. Запугивает. Ни один майор такой мелочью не станет заниматься. И уж тем более не будет звонить с утра пораньше и предупреждать.
– Но… но он звонил…
Рада досадливо поморщилась и отмахнулась. Лена покорно замолчала. Сердце так и выпрыгивало из груди, а голос был сдавленный и жалкий.
– Встреться с мужем и верни ему колье. Можно и выбросить. Но лучше всё же отдать. Заодно и глаза ему откроешь на проделки его пассии. В любом деле нужны вещественные доказательства. Нету тела – нету дела. В твоем случае: нет украденного предмета, нет никаких оснований для обвинения.
– Но она… она грозится рассказать одну неприятную вещь. Про меня. Я не хочу, чтобы об этом узнала моя дочь.
Лена опустила голову, чувствуя, как холодеют щеки. Сейчас она практически слилась с Радой – стала такой же серой и невнятной.
– Что-то серьезное?
Лена отвела глаза и молча пожала плечами.
– Аня не его дочь? Или ты ее удочерила?
– Нет-нет, что ты! – испуганно воскликнула Лена.
– Значит, всё можно объяснить. Расскажи ей сама. Опереди Нину.
Лена посмотрела на Раду, отметила, что щеки у нее порозовели, а глаза как будто бы стали ярче. Совсем немного, но она уже была похожа на ту девушку, что Лена видела на фотографии.
– Я не знаю, как…
– Да, просто. Расскажи и всё. В любом случае, это лучше, чем небылицы, которые наплетет твоя подруга. Да и вряд ли она решится. Будет угрожать, звони сразу мне. Я смогу доходчиво объяснить, что ложное обвинение в краже, подлог, вымогательство – всё это тянет на несколько лет лишения свободы. В эти игры можно играть вдвоем.
И Лена ей поверила. Сразу и безоговорочно. Улыбнулась несмело, коснулась руки:
– Спасибо, Рада…
А она как будто засмущалась, пошла красными пятнами, так что исчезли родинки-запятые, пробурчала, глядя в сторону:
– Да не за что… На самом деле, ты молодец. Правильно, что позвонила ей и усыпила бдительность. Пусть думает, что ты у нотариуса сидишь. Редкая птица твоя Нина. Высоко забралась – больно падать будет.
– Не надо мне от нее ничего, Радочка, - грустно сказала Лена. – Лишь бы не лезла больше. И Берту с Аней не трогала.
***
– Ты больше ничего не могла придумать? – усмехнулся Сергей, глядя на блестящую побрякушку на столе. – Криминальных сериалов перебрала?
Лена внимательно на него посмотрела, подошла к пробковой доске, где обнаружила фотографию Ани. Провела пальцами по глянцевой поверхности, обернулась на мужа и заметила, как он смутился. Дернул губами, откинулся на спинку кресла.
– Скучаешь?
Сергей промолчал, и Лена неожиданно ярко ощутила, что он чувствует. Испугалась. А что если и от нее Аня отдалится? И что же? Придется жить, как Сергей? Смотреть и разговаривать с фотографией?
– Сериалов, похоже, пересмотрела твоя Нина, - спокойно заметила она и, сев на диван, принялась рассказывать обо всем, что происходило в последние сутки.
Слушая ее, Сергей поначалу посмеивался, но чем дольше говорила Лена, тем серьезнее становилось его лицо. Побелевшими пальцами он вцепился в карандаш, раздался сухой треск – карандаш сломался надвое. Отшвырнув огрызки, Сергей шумно выдохнул и потер ладонью лоб.
– Так что думай, с кем ты связался, Сережа… Думай…
Лена встала и вышла из кабинета. Длинная стрелка на часах-талисмане пружинисто перескочила на одно деление вперед.
***
– Ты, наверное, меня презираешь? – тихо спросила Лена.
Прошлое вновь ненадолго вернулось. Тот же тяжелый разговор, только напротив сидит не Сергей, а Аня.
– Нет, мам, ты что? Ты же не могла знать наверняка… Дурацкое стечение обстоятельств. Никому не пожелаешь сыграть в такую рулетку.
Лена почувствовала, как спазмом перехватило горло. Как же она боялась этого разговора, как нервничала и плохо подбирала слова. Как сначала побледнела, а потом с облегчением выдохнула Аня, когда поняла, что речь пойдет об уже ушедшем прошлом, а не о чем-то страшном, что возникло в настоящем.
Аня подошла и обняла за плечи. Лена обхватила обеими руками ее руки и прижала крепче к себе. Не было ни ликования, ни восторга. Только светлая грусть от потери, с которой так и придется прожить до конца.
– Мам, несчастливая эта квартира стала. Давай переедем. Даже если решат ее пополам делить, то начнут приходить покупатели, шум, гам. Бабушке так и так нехорошо будет. Да и я тут не хочу быть. И вас с бабушкой бросать не хочу. Мы нормально устроимся. И бабушка привыкнет. Там же ее дом. А может, это триггером послужит, и ей лучше станет. Уедем, мам. Я прошу тебя… Так всем будет лучше. А когда всё уляжется, найдем тебе хорошее жилье. Тебе ведь и самой тут… сложно. Я же вижу.
Аня отвернулась, на худой шее волнами билась синяя жилка.
Лена молча смотрела на дочь. Права она. Конечно, права. Здесь дышать невозможно. Сколько ни беги от себя, а всё равно каждая мелочь напоминает. Нужно съехать. И как можно скорее.