Глава 14 · Где я начинаю поиски

Мужчина отложил в сторону книгу и пошел нам навстречу. Взгляд его скользнул по моему лицу, фигуре. В глубине глаз появилось неподдельное удивление.

— Вы мадам де Гроот?

— Да. Вас что-то смущает?

— Нет-нет, просто не ожидал, что вы столь…

— Молода? — подсказала я.

— Очаровательны, — вывернулся дракон и расплылся в улыбке. — Я думал ко мне приедет пожилая, эээээ, леди. А тут натуральный ангел.

Я громко фыркнула, понимая, что вместо «леди» имелось ввиду другое слово.

Хозяин дома подошел совсем близко, взял мою ручку и вдумчиво поцеловал. Было видно, что от происходящего он получает огромное удовольствие.

— Мне невероятно повезло лицезреть столь совершенное создание.

Найджел громко кашлянул и призвал дракона к порядку.

— Постарайтесь ближе к делу, месье Ореньон.

Мужчина нехотя выпустил мою ладонь. На лице его не было ни тени раскаяния — один горячий интерес.

— А вы?.. — вопросительно вздернул он бровь, обернувшись к Найджелу.

— Месье Шенк — мой помощник, — поспешила я представить спутника.

— Он будет присутствовать в процессе поисков?

— Всенепременно, — твердо ответил Найджел. — Мадам Элизабет — хрупкая женщина. Я помогаю и обеспечиваю охрану. Не обессудьте.

— Да, конечно. Я бесконечно благодарен, что мадам де Гроот нашла время помочь мне в столь щекотливом деле.

— Не стоит благодарностей, месье Ореньон, — я слегка кивнула, стараясь сохранить деловой тон. — Мы еще ничего не сделали, не помогли вам.

— На вас вся надежда, мадам, — дракон вернулся к камину, нахмурил брови, побарабанил пальцами по мрамору. — Мы пытались провести поиски своими силами, но они не увенчались успехом. А времени остается все меньше.

— А стражи правопорядка? — быстро уточнил Найджел.

Месье Ореньон неожиданно смутился.

— Не желательно впутывать их в это дело. Честь семьи не должна пострадать. Но если вы не сможете помочь, придется прибегнуть к их помощи. Хотя я почти уверен, что мадам де Гроот совершит чудо.

Меня вновь одарили чарующей улыбкой. А я ощутила, как меж лопаток побежали мурашки, и поразилась, насколько острой была моя реакция на этого дракона.

Найджел слегка остудил излишний пыл:

— Вряд ли можно назвать труд мадам Элизабет чудом, месье Ореньон. Ее дар требует много сил. Поэтому, если вы не против, мы бы не стали терять времени.

— Разумеется, разумеется, — месье Ореньон подал мне руку, подвел к уютному мягкому креслу и усадил. Сам занял место напротив. Найджелу указал на последнее свободнее кресло. Взгляд его утратил игривость и стал серьезным. — Что вам нужно, чтобы приступить к поиску? Я готов ответить на любые вопросы.

Я открыла несессер, достала малый хрустальный шар, свечи, спички и разместила инвентарь на низком столике между нами.

— Расскажите мне о пропавшей вещи. Во всех деталях. Что это, как выглядело, какова ее история и, самое главное, когда и при каких обстоятельствах вы обнаружили пропажу?

Луи Ореньон глубоко вздохнул, пальцы его нервно переплелись.

— Речь идет о фамильной реликвии моего рода. Драконьем амулете. — Он помолчал, собираясь с мыслями. — Это крупная подвеска из черненого серебра, в виде фигуры летящего солнечного дракона с алой эмалью и ограненным огненным опалом. Это… это не просто украшение. Амулет вот уже несколько столетий используется в древнем ритуале инициации молодых драконов нашего рода. Без него обряд невозможен.

— И этот ритуал в ближайшее время предстоит кому-то из членов вашей семьи? — уточнила я.

— Да, — лицо месье Ореньона помрачнело. — Через неделю. Инициацию должен пройти мой племянник, последний отпрыск прямой ветви. Если амулет не найдется… это будет катастрофа. Ритуал нельзя откладывать, возраст у мальчика критический. Если не провести обряд, он может лишиться драконьего облика.

Я кивнула, стараясь вникнуть в суть. Драконьи дела всегда были окружены ореолом тайны. Даже я, будучи три года замужем за драконом, знала не так уж много. Виктор не спешил делиться семейными секретами.

— Когда вы последний раз видели амулет? — спросила я.

— Не могу сказать точно, — признался месье Ореньон. — Около десяти лет назад его использовали при инициации моего кузена. После ритуала подвеска, как полагается, вернулась в ларец, где и хранилась все это время. Ларец всегда стоял на одном месте.

— И вы никогда не открывали его, чтобы убедиться в сохранности артефакта?

— Открывал, — пожал он плечами. — Но сказать наверняка, когда это было в последний раз, не могу. Кажется, в начале осени я его видел.

— А когда обнаружили пропажу? — перебил Найджел.

— Пять дней назад, когда было принято решение о церемонии…

— Амулет украли вместе со шкатулкой? — уточнила я.

— Нет. Шкатулка осталась на месте. Пустая. При этом я точно знаю, что и сам амулет где-то в доме. Если бы он покинул пределы имения, мне было бы доподлинно это известно.

Последнее заявление, мягко сказать, удивило.

— Вы так уверены, что амулет не мог покинуть дом без вашего ведома? — вновь вклинился Найджел, его голос звучал скептически.

— Абсолютно уверен, — месье Ореньон кивнул, подтверждая слова. — На артефакт наложено заклятие. Если кто-то попытается вынести его за пределы дома без разрешения главы семьи, магия рода вернет амулет в шкатулку. Но даже с моего разрешения он не может находиться вне этих стен более трех дней.

Найджел хмыкнул, явно не веря во всемогущество магии. Я поспешно вмешалась, пока мужчины не затеяли спор.

— Что же, временной промежуток пропажи приблизительно известен. Я готова приступить к поиску. Но сначала покажите мне ларец, где хранился амулет.

Вместилище семейной реликвии никто и не думал прятать. Красивый серебряный ларчик, инкрустированный пластинами перламутра и крупным жемчугом, стоял на самом видном месте — в гостиной возле камина.

Едва мы вошли в комнату, Людовик Ореньон тут же указал на нее:

— Пожалуйста. Смело можете смотреть, трогать и вообще делать с ней все, что пожелаете.

Я воспользовалась предложением. Приблизилась к шкатулке вплотную, откинула крышку, поразившись, что нет никакого запора. Остановила движением ладони шагнувшего следом месье Ореньона.

— Не мешайте ей, Людовик, — шикнул шепотом Найджел. — Если что-то будет нужно, Элизабет спросит.

Я мысленно послала хвалу незабвенной тетушке. Этот дракон стал для меня даром небес, платой за все прошлые и будущие неприятности. Что бы я без него делала?

В шкатулке было ожидаемо пусто. Да я и не надеялась там ничего отыскать.На миг прикрыла гласа, стараясь отрешиться от внешних звуков, глубоко вдохнула. Положила левую ладонь на черный бархат внутренней обивки, правую опустила на шар.

Задала четкий вопрос: «Кто последним забрал из ларца амулет?»

Марево в шаре взвилось моментально, закружилось смерчем и растерянно осело, оставив меня без ответа.

Хм, странно. Магия точно сработала. Почему же тогда не появилась картинка?

Я попыталась переиначить вопрос, ожидая увидеть месье Ориньона: «Кто последним открывал шкатулку?»

И получила ровно тот же результат.

— Не выходит? — осторожно поинтересовался Найджел.

Я дернула плечом, наморщила лоб, пытаясь найти другое решение. Окликнула:

— Месье Ореньон, можно вашу ладонь?

Мужчина расцвел:

— Вам можно все. И руку, и сердце…

Меня его слова неожиданно вогнали в краску. Захотелось съязвить в ответ:

— Так много я у вас не прошу. Только руку. Хочу проверить одну догадку.

Людовик в два шага преодолел расстояние и протянул мне ладонь.

— Пожалуйста.

Я крепко сжала мужские пальцы.

«Покажи, как месье Ореньон открывает шкатулку».

На этот раз не было даже тумана. Шар под моими пальцами оставался холодным и непрозрачным. Ни малейшей ряби, ни проблеска. Я попыталась мысленно достучаться до него, но ощутила лишь пустоту, будто уперлась в глухую магическую стену.

Раздосадованная, я открыла глаза и убрала руки.

— Ничего. Абсолютно ничего. Не понимаю…

— И что это значит? — с любопытством спросил Людовик.

— Возможно, стоит посмотреть будущее месье Ореньона? — предложил Найджел. — Увидеть, найдет ли он амулет?

— Попробую. Только спрошу иначе.

Я вернула ладонь на шар, крепче сжала мужскую руку. Задала другой вопрос. Вслух.

— Что будет, если Людовик Ореньон не найдет реликвию рода — драконий амулет?

Результат был тем же. Хрусталь остался безжизненным. Я отодвинула шар с раздражением.

— И так тоже не работает. — Я посмотрела на хозяина дома. — Такое возможно в двух случаях. Во-первых, если мы с вами находимся в близком кровном родстве.

— Это точно нет, — качнул головой мужчина. — Я бы знал.

— Я тоже, — согласилась я.

— А второе? — поинтересовался Найджел.

В моей памяти тут же всплыла строчка из тетушкиного гримуара: «Вмешательство третьей силы, накладывающей запрет на прорицание». Старинные аристократические семьи часто имели подобную защиту, наложенную могущественными предками.

— Если сам месье Людовик или весь его род, что в данном случае куда вероятнее, защищен магическим щитом. Тогда ни будущее, ни прошлое членов рода я увидеть не смогу.

Месье Ореньон виновато улыбнулся.

— Точно. Было такое. Правда давно, больше трех столетий назад. Один из моих предков озаботился. Я не думал, что защита до сих пор служит.

— И что теперь делать? — Найджел не собирался сожалеть о том, что невозможно изменить.

Что ж. Оставался последний, пусть долгий и муторный, зато простой и надежный способ. Я достала из несессера толстую шелковую нить и сняла с пальца обручальное кольцо.

— Будем искать с помощью магического маятника.

— А это сработает, если род защищен? — мрачно поинтересовался Найджел.

— Кольцо мое, — пояснила я, подвешивая украшение на нитку. — Подчиняется мне. И искать я буду не самого месье Ореньона и не его род, а предмет. Должно сработать.

Я встала, позволив кольцу свободно повиснуть в воздухе. Закрыв глаза, я настроилась на пропавшую реликвию. Задала первый вопрос:

— Покажи, как будет «да».

Мужчины с горячим интересом уставились на магический маятник.

Моя рука была неподвижна. Зато кольцо, подчиняясь древней магии, пришло в движение и описало маленький, не больше среднего яблока, круг.

Я довольно кивнула и вновь спросила:

— Как будет «нет»?

Кольцо сменило траекторию, послушно качнулось маятником.

Найджел восхищенно хмыкнул. Людовик выразил свой восторг вслух:

— Потрясающе!

Я довольно улыбнулась:

— Продолжим, господа?

Поймала на себе два горящих взгляда и опять обратилась к маятнику:

— Амулет находится в доме?

Кольцо пошло по кругу, подтверждая слова месье Ореньона.

— Я же говорил! — тут же выкрикнул тот. — Видите?

Найджел положил ему ладонь на плечо, что-то зашептал успокаивая. Вопли восторга стихли.

Я продолжила, вспоминая, как учила меня тетушка:

— На первом этаже дома?

И получила в ответ «Нет».

Тот же самый ответ отмел последовательно второй этаж, третий, чердак, подземелье, оба флигеля, конюшню, гараж, повергнув меня в замешательство.

— Что еще есть в доме? — поинтересовалась я у притихших драконов.

Они задумчиво переглянулись.

— Дом старый, — первым заговорил Найджел. — Могут быть потайные ходы.

Месье Ориньон тут же оживился:

— Могут. Но, боюсь, я их не все знаю. План дома сгорел еще сто лет назад при пожаре. Полностью его восстановить не удалось.

— Сейчас и выясним.

Я снова обратилась к кольцу, аккуратно формулируя вопрос:

— Амулет попал в потайной ход?

Маятник принялся послушно наворачивать круги.

— Вот это я понимаю — полезная магия! — Месье Ориньон аж руки потер, предвкушая открывшиеся перспективы. — А его так о чем угодно можно спрашивать?

Я остудила пыл:

— Увы, нет. Маятник годится лишь для поиска. На другие вопросы он не отвечает.

— Жаль. А то бы я поспрашивал…

— Стоп! — опять вмешался Найджел. — Сейчас мы ищем амулет. Называйте все ходы, какие знаете.

— В библиотеке, в бильярдной и в левом флигеле. Все. Точнее, понимаю, что это не все, но другие мне неизвестны.

Ну, конечно, мне опять не повезло. Ни один из известных ходов маятнику категорически не понравился.

От этого известия все пригорюнились. Мужчины принялись называть все подряд от древних казематов до большой печной трубы. Я послушно задавала вопросы колечку. Оно, столь же послушно, отвечало неизменно «Нет».

Когда фантазия иссякла, меня вдруг осенило.

— Месье Ореньон, а у вас есть какие-нибудь пристройки: терраса, веранда или зимний сад?

— Есть, точно есть! С задней стороны дома большая утепленная веранда.

Я почти без надежды посмотрела на кольцо.

— На веранде?

Маятник на миг замер и описал большой, уверенный круг.

Луи Ореньон шумно с облегчением выдохнул.

Не сказать, что бы веранда меня поразила. В доме Виктора была похожая. Только там никому не пришло в голову повесить огромный парадный портрет одного из драконьих предков.

Здесь же портрет был. Строгое величественное лицо седовласого мужчины взирало на вошедших с немым укором.

Я мысленно усмехнулась, медленно повернулась вокруг своей оси, пытаясь понять, где тут может быть спрятан потайной ход. Правда, ничего умного придумать не смогла. Поэтому застыла в исходной позиции — спиной к двери, ведущей в парк.

Подняла маятник и принялась перечислять стороны, пытаясь выяснить направление поиска.

Кольцо честно отвергло три стороны, зато отреагировало круговым движением на правую стену.

Колебания маятника почти сразу затихли. А я повернулась направо и оказалась лицом к лицу с портретом.

— Здесь, — уверенно сказала я, указывая на стену.

Подошла к стене, проводя ладонью по резным деревянным панелям.

Луи Ореньон замер, его лицо вытянулось.

— Здесь? — он произнес это так, словно о чем-то догадался. — Как я сразу-то не понял? Мой дед частенько говаривал, что этот его портрет открывает путь в преисподнюю. Все списывали это на старческие чудачества или болезнь головы. А дед-то не шутил!