14

Илона, словно пчела, носится между курсами английского, сбором вещей и поиском новых знакомств в Лондоне.

Я же погружена в финансовые вопросы — оформление документов, перевод денег, открытие счетов. Процесс, честно говоря, утомительный, но необходимый. Мы выбрали квартиру — уютную, светлую студию в районе Кенсингтона, недалеко от парка.

Довольно дорогая, но в пределах моего бюджета. В ней уже есть все необходимое, так что глобальных покупок не потребуется, лишь небольшие штрихи для уюта.

Илона, увидев фотографии, пришла в неописуемый восторг. Она уже мысленно переставила мебель и даже придумала, где будет стоять ее коллекция засушенных бабочек.

Ну да… Сушеные бабочки… Не спрашивайте…

Все эти организационные моменты, несмотря на свою рутинность, приносят мне странное успокоение. Эта занятость, эта постепенная организация новой жизни отвлекают от мучительных воспоминаний. Я стараюсь не думать о болезненном.

Сейчас важно только будущее, новая глава в моей жизни. Переезд близок. Билеты куплены. Уже завтра мы уезжаем.

Воздух наполнен предвкушением чего-то нового, неизвестного, но приятного. И я впервые за долгое время чувствую настоящую надежду. Надежда смешивается с легким трепетом и волнением. Что же ждёт нас в Лондоне? Этот вопрос висит в воздухе, напоминая о том, что путь только начинается.

*****

Утро встречает нас солнечным светом, пробивающимся сквозь щели в шторах. Последний день в Москве. Чувство странное — легкость, смешанная с тоской. Легкость от предвкушения новой жизни, а тоска по чему-то, что, быть может, даже не стоило беречь.

Илона уже бодрствует: волосы собраны в конский хвост, на лице боевая раскраска — тушь, легкий румянец. Она бегает по квартире, проверяя, все ли упаковано. Я спокойно пью порцию таблеток, наблюдая за этим вихрем энергии.

— Мира, ты уверена, что ничего не забыла? — спрашивает она, появляясь в дверях с огромной коробкой, заклеенной скотчем.

— Думаю, нет, — отвечаю, показывая ей список необходимых вещей. — Все проверено трижды.

— Хорошо, — вздыхает Илона, опускаясь на стул. — Все равно нервничаю. Как будто в первый класс иду.

— А ты не переживай, — говорю я, кладя руку ей на плечо. — Все будет хорошо. У нас все планируется и просчитывается. Мы подготовились.

— Да, но Лондон… Это же не Москва, — говорит она, глядя куда-то вдаль. — Там все другое… Другие люди, другая культура.

— Может, вкинешься дозой? — усмехаюсь, протягивая таблетку. — Успокойся, Ло. Все будет шикарно! Мы же хотели перемен.

— Хотели, — соглашается она, морщась от моих "даров". — Только… страшно. Вдруг мы не сможем? Вдруг все пойдет не так?

— Все определенно пойдет не так! — кричу радостно.

Илона смотрит на меня, ее лицо медленно просветляется.

— Обожаю тебя, — шепчет она.

— А я тебя, — улыбаюсь я, обнимая ее. — Пойдем, закончим с вещами. Пора в аэропорт.

И мы снова в вихре суматохи, но теперь эта суматоха приятная, заряженная энергией надежды и ожидания чего-то нового.

Полёт проходит относительно спокойно. Илона, в отличие от меня, с удовольствием смотрит на облака, мечтая о чем-то своем. Я же листаю официальный сайт Лондонской школы экономики. Проверяю почту, ожидая ответа на мою заявку.

Приземление в Хитроу происходит без задержек. Лондон встречает нас прохладным, влажным воздухом и не слишком солнечной погодой. Но это не важно. Важно то, что мы здесь.

В аэропорту ловим такси, и я, как опытный носитель английского языка, называю адрес нашей квартирки в Кенсингтоне.

Таксист, пожилой мужчина с аккуратной седой бородой и живыми глазами, начинает интересно рассказывать о достопримечательностях Лондона. Его английский звучит плавно и с легким акцентом, но понятно.

— Вы впервые в Лондоне, мисс? — спрашивает он, поглядывая на нас в зеркало заднего вида.

— Да, — отвечает Илона, не отрываясь от окна. — Мы только что прилетели.

— Отлично! — восклицает он. — Лондон — это город контрастов. Уже придумали, что посетите первым?

— Нет, — говорю я. — Может, вы сможете что-то посоветовать?

— Для начала, конечно же, Биг-Бен. Это сердце Лондона, — улыбается мужчина. — В башне находятся самые большие в мире часы с маятником.

— Здорово, — удивляется Илона. — Слышала об этом, но даже мечтать не могла, что увижу вживую.

— Кстати, в Лондоне много интересных музеев, — продолжает водитель. — Например, Британский музей с его знаменитым Розеттским камнем или Музей естественной истории с динозаврами.

— А вы бывали в них? — спрашиваю, заметив, что Илона уже теряется.

— О да, — кивает он. — Но лучше всего, если вы пойдете туда с гидом. Он расскажет вам много интересного.

— Обязательно так и сделаем, — обещаю с улыбкой.

— Еще у нас есть Лондонский глаз, — добавляет таксист. — Это огромное колесо обозрения на южном берегу Темзы. С него открывается потрясающий вид на город.

— Потрясающе, — восклицает Илона. — Мира, первым делом мы идем туда!

— И не забудьте про Тауэрский мост! Он красивый и необычный. Вечером, когда его разводят, это просто волшебное зрелище.

— Спасибо за советы, — благодарю я. — Вы очень помогли.

— Не за что, мисс, — отвечает он. — Лондон — удивительный город. Надеюсь, вам здесь понравится.

Такси останавливается у небольшого, но уютного трёхэтажного дома из красного кирпича. Мы благодарим, расплачиваемся щедрыми чаевыми и выходим из машины.

— Черт побери, я сейчас сдохну от этой красоты, — пищит Илона, оглядываясь по сторонам. — Все так… нереально… Как будто мы попали в фильм!

— Согласна, — отвечаю с улыбкой. — Давай поскорее посмотрим, что нас ждёт внутри. Надеюсь, что квартира не сильно отличается от фото.

Квартира действительно милая. Светлая, уютная, с большими окнами, из которых открывается вид на парк. Две комнаты. Небольшая гостиная и спальня.

Да, кровать одна, но она большая.

— Ого! — Илона крутится на месте, как вертолет. — Какая красота! Это просто мечта!

— Да, совсем неплохо, — соглашаюсь я, стараясь спрятать усталость. — Мы сделали это, Ло!

— О да! — отвечает она, обнимая меня. — Наконец-то!

Мы принимаемся тут же обживать новую жилплощадь. Раскладываем вещи, передвигаем немного мебель. Проверяем технику.

— Ладно, что дальше? — спрашивает подруга, когда мы уставшие падаем на маленький диванчик в гостиной.

Достаю телефон и звоню матери.

— Мам, мы прилетели, — говорю я. — Все хорошо.

— Слава богу, — отвечает она. — Я так переживала.

— Не переживай. У нас все отлично.

— Опупенно! — кричит Илона в трубку.

Мама смеется и просит прислать фотографии и видео. Заканчиваем разговор. Странно. Даже не начала причитать, как обычно.

— Для начала нужно разведать обстановку, — заявляю я, потягиваясь. — Сходим в ближайший супермаркет, купим что-нибудь на ужин. Ты же не хочешь питаться одной пиццей?

— Пицца — это святое, — отмахивается Илона. — Но ладно, уговорила. Посмотрим, чем тут кормят.

Выходим из дома. Лондон встречает нас прохладным ветерком и запахом сырой земли. Илона ахает при виде аккуратных газонов и старинных фонарей.

— Как в сказке, честное слово, — шепчет она, крепче сжимая мою руку.

До супермаркета идти минут десять. По пути любуемся витринами местных магазинчиков и прислушиваемся к английской речи. Илона пытается здороваться со всеми подряд, вызывая у прохожих улыбки.

В магазине покупаем продукты на первое время. Подруга с восторгом рассматривает незнакомые баночки и упаковки.

— Надо попробовать всё! — заявляет она, складывая в корзину что-то ярко-зеленое.

Вечером, сидя за столом в нашей новой квартире и уплетая пасту, делимся впечатлениями.

— Тишина, — вздыхаю тихо, просматривая почту. — Будет печально потратить год зря.

Илона придвигается ближе, смотря в экран ноутбука.

— Ничего не зря, — бурчит она. — Поработаешь со мной в каком-нибудь кафе за компанию.

Наигранно морщусь.

— Нет! — усмехаюсь я. — Ни за что. Я потратила полжизни на учебу, чтобы точно никогда не работать официанткой.

Илона смеётся.

— Ну и ладно, — произносит она. — Я иногда забываю, что ты голубых кровей.

— Не в этом дело. Не хочу тратить потенциал хорошего финансиста. И я не понимаю, почему ты усердно не хочешь работать по специальности.

Подруга закатывает глаза и отстраняется.

— Знаешь же, не лежит у меня душа.

Знаю. Не лежит у нее душа… Она не любит офисы. Не любит излишнюю ответственность. Ей по душе быть открытой к общению, наводить суету, быть некой зажигалочкой.

После выпуска она то и дело, что работает в различных заведениях по типу: ресторанов, кафе или баров. Хотя я предлагала ей теплое местечко в «Ильинский Групп».

Ни в какую.

Я же, в свою очередь, обладая аналитическим складом ума (только в работе), предпочитаю просторный кабинет с огромными стопками бумаг, вместо бега по залу с подносом и едких замечаний гостей.

Закончу магистратуру. Куплю франшизу какой-нибудь страховой и заставлю ее там работать.

— Чего улыбаешься? — вырывает из раздумий подруга.

Фокусирую на ней взгляд.

— Да, думаю о том, как приобщу тебя к своему бизнесу.

Фыркает.

— У меня будут завышенные запросы по оплате труда, — сообщает она, прищурившись.

— Думаю, потяну, — улыбаюсь и толкаю ее в бок.

Закрываю ноутбук и просто смотрю в выключенный экран телевизора.

Илона бесцельно листает ленту соцсетей, изредка издавая довольные вздохи.

Тишина в квартире, нарушаемая лишь тихим жужжанием ноутбука и беззаботным шуршанием пальцев Илоны, наполняет меня странным спокойствием. Спокойствием, которого я не чувствовала уже очень давно. Поверить не могу, что это правда происходит...