Глава 17 · Где все переворачивается с ног на голову

Следующие дни промелькнули почти незаметно. Утекли, как сквозь пальцы вода.

Я потихоньку обживалась в новом доме, который все больше начинал ощущаться не просто временным убежищем, а настоящим пристанищем. Любимым и родным.

Себастьян был со мной согласен. Он окончательно освоился, облюбовал не только корзинку у камина, но и рабочий стол в салоне. Приходил каждый раз со звонким мурчанием, с важным видом наблюдая за клиентами.

Кому-то позволял себя гладить, а кому-то просто пел песни с безопасного расстояния.

Слухи о новом магическом салоне потихоньку завоевывали город. От клиентов не было отбоя. Разговоры о «провидице мадам де Гроот» не стихали, основательно подогретые историей с находкой амулета Ореньонов. Благодарный Луи отзывался о моих способностях в самых восторженных тонах.

С чем только ко мне не обращались: найти потерянную брошь, успокоить тревогу о загулявшем сыне, разыскать кота, подсказать, стоит ли вкладывать деньги в новое предприятие.

Я помогала, как могла. Проверяла гувернеров, женихов, невест, нянь. Помогала выбрать врача. Искала, мирила, опровергала клевету. Да чего я только не делала!

Каждый удачный сеанс приносил не только деньги, но и странное чувство удовлетворения. Впервые в жизни я действительно была нужна. Что-то значила сама по себе, без громкой фамилии, титула и положения в обществе.

Мысли о Викторе приходили все реже и уже не вызывали той острой боли. Постепенно они перерождались в недоумение и досаду.

А вот образ дракона из Замка Одиноких Душ, напротив, становился только навязчивее. По вечерам, оставшись одна, я подолгу вертела в пальцах ту самую булавку, безуспешно пыталась снова вызвать в шаре лицо незнакомца и с досадой откладывала артефакт в сторону. Магия была непреклонна и тайну открывать не желала.

Как-то утром, попивая в столовой кофе, я получила магический вестник. Конверт был казенного вида, с гербовой печатью. Сердце тревожно екнуло. Я вскрыла письмо и пробежалась глазами по официальным строчкам.

«Мадам Элизабет де Гроот, извещаем вас, что следующее слушание по делу о расторжении брачного союза с герцогом Виктором де Гроот назначено на 25 число месяца Луны, на 10 часов утра. Явка обязательна».

Через месяц. У меня есть целый месяц, чтобы подготовиться морально к этой унизительной экзекуции. И, что важнее, найти адвоката, который не позволит Виктору выставить меня единственной виновницей развала семьи.

Я отложила письмо и вздохнула.

— Найджел, — окликнула я телохранителя, который в это время сверял какие-то списки с мадам Финч. — Напомни мне, пожалуйста, за два дня до 25-го, что у меня бракоразводный процесс.

— Непременно, Элизабет. Что-то еще?

— Еще? — а что, это идея. — Мне нужно срочно найти поверенного. У тебя случайно нет никого на примете?

— Случайно есть, — Найджел широко улыбнулся. — Можешь не беспокоиться, Элизабет. Я уже взял на себя смелость навести справки. У меня есть на примете пара кандидатур. Как определюсь точнее, представлю их тебе.

— Спасибо, — я искренне улыбнулась. — Не знаю, что бы я без вас с Доротеей делала.

— Ломала голову над хозяйственными проблемами и скучала в одиночестве, — парировал он с легкой усмешкой.

В этот момент в доме прозвенел звонок. Найджел, как всегда, первым двинулся к двери, на ходу поправляя пиджак.

— К нам сегодня утром кто-то записан? — бросил он мне через плечо.

— Нет, точно нет. Будут двое после обеда.

Он кивнул и распахнул дверь. Я осталась на кухне, но до меня донеслись обрывки разговора. Голос Найджела прозвучал удивленно, даже слегка настороженно.

— Мадемуазель Акстер? Венди, откуда вы здесь? Что-то случилось?

После паузы женский голос, молодой и немного взволнованный, ответил:

— Месье Шенк! Какая неожиданная встреча. Я… Нет, ничего не случилось. Мне нужно увидеть мадам де Гроот. Это по поводу… закрытия заказа.

— Мадам де Гроот? — Найджел явно не понимал, о чем речь. — На прием необходимо записываться заранее. Но если у вас срочное дело, я могу…

Любопытство заставило меня отодвинуть чашку и подняться. Я подошла к двери в прихожую и выглянула из-за косяка. Там, одетая в элегантное пальто и модную шляпку, стояла удивительно знакомая девица. Та самая, что две недели назад валялась в моей постели с моим мужем. Полураздетая, с томным стоном выдыхающая его имя.

Пусть сейчас она выглядела совершенно иначе, но ее лицо, ее фигуру я бы узнала из тысячи. Венди Акстер, значит.

От злости, от возмущения у меня перехватило дыхание. Я не смогла выдавить из себя ни звука.

Зато любовница Виктора, увидев меня, ничуть не смутилась и не испугалась. Напротив, лицо ее озарилось радостной, почти дружеской улыбкой.

— О, мадам де Гроот! Как я рада вас видеть. Наконец-то! — воскликнула она. — Я так надеялась вас застать. Возможно, вы меня не помните. Я Венди Акстер. Мы… э-э-э… уже виделись. Мельком. Две недели назад.

Я стояла как вкопанная, не в силах вымолвить ни слова. Мозг отказывался складывать картинку воедино. Она здесь. У меня в доме. И ведет себя так, будто мы старые приятельницы. Это же надо, какая наглость! Да как только совести хватает?

— Я… не понимаю, что вам здесь нужно? — наконец выдавила я.

— Ну как же, — она смущенно переступила с ноги на ногу, — я по поводу вашего заказа. Хотела уточнить, можно ли его считать успешно выполненным? Можно закрыть? Или нужны какие-то дополнительные, э-э-э, доработки? Вас все устроило?

Увидев мое пораженное лицо, она смутилась еще сильнее и поспешила пояснить:

— С меня руководство требует отчет.

Я уставилась на девицу, чувствуя, что постепенно схожу с ума.

— Какой заказ? — прозвучал спокойный, властный голос Найджела. Он встал между нами, лицо его стало жестким. — Венди, я настоятельно рекомендую вам объясниться. Что вам здесь нужно?

Девушка растерялась еще сильнее, ее взгляд метнулся от Найджела ко мне и обратно.

— Ну… заказ на герцога де Гроот. Соблазнение без интимной близости, провокация сцены ревности… Все было выполнено в точности по инструкции. Я получила аванс, но хотела убедиться, что вы полностью довольны и претензий нет. Чтобы в бюро могли закрыть заказ и выплатить мне гонорар полностью.

Внутри у меня все оборвалось. Бюро? Заказ? Соблазнение? Гонорар?

— Элизабет? — тон Найджела резанул слух.

Стало ужасно неуютно. Словно я совершила преступление, но не догадываюсь, какое.

— Я ничего не понимаю. Я ничего не заказывала, — прошептала я, чувствуя, как холодеют пальцы.

— Как не заказывали? — Венди нахмурилась, явно озадаченная. Она порылась в своей сумочке и достала сложенный листок. — Вот же, инструкция. Заказ поступил в бюро через магический вестник от имени мадам де Гроот. Там было написано, что вы давно состоите в связи с другим мужчиной, а муж отказывается давать развод. Поэтому нужен железный повод для суда.

Найджел шагнул вперед, его движения были обманчиво плавными. Так мог скользить хищник, почуявший жертву.

— Венди, Элизабет, — произнес он тихо, но так, что по коже побежали мурашки. — Я предлагаю нам всем пройти в гостиную и во всем спокойно разобраться. Полагаю, здесь имеет место быть серьезное… недоразумение.

Он жестом пригласил нас внутрь. Венди, немного оробев, кивнула и прошла вперед. Я машинально последовала за ними, взывая к высшим силам, чтобы все это оказалось ошибкой.

Мы устроились в гостиной. Мадам Финч без напоминаний и лишних просьб быстро соорудила блюдо с закусками, поставила кофейник и чашки.

Я сидела в кресле, нервно сжимая подлокотники, Найджел по правую сторону от меня, невозмутимый, как скала. Венди, нервно теребя край кружевного манжета, устроилась на краешке дивана слева.

— Расскажите все с самого начала, Венди, — приказал Найджел. — Подробно. Кто, куда и когда обратился? Что было в письме?

— Хорошо, месье Шенк. — Венди глубоко вздохнула. — В наше бюро — вы же знаете, месье Шенк, я там выполняю разовые работы, — пришел магический вестник. В конверте были деньги, небольшой флакон с… э-э-э… драконьими духами особого свойства. Возбуждающими и лишающими воли. А так же записка и инструкция.

— Какая записка? Какая инструкция? — спросила я, и голос мой прозвучал хрипло.

— Погоди, Элизабет. Давай сначала выслушаем мадемуазель Акстер. Продолжайте, Венди.

Девушка с готовностью кивнула.

— Там было написано, что я должна прийти к особняку герцога де Гроот строго в конкрентый день и конкретной время. Да вот, можете глянуть сами.

На стол лег слегка помятый лист бумаги. Венди продолжила:

— Позвонить, пригласить герцога, сказать что у меня есть сообщение по службе, связанное с делом месье Арчера. Когда герцог выйдет, распылить ему в лицо жидкость из флакона. Дальше проследить, чтобы герцог оказался в спальне, и… соблазнить его. Точнее, почти соблазнить. Надо было сделать вид, что мы с ним… Ну, вы понимаете.

Я понимала. А еще чувствовала себя полной дурой.

Найджел с тревогой оглядел мое лицо и подсунул чашку с кофе.

— Выпей, Лиззи. Тебе сейчас полезно.

Я послушно сделала глоток.

— Мне нужно было продержать вашего мужа в постели, пока не вернется жена, то есть вы. Надо было чтобы вы все застали. Подчеркивалось, что до интимной близости дело доводить не нужно, только создать видимость.

Я слушала, и мир вокруг меня медленно, но верно переворачивался с ног на голову. Так вот оно что. Вот откуда эта идеально подстроенная сцена. Вот почему Виктор был так уверен в своей правоте. Все действительно оказалось не так, как я подумала.

Только это не объясняло его дальнейшего поведения. Он даже не попытался объясниться, когда я вернулась. Не захотел выслушать меня. Почему?

— Записка, — выдохнула я. — Что в ней было написано? Дословно.

Венди снова заглянула в свою сумочку, достала листок, зачитала вслух, понимая, что я сейчас вникнуть в текст не способна:

— Уважаемые господа, прошу оказать мне услугу. Мой муж, герцог Виктор де Гроот, отказывается давать развод, хотя наши чувства давно умерли, и у меня есть другой мужчина. Мне нужен неоспоримый повод для суда. Прошу, чтобы ваша сотрудница в указанный день и время…' и так далее, — она протянула мне листок.

Я взяла его дрожащими пальцами. Почерк был незнакомым, убористым, острым, рваным, явно не моим. Но вверху стояло уверенное: «От мадам Элизабет де Гроот».

— И вы… вы все это проделали? — спросила я, с трудом поднимая на нее глаза.

— Да, — кивнула Венди. — Все было сделано в точности. Герцог… среагировал на духи, как и предполагалось. А когда вы вошли в дом, я, как и договаривались, сделала вид, что мы… ну, вы понимаете. Но потом… — она помрачнела. — Потом все пошло не по плану.

— Когда вы убежали, герцог очень быстро пришел в себя. Он был в ярости. Схватил и меня и не выпускал. Он использовал какой-то артефакт, заставивший говорить правду. И я… я ему все рассказала. Про заказ, про зелье, про… вас.

Последние слова она произнесла почти шепотом, испуганно втянув голову в плечи.

— Про меня? — переспросила я, и внутри все сжалось в ледяной комок.

— Ну да… что заказ был от мадам де Гроот. Он сначала не поверил, думал, я выгораживаю себя. Но артефакт показал, что я не вру. Тогда он стал еще злее. Мне еле удалось сбежать. И не хотелось бы попадаться ему на глаза второй раз. Не хотелось бы возвращаться…

Я с трудом пропихнула в себя глоток воздуха. Даже попыталась улыбнуться.

— Не надо никуда возвращаться, Венди. Все вышло, как требовалось в инструкции.

Я откинулась на спинку кресла, закрыв лицо ладонями. Боже правый. Вот оно. Вот разгадка всего этого кошмара. Виктор не просто не изменял мне. Его подставили. Его облили каким-то зельем и вынудили захотеть другую женщину.

Так что не стоит удивляться тому, что он, узнав «правду», был абсолютно уверен — всё это подстроила я. Подстроила, чтобы получить развод и уйти к другому мужчине. К Найджелу. Да, к кому угодно.

Все его последующие действия — вышвыривание из дома, обвинения, презрение, ревность, обида — теперь обретали чудовищную в своей ясности логику. В его глазах я была отнюдь не жертвой, а коварной интриганкой, которая ради своей цели готова опозорить верного и любящего мужа, осквернить дом, семью и брачную постель.

— А конверт и флакон? — снова заговорил Найджел, его голос вытянул меня из пучин душевной боли. — Они сохранились?

— Конверт — да, — кивнула Венди. — А флакон… я его выбросила. Он пустой был. Зачем хранить? Деньги, естественно, остались в бюро.

— Отлично, — Найджел подошел ко мне и опустил руку на плечо. Его прикосновение было горячим и ободряющим. — Элизабет, это меняет все. Теперь понятно, почему твой муж так странно себя вел.

Я невольно всхлипнула, смахнула с щеки предательскую слезу.

— Не плачь, девочка. Не плачь. Я все улажу. У нас есть доказательства, — он указал ладонью на бумаги, — что тебя подставили. Кто-то очень хотел поссорить вас с мужем, причем так, чтобы ты выглядела исчадием ада, а он считал себя невинной жертвой.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и вновь посмотрела на него. В голове медленно начинала складываться новая, реальная, пусть и пугающая картина. Жаль, осознание происходящего не приносило облегчения.

— Но кто? — прошептала я. — И зачем? Кому была нужна столь сложная, грязная интрига? Неужели нельзя было иначе разрушить наш брак? Не поверю, что не нашлось другого способа развести нас с Виктором. И… — я запнулась, — получается, эта особа, кто бы она ни была, просто хотела выставить меня падшей женщиной в глазах мужа, в глазах всего света? Так? Опорочить мое имя… За что⁈

Найджел смотрел на меня с серьезным, сосредоточенным выражением лица.

— Не знаю, Элизабет. Но теперь у нас есть зацепка. Настоящая. И мы обязаны выяснить, кто желает тебе зла. Ради твоего честного имени. И, как ни странно, ради имени Виктора. Потому что сейчас он — просто слепая игрушка в руках того, кто все это придумал.

Я смотрела на испуганное лицо Венди Акстер, на решительное лицо Найджела и осознавала — тот ужасный день, с которого начался крах моей старой жизни, был лишь первой сценой в чужой, безжалостной пьесе. Сейчас занавес поднимался для второго акта.

Тишина в гостиной воистину оглушала. Воздух стал густым и тяжелым, словно наполненным прахом от только что разрушенного мира.

Я сидела, не в силах пошевелиться, и тупо перечитывала листок, лежащий на столе. Раз за разом. Красивые ровные строчки отравленными иглами впивались в мое сознание.

«Мой муж… отказывается давать развод… у меня есть другой мужчина…»

Кто? Кто мог так ненавидеть меня? Или ненавидеть Виктора? Или нас обоих? Чтобы так хладнокровно, с такой изощренной жестокостью разрушить все, что у нас было?

— Элизабет, — тихо позвал Найджел. Он стоял рядом, его обычно ироничное лицо было расстроенным. — Ты в порядке?

— Нет, — честно выдохнула я. Голос мой прозвучал глухо и отчужденно, будто принадлежал не мне. — Я… я не понимаю. Это кошмар. Хуже, чем если бы он и впрямь изменил. Потому что это… это грязно. Подло. И я теперь не знаю, от кого ждать удара.

Во мне все кипело. Душа горела от стыда за то, что так легко поверила в измену. Мозг переполняла злость на неведомого врага. А леденящий страх сковал горло, мешая дышать. Где-то кто-то в тени, дергал за ниточки, играя нашими жизнями, как марионетками. Сидел, как большой паук и плел сети.

— Элизабет! Хватит! Возьми себя в руки!

Да. Да! Взять себя в руки. Я вскочила с места, взгляд заметался по комнате. Мне нужно срочно действовать. Нужно что-то делать, чтобы не сойти с ума.

— Шар, — вдруг вырвалось у меня. — Может быть, шар…

Я подскочила с кресла, едва не опрокинув чашку, ринулась к волшебному хрусталю. Найджел без лишних слов последовал за мной.

В уютной полутьме комнаты хрустальная сфера на своем бронзовом основании выглядела холодной и безразличной. Я с силой тряхнула головой, отгоняя слабость. Припала ладонями к холодной поверхности, как к последнему шансу. Зажмурилась, сосредоточилась, впустила в душу целебное спокойствие.

— Покажи, — прошептала я, вкладывая в слова всю данную мне с рождения магическую силу, — покажи мне, кто это сделал! Кто написал это письмо? Кто все подстроил?

Зажмурилась, концентрируясь, призывая свой дар, свою магию. Я требовала ответа. Знала, что имею на него право.