Глава 40

Данил

– И каково тебе проснуться моей невестой? – целую обнаженное плечо Вики, пока она медленно выходит из сна с улыбкой на губах.

– Я еще и не проснулась вовсе, – хохотнув, она переворачивается так, что теперь лежит спиной ко мне.

Я быстро подползаю к ней и буквально прилипаю, обняв руками, переплетая наши ноги.

– Что это еще за осьминог?

– Не хочу отпускать тебя и вообще вставать.

– Ленивый выходной?

– Ага. Что-то мы очень ленивые с тобой стали в последнее время.

– Ну не всегда же быть лошадьми в загоне. И что же мы скажем пришедшим на обед родителям? Или дочери?

– Она взрослая.

– Сказал он о восьмилетнем ребенке.

– Ты все портишь, я уже настроился, – утыкаюсь в ее затылок, не желая отпускать.

– Давай просто ляжем пораньше сегодня, – тянется руками назад, над головой и запускает пальцы в мои волосы. – Все равно не сразу засыпаем, будет время пообщаться, пообниматься.

– Сразу после ужина?

– О боже, – резко сменяется настроение. – Скорее отпускай, меня мутит…

Я едва успеваю раскрыть объятия, как Вика убегает в ванную и закрывает дверь. Я спешу за ней, но, как и в тот раз, когда увидел этот «забег» остаюсь за дверью, чтобы ее не смущать.

– Милая, это не обязательно. Я могу помочь.

– Обязательно. Не входи, пожалуйста, а лучше иди к Ире, потому…

Услышав ее новый позыв, я морщусь оттого, что не могу ей помочь. Я размышляю еще несколько секунд и ухожу, выполняя ее просьбу.

Завтрак я начинаю готовить сам. Потому что Вику может тошнить на что угодно, и мне не хочется неправильно подобрать ингредиенты.

Дочка просит обычные хлопья с молоком, и я решаю последовать за ней, когда наша беременная выходит на кухню.

– Мама, ты так долго спала?

– Да, я решила немного полежать. Ты ведь не против? – она подходит и целует Иру в макушку под звонкое «Нет». – А что у вас тут вкусного? Я ужасно голодна. Только никакого бекона или копченостей, что-то мне не нравится даже мысль о них.

– Мы едим хлопья с молоком.

– М-м-м, звучит вкусно.

– Они кукурузные, да, папа?

– Ага. Точно будешь?

– Насыпай.

До званого обеда у нас было еще много времени, поэтому мы вышли на задний двор. Пока Ира игралась с соседской девочкой, мы с Викой узнали о собаке, которая ждала встречи с новыми хозяевами, ведь мы заберем ее уже через три дня. Плюс, уточняли количество детей, которые точно придут на празднование в детскую комнату.

– И что у тебя с планами по танцам? Ты ведь не будешь свою румбу с девятимесячным животом танцевать?

– Боже, конечно, нет, – Вика смеется и облокачивается на спинку кресла из ротанга. – Пока что я преподаю, пусть и не буду как прежде активной, но, думаю, там дальше, скажет врач, можно ли продолжать вообще вести занятия.

– Понял. А по поводу свадьбы?

– А что у нас со свадьбой?

– Действительно, а что у нас со свадьбой?

– Вопросом на вопрос?

– Как и ты.

Мы замолкаем, наблюдая за дочерью, и находим ладони друг друга, даже не смотря в ту сторону, где они лежали.

– Ты можешь выбирать любую дату, место, время. Хочу, чтобы этот день для тебя был самым счастливым.

– У меня каждый день такой, – я поворачиваюсь к ней и смотрю в ее красивые глаза.

– Я дам тебе все, что ты захочешь…

– Знаю. Поэтому прошу только тебя и наших детей.

– Вик…

– У меня была пышная свадьба, родной. Я не сравниваю. Я просто размышляю и… – она пожимает плечами. – Пока что я хочу что-то милое и тихое. Возможно, красивое место и близких людей рядом.

– Если у тебя будут какие-то конкретные мысли, то поделись ими, чтобы все обсудить.

– Обещаю.

Доставка из ресторана, так как Вика мучается с токсикозом, напомнила о времени, и пришлось быстро сворачивать наш отдых и идти в дом.

Накрыв на стол, я остался ждать родителей, а Вика с Ирой пошли одеваться.

Правда, сюрприз в итоге не удался.

Как только родные моей будущей жены вошли в дом, Ириска сорвалась к ним с криком: «Бабуля, дедуля, у мамы в животе застрял ребенок, но мы пока не знаем, мальчик это или сестра».

Так долго я еще ни разу не смеялся, впрочем, остальные тоже.

Мы пригласили и наш ближний круг. В итоге огромного стола даже немного не хватало на всех.

Получилась отличная компания. Шумно, весело и, главное, с добром провели пару часов, прежде чем все разъехались по домам.

– Я так тебя люблю, – обхватывает со спины Вика и прижимается.

– Ого, и чем же я заслужил такие признания, моя любимая невеста?

– Тем, что ты лучше всех.

– Я бы предположил, что ты выпила слишком много вина, опьянела и нарываешься на какой-нибудь приятный разврат, если бы не знал, что ты его не пила вовсе, уже несколько месяцев. Выходит, правду говоришь?

– А ты, я смотрю, сегодня в настроении пошутить? – чувствую укус на своем плече.

– Нет, поддразнить тебя.

Встаю боком и целую ее в губы.

– Минутку, мне писала Лада, а я не прочла, пока прощалась со всеми. Сейчас продолжим этот интересный разговор.

– О, так вот в чем дело? Оставила на меня посуду? Теперь я понял твои намерения.

– Ты меня раскусил, – кричит в ответ уже откуда-то из гостиной, а я усмехаюсь.

Ира убежала в свою комнату играть в новую куклу, которую ей подарили бабушки и дедушка, обоюдно сложив бюджет.

Еще бы. Ей ну очень нравятся куклы, которые стоят по пять тысяч. Порой и по семь. Но это лучше, чем когда она выпрашивала планшет на день рождения или телефон. Это те подарки, которые я не готов ей дарить. Во всяком случае, пока что. Хотя новомодные часы с отслеживанием ее местоположения у дочери имеются.

– Дань, – зовет Вика и слышу как идет ко мне, поэтому не приходится вытирать руки и идти к ней.

– В чем дело?

– Лада сломала ногу и просит провести ее занятие сегодня.

– Черт. Она в порядке?

– Как сказать, она сломала ногу.

– Я слышал. Но бывает, ногу ломают так, что потом полгода на костылях.

– О нет, у нее обычный перелом.

– И ты поедешь?

– Конечно. Девочки там взрослые, и это скорее репетиция. У них концерт скоро.

– Я понял: отменяются развратные разговоры и поцелуи на диване.

– И это тоже, но не только.

– А что еще?

– Отвезешь меня?

– Конечно. Дай мне пару минут, я закончу, и поедем. Скажи Ире, чтобы собиралась, мы побудем там с тобой.

– Спасибо, – я ловлю благодарный поцелуй и снова поворачиваюсь к раковине, не понимая, почему не положил тарелки в посудомойку.

Мы подъезжаем к школе танцев. Я останавливаюсь у входа и когда девочки выходят из машины, проезжаю дальше, чтобы припарковаться.

Но, подходя к дверям, замечаю уже знакомую мне фигуру, которая высматривает… меня? Или Вику?

– Яна? – окликаю ее, и она испугавшись, дергается в сторону, но останавливается, разворачиваясь ко мне лицом.

– Ты зачем тут?

– Я… Я… поговорить хотела.

– Давай поговорим, – киваю в сторону лавочек и длинной аллеи деревьев, куда она уходила в прошлый раз.