Глава 4

Он дернулся и обмяк. Да что ж ты делать-то будешь⁈ Не думала, что драконы такие нежные. Чертыхаясь, кое-как выбралась из-под него.

— Родлин! — потрясла его за плечи. — Эй! Ты живой?

Нащупала у него на шее пульс и немного расслабилась. Пульс есть, дышит, только голова немного кровоточит. Вот блин! Не знала, что я такая сильная. И что мне теперь делать? Звать слуг? Или подождать, пока сам очнется? Ковер теплый, ничего с драконом не случится, если отдохнет прямо возле камина.

Я еще немного подумала, взяла какую-то чистую тряпку из сундука, подозреваю, что она служила носовым платком, и вытерла кровь на голове страдальца. Когда убедилась, что новая не льется, со спокойной совестью закрыла дверь и легла на кровать. Немного поворочалась и снова поднялась. Вытащила все из того же сундука что-то вроде одеяла и накинула на Родлина. Я ведь не зверь какой. Хотя подушку под голову подсовывать не стала, решила, что и одеяла ему предостаточно.

Несмотря на странную ситуацию, заснула я очень быстро. Впервые за несколько дней, проведенных в этом мире, успокоилась, потому что теперь понимала, что это все происходит наяву и знала, как мне действовать дальше. Я чувствовала себя этаким мечом возмездия для мужа Камилы. Конечно, она хотела, чтобы он страдал от любви, я же могла дать только страдание. Без любви. Но, думаю, ему и этого хватит.

Спала я замечательно, крепко и сладко, пока меня не разбудила какая-то возня возле кровати. Спросонья не поняла, что происходит. Вообще еще не привыкла просыпаться в огромной постели под пологом, словно какая-то царица.

Свесила голову с высокого ложа.

— Ч-что п-происходит? — не понимал Родлин, пытаясь выпутаться из одеяла, но так закрутился в нем, что не мог подняться.

— Пить надо меньше, — ехидно сообщила я.

Муж наконец-то смог справиться с одеялом. Достижение, однако. Он скривился и дотронулся до головы, посмотрел на пальцы, но, конечно, следов крови там не нашел. А злополучное полено я спалила от греха подальше, чувствуя себя преступником, который уничтожает орудие убийства. К счастью, дражайший супруг находился в добром здравии. Ну, настолько, насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах.

— Что произошло?

— Ты пришел ко мне исполнять супружеский долг, но упал и ударился головой, — невинно захлопала я ресницами, а потом улыбнулась, чтобы показать свою безобидность.

— Ничего не помню, — честно признался Родлин.

— Кажется, у нас это семейное, — усмехнулась я.

Он как-то странно на меня посмотрел, но ничего не сказал, с кряхтением поднялся и направился к двери. Только уже в последний момент обернулся и серьезно спросил.

— А… долг?..

— Не волнуйся, дорогой, — снова изобразила ангельскую улыбку. — Я прощаю тебе все долги. Можешь в эту комнату больше не заходить.

Он нахмурился, глядя на меня очень озабоченно, будто в уме решал сложную математическую задачу, но все же вышел и тихо прикрыл за собой дверь. Я чуть не рассмеялась, но все же сдержала рвущиеся из груди звуки. Игра началась, мой милый!

За окном еще не рассвело. У себя дома я привыкла по утрам перед работой делать небольшую пробежку на пару километров, не изменяла привычкам даже зимой. А что? Дышать свежим морозным воздухом полезно для здоровья. Возле моего дома расположен небольшой сквер, поэтому бегать удобно. Я уже немного здесь освоилась, и не собиралась менять привычки.

В желудке было непривычное чувство голода, но я решила, что все равно сперва нужно пробежаться. Выбрала из одежды самую подходящую. Да, это оказалось платье, потому что ничего другого у Камилы не водилось, но под низ я надела что-то вроде шерстяных чулок и натянула на ноги теплые сапоги с высоким голенищем. Надеясь, что на улице не слишком скользко, вышла из комнаты и, никого не встретив, направилась из дома.

Немного постояла на крыльце. Я намеренно не стала надевать плащ, потому что знала: во время бега будет жарко.

Поместье было огромным, и я решила, что мне хватит пробежки вокруг дома, тем более что новому телу явно непривычна такая нагрузка. Но я себя переоценила. Поняла это уже на третьей минуте бега. Дыхания не хватало, легкие как будто разрывались, а колени подкашивались от натуги. Пришлось перейти на быстрый шаг. Под ногами скрипел нападавший за ночь и еще не расчищенный снег. И это было очень приятно. Еще только начинало светать, но я чувствовала, как свежий воздух наполняет меня бодростью, несмотря на невероятные усилия, чтобы продолжать двигаться вперед.

Я любовалась архитектурой здания. Недавно в сердцах кинула Родлину, что разведусь с ним и отсужу у него замок. Ляпнула это просто так, но теперь вдруг задумалась, что это неплохой выход из ситуации. И отличная месть! Представила выражение лица этого нахала, когда он поймет, что потерял фамильное поместье, и даже рассмеялась.

Нужно почитать наш брачный контракт, Камила в дневнике упоминала о нем вскользь. Также я теперь знала, что муж находится на службе у короля в чине одного из советников. Всего их двенадцать, за каждым закреплена определенная сфера: финансы, армия, сельское хозяйство и так далее. Мой благоверный отвечал за дорожное сообщение между городами Аркитании. Но, судя по записям в дневнике, он лелеял надежду получить чин главного советника короля, как только откроет второе яйцо. Не знала, насколько его надежды подкреплены реальностью, потому что еще недостаточно много нашла сведений об Аркитании, но раз он так сильно стремился обуздать вторую стихию, наверное, правитель делал ему какие-то намеки на это. Не с потолка же Родлин это взял?

Чувствовала, как по телу струится пот, лицо горело. Уже у самого входа сгребла с перил свежий мягкий снег и с удовольствием умылась им. В этот самый момент дверь распахнулась, и в проеме показался супруг. Он непонимающе посмотрел на меня.

— Что ты здесь делаешь?

— Гуляла, — улыбнулась, отфыркиваясь от остатков снега.

— Иди в дом, — недовольно сказал мужчина. — Простудишься.

— Ты такой заботливый, дорогой, — проворковала я, протиснувшись мимо него в дверь.

Он проводил меня недоуменным взглядом. Я нарочно выбрала такую манеру общения, потому что была почти уверена, что благодушное безразличие будет сбивать его с толку, а, быть может, даже бесить. Мне подходили оба варианта.

Пока я мылась в ванне, которую принесли служанки, удивившись моему столь раннему подъему, и переодевалась, то и дело выглядывала в окно. Там, как и вчера, разминался Родлин, снова сражаясь с невидимым противником. Похоже, он упражнялся так каждый день. В этот раз я наблюдала за ним дольше. Мужчина не только тренировался с мечом, но и делал различные гимнастические упражнения: отжимался, качал пресс, приседал. А потом начал раздеваться.

Я застыла как вкопанная, не в силах оторвать взгляд от мужа. Стоя ко мне спиной, он снял насквозь мокрую рубаху, от которой на морозе продолжал идти пар, когда она упала на снег, потом стянул сапоги и в самом конце — узкие кожаные брюки. Я оказалась права, под ними действительно ничего не было.

Родлин вдруг обернулся на мое окно, будто почувствовал, что я смотрю на него. Сердце на миг замерло, а потом бешено поскакало куда-то, пытаясь проломить ребра. Я отпрянула от окна, понимая: он видел, что я за ним «подглядываю». Но я ведь ничего плохого не делала! Если бы он не хотел, чтобы его кто-то увидел, мог бы в каком-то из помещений заниматься. Не верю, что ни один из залов этого огромного поместья невозможно приспособить под физическую активность. И все же у меня было такое чувство, будто я школьница, застуканная за подглядыванием около мужской раздевалки. Да сдался мне этот Родлин! Когда я снова выглянула в окно, вещи мужчины сиротливо лежали на земле, а далеко в небе… Господи боже мой! Там парил настоящий дракон! Я не могла оценить его размеры, но точно видела, что это не птица.

— Миссис Рейндбер! — воскликнула Арая, войдя ко мне в комнату. — Вам плохо⁈ Вы так бледны!

— В-все в п-порядке, — пролепетала я.

Одно дело когда тебе все вокруг твердят, что ты попала в мир, где живут драконы и прочие сказочные существа. Совсем другое — вдруг убедиться в этом воочию. Мамочки! Мой муж — дракон!

Мы встретились за завтраком. Родлин вошел свежий, розовощекий, в выглаженном и накрахмаленном костюме и спокойно сел за стол, как будто полчаса назад не превращался в огромного ящера. Я смотрела на него с недоверием и опаской, побаиваясь разговаривать.

Самое интересное, что муж точно так же смотрел на меня. Я не понимала наверняка, какие эмоции передают его косые взгляды в мою сторону, но предполагала, что он сбит с толку.

Старалась не показывать чувства, которые вызвало во мне его превращение в дракона. Для Камилы же это должно быть привычно? Вот и мне нужно делать вид, будто, когда кто-то может с легкостью отращивать хвост и чешую, это в порядке вещей. Да что происходит в это мире⁈

Но какие бы мысли ни одолевали меня, я преспокойно накладывала себе завтрак на тарелку. Он снова состоял из блюда, весьма похожего на омлет, и овощей.

— Миссис Рейндбер, — обратилась Арая, которая прислуживала нам за трапезой, она стояла неподалеку, чтобы помочь в случае необходимости. — Кухарка так старалась, готовила ваш любимый пирог с капустой, а вы даже не попробовали.

— Спасибо, Арая, — улыбнулась я. — Но я обойдусь омлетом.

Глянула на мужа. Мы на миг встретились взглядами, в его — читался интерес, но он почти сразу же уткнулся в тарелку. К слову, на ней тоже не наблюдалось мучного, зато лежал огромный чуть прожаренный стейк. Видимо, драконы не особо любят булочки. Да и я тоже.

— На вас уже одежда висит, — вздохнула служанка. — Нужно же позаботиться о себе, — причитала она.

Я хмыкнула. У нас слишком разные представления о заботе о себе. Конечно, тут вряд ли кто-то задумывается о правильном питании, но Родлин же как-то поддерживает отличную форму. Чем я хуже?

— Дорогой, — пересилила себя и обратилась к супругу. — Отведай пирога, Арая говорит, кухарка старалась.

Я нарочно говорила так, будто он не слышал ее слов, зная, что это немного бесит. А я хотела его бесить! Несмотря на то, что боялась, желала, чтобы он не чувствовал себя рядом со мной комфортно, как все эти годы Камила — рядом с ним.

— Ты прекрасно знаешь, что я ненавижу капустный пирог. И вообще любые пироги.

Служанка испуганно поглядывала то на меня, то на Родлина, наверное, опасаясь, что надвигается ссора. Нет, до ссоры я доводить не собиралась. Нужно действовать очень осторожно.

— Ох, прости! Знаешь ли, то падение в фонтан все еще дает о себе знать. Но не волнуйся, я уже много чего вспомнила.

— Рад это слышать, — со сжатыми челюстями процедил супруг так, что я точно поняла: он совсем не рад. Но ведь вытащил он меня из колодца этого… тьфу, фонтана желаний. Хотел бы моей смерти, не стал бы вылавливать. Наверное…

Некоторое время мы ели молча, пока в столовую не вошел мужчина в зеленой ливрее. Я его раньше не видела. Он поздоровался сначала с хозяином поместья, потом со мной, пожелал нам доброго утра и приятного аппетита. Я только кивнула. Слуга протянул моему мужу стопку конвертов и тут же вышел.

Родлин лениво просматривал конверты, откладывая их в стороны, пока не дошел до небольшого персикового, перевязанного лиловой лентой. Родлин усмехнулся, а меня укололо неприятное чувство. Очередная любовница прислала пылкое послание?

Мужчина развернул конверт и вытащил оттуда чуть желтоватый лист бумаги.

— Робеста с семьей приедут на день святого Игумнуса, — сухо сообщил он, едва окинув меня взглядом.

— Буду рада повидаться с твоей сестрой, — улыбнулась я.

Из дневника я знала, что Робеста сочувствует Камиле и относится к ней если не с любовью, то во всяком случае с пониманием и женской солидарностью. Еще у Родлина был младший брат Ринус. Но про него мало что удалось узнать из дневника, в последние годы он был редким гостем в фамильном поместье, потому что учился в Академии драконов. Родители же моего благоверного погибли несколько десятилетий назад, Камила не писала об этом подробно, но я так поняла, что отца убила молния во время полета, а мать пережила его всего на несколько лет и умерла от какой-то драконьей лихорадки.

Хорошо, что Робеста приедет, я смогу у нее что-нибудь выведать, раз уж мы вроде как подруги. Осталось разузнать, что за день святого Игумнуса такой и когда он будет.

— На обед и ужин меня не жди, король созывает совет, — предупредил Родлин. Я только кивнула, обратив внимание, что он как будто этому факту совсем не рад. Что-то здесь нечисто. Он ведь так жаждет стать ближе к королю. Ладно, это не самая важная проблема. Пусть делает то, что ему нужно. А у меня более насущная задача.

Муж поднялся из-за стола и уже направился к выходу из столовой, когда я остановила его:

— Родлин, погоди.

Мужчина замер на полушаге. Почему-то от этого мне стало даже немного смешно. Он вел себя так, будто боялся меня. Меня? Слабую человечку? Ха, ха и еще раз ха! Но это только пока. В голове уже созрел примерный план действий.

— Что тебе нужно? — не слишком вежливо откликнулся он, но мне было все равно. В отличие от Камилы, я не ощущала нежных чувств к этому мужчине, и меня совсем не трогало его хамство.

— Я хотела бы освежить в памяти условия нашего брачного контракта. Не мог бы ты дать мне его почитать?

Очень любила копаться во всяких документах, выискивая лазейки и неточности, не зря стала адвокатом. Мне нужно непременно знать условия договора, прежде чем предпринимать какие-либо действия дальше.

Муж всем корпусом повернулся ко мне. Я уже поднялась и шла к нему.

— Освежить? — с издевкой спросил он. — Да ты его в глаза не видела. За всем следил твой отец.

— Тем более, — сладко улыбнулась, показывая, насколько я безобидная. — Пора бы и почитать. Он в твоем кабинете? — предположила я. — Проводишь?

Под пораженный взгляд мужа я прошествовала мимо него, совершенно не зная, в какую сторону нужно двигаться, но справедливо решив, что разберусь по ходу движения.

— Н-ну, пойдем, — наконец смог выдавить из себя Родлин и, странно на меня косясь, пошел вперед.

Он приблизился к одной из дверей и уверенно ее толкнул. Я следовала за ним буквально по пятам, хорошенько запомнив расположение комнаты на всякий случай. Мало ли понадобится, лучше не спрашивать у слуг самые банальные вещи. Они и так смотрят на меня с жалостью, видать, думают, что хозяйка совсем умом тронулась. Ничего, я уже почти сориентировалась, как быть.

Муж подошел к картине на стене, снял ее, и я увидела там дверцу. Сейф за картиной? Фу, как банально.

— А я думала, у тебя в подземелье сокровищница есть, где ты хранишь самое важное, — ляпнула, не прикусив вовремя язык.

Родлин опять покосился на меня, пока открывал дверцу.

— Тебе прекрасно известно, что сокровищница тоже есть, но документы я храню в кабинете.

— Да я просто пошутила, — попыталась исправить ситуацию.

Муж только покачал головой, продолжая копаться в бумагах, а потом извлек шершавый чуть загнутый по краям лист.

— И это все? — усомнилась я. — Наш брачный договор всего на одном листе?

Родлин снисходительно улыбнулся и сказал:

— Камила, ты же бумаг, которые имеют юридическую силу, в глаза не видела. Откуда такое удивление? Да и что там расписывать-то?

Я еле сдержалась от того, чтобы не засмеяться в голос. Нужно держать себя в руках. Мой «милый» ведь не знает, что я юрист с двенадцатилетним стажем, если учитывать еще и практику в университете. И всем будет лучше, если он и вовсе об этом никогда не узнает.

— Дай сюда, — протянула руку.

— Читай быстрее, мне нужно лететь во дворец.

— Оставь мне его для подробного ознакомления, — попросила, окинув текст быстрым взглядом.

— Я не оставлю тебе важный документ, — покачал головой муж. — Твоя копия находится у твоего драгоценного родителя.

Что за пренебрежительный тон? Я даже не знала своего «драгоценного родителя», но уже стало за него обидно.

Вообще, судя по отношению Родлина к Камиле, он считал ее чем-то вроде домашней зверушки. По крайней мере, мне так настойчиво казалось, исходя из того, что я уже успела прочитать в дневнике и заметить самостоятельно.

— Я с ним ничего не сделаю, Родлин, — попыталась говорить серьезным тоном.

Муж только усмехнулся.

— Конечно, не сделаешь, это в первую очередь невыгодно тебе.

— О чем ты? — насторожилась я.

— О том, моя дорогая, — Родлин обошел письменный стол, который стоял между нами, и остановился в шаге от меня. — Что без меня ты никто. Кем ты была, пока я не нашел тебя?

Эти слова не относились конкретно ко мне, но слышать такое было крайне неприятно. А скажи он такое Камиле, причинил бы много боли.

— Я была счастливой, — прошептала, глядя ему прямо в глаза.

Не знаю, так ли это на самом деле, но я сказала так, как, по моему мнению, могла бы ответить Камила. Родлин переменился в лице. Он почти сразу же взял себя в руки, но я видела секунду замешательства. И снова — тот огонь в глазах. Не в переносном смысле. Я как будто на самом деле видела, что где-то в глубине его черных глаз бушевало пламя.

Родлин повел носом совсем как животное и сократил между нами расстояние. Я продолжала смотреть на него, боясь отвести глаза, как будто передо мной — дикий зверь, который растерзает, если я лишь на миг перестану контролировать его взглядом. Но правда заключалась в том, что в тот момент я ничего не контролировала.

Он был красив. Только сейчас я разглядела это по-настоящему. Красив, как демон, явившийся соблазнить девственницу. Только вот я не была девственницей. В моей жизни периодически появлялись мужчины, внешне не такие прекрасные, конечно, но, с другой стороны, никто из них не мог бы похвастаться тем, что он — дракон. А вот Родин мог, но что от этого? Я никогда особо не обращала внимания на внешность. Гораздо важнее чувство юмора, харизма, умение вести себя с женщиной, ум, в конце концов…

Пока мысли с огромной скоростью проносились в голове, муж приблизился ко мне вплотную. Крылья его носа широко раздувались. Не знаю почему, но от его близости меня подколачивало. Ох, нервы ни к черту! Документ выпал из ослабевших пальцев и упал на стол, проскользив по его поверхности и остановившись посередине.

— Что ты задумала, Камила? — спросил он, нависая надо мной.

Стоит признать, не нависать он не смог бы при всем старании в этом положении, потому что слишком уж у нас огромная разница в росте.

Хотела что-то ответить, но у меня сбилось дыхание. Пришлось опустить взгляд, чтобы скрыть смятение на лице. А произошло оно от того, что я неожиданно поняла: этот охальник, грубиян и нахал волнует меня. Не знаю, что в нем было такого, но я поняла Камилу.

Как это назвать? Энергетикой? Флюидами? Феромонами? Что бы это ни было, оно привлекало меня. И это сбило с толку и даже немного разозлило. Мила, какого черта ты тут таешь лужицей перед этим изменником?

Он приподнял мой подбородок двумя пальцами, снова заглянув в глаза.

— Что ты загадала фонтану?

Вокруг его глаз собрались мельчайшие морщинки, так внимательно он всматривался в меня, будто силился прочесть мысли.

— Не… не помню, — только со второго раза смогла выговорить я. Почти ж не соврала. Конечно, я знала о намерениях Камилы, но ведь точно не могла сказать, как именно она сформулировала желания.

— Я же говорил тебе, чтобы ты держалась от фонтана подальше, — он говорил тихо и вкрадчиво, и его голос вибрацией проходился по моему позвоночнику. Хотелось поежиться, и я не могла понять, нравится мне это чувство или нет. Рядом с ним меня словно одновременно бросало в дрожь от холода и не хватало воздуха от жары. Не знаю, как эти два чувства можно совместить. Они каким-то чудом во мне уживались, словно раздирая изнутри пополам. — Ты чуть не погибла.

Почему он так смотрит на меня? Чего хочет?

— Но ты спас, — едва ворочая языком, сказала я. — Зачем?..

— Что значит — зачем? — не понял муж. Он слегка от меня отстранился.

— Ты же не любишь меня. И никогда не любил. Зачем спас?..

Мне действительно хотелось знать ответ на этот вопрос. Но дракон резко отступил от меня. Я даже пошатнулась, так неожиданно это случилось. Он отошел от меня к окну, отвернувшись. Родлин обнял себя, будто ему было зябко, и потер ладонями плечи.

— Ты правда считаешь, что я мог бы просто стоять и хладнокровно смотреть, как ты тонешь?

В его тоне слышалась горечь, причины которой я понять не могла. Ничего не ответила. Так и стояла у стола, боясь пошевелиться.

— Можешь взять документ, — сказал муж. — А мне и правда пора к правителю, заседание совета скоро начнется.

Что за метаморфозы? С чего вдруг такая перемена в настроении? Что ж, мне это только на руку. Только почему такое странное чувство внутри?..

Однако я быстро пришла в себя. Как только муж выпроводил меня из своего кабинета и запер его, я прямиком пошла в свою комнату, чтобы в подробностях изучить брачный контракт. Думать о том, что между нами произошло, не было времени. Но все же я нет-нет да и возвращалась к этой сцене. Неужели с этим человеком, прошу прощения, драконом, еще не все потеряно? Неужели у него есть какие-то человеческие чувства, кроме стремления к власти?

На столе стояло красивое блюдо с пирожными. Они очень походили на те, что продавались в моем детстве, но я давно выросла, и попробовать даже не захотелось. Если Камиле все время подсовывали сладкое, не удивляюсь, почему ей теперь тяжело даже передвигаться. Вернее, уже мне. Нужно привыкать к тому, что теперь это мое тело. Это моя реальность. Неизвестно, как долго я пробуду в ее теле и вернусь ли когда-то в свое. Мне срочно нужна была ведьма, чтобы проконсультироваться в этом вопросе. Но я не знала, где ее взять. Да не просто ведьму, а ту, которой можно было бы доверить столь щекотливое дело.

Я шире раздвинула шторы, чтобы в комнату проникало больше скудного света, и села за документ.

«Настоящий договор заключен между мисс Камилой Карлейн и мистером Родлином Рейндбером», — прочитала первое предложение. Пока все стандартно. Следующие несколько фраз тоже были вполне формальными. Такие и в нашем мире можно было встретить. И все же я внимательно читала каждую фразу, чтобы не упустить ничего из виду.

Первый блок касался выполнения добрачных условий, второй — самого брака, третий — возможного его расторжения. Вот в этом месте я стала особенно внимательно смотреть. По всему выходило, что при расставании Камила находится в крайне невыгодном положении. Она не получает ничего. Если бы у нее были дети, они тоже остались бы с мужем. К счастью, дети у них не появились. Как вообще появляются драконы? Так же, как люди, или их из яиц высиживают? Эта мысль показалась мне настолько дикой, что я потрясла головой и попыталась выбросить оттуда ненужные догадки.

В случае развода Камиле остаются только те вещи, которые были подарены лично ей. Все совместно нажитое имущество, движимое и недвижимое, остается Родлину. Ну, разумеется! Как бы он ни подстраховался! Однако и отец Камилы оказался не лыком шит. В договор был внесен пункт о том, что брак не может быть расторгнут по инициативе мужа. С небольшой припиской: «Супруг вправе расторгнуть брачный договор только в случае измены супруги (см. „Закон о супружеской верности“)».

Как интересно! Нет вовсе не сам пункт, здесь вопросов нет. Камиле не нужен был ни один мужчина мира, кроме этого несносного дракона с черными дырами глаз. Но я нашла подсказку, где посмотреть подробности. Мне нужен свод законов Аркитании! О расторжении брака со стороны супруги не было ни слова, как будто никто даже предположить не мог, что Камила посмеет помыслить об этом. Ну, хорошо, что здесь теперь я, и наведу в ее жизни порядок.

Дочитав договор до конца и больше не найдя в нем зацепок, я оставила его на столе и поспешно выбежала из комнаты. В коридоре чуть не сбила незнакомую девушку, одетую в такую же форму, как носили Арая и Льона. Да, не думала же я, что на все поместье только две горничные? Подозреваю, прислуги в этом замке хватает, а Арая и Льона лишь малая ее часть. Служанка, согнувшись чуть ли не пополам, несла огромную стопку выглаженных простыней.

— Миссис Рейндбер! — воскликнула она. — Вы меня напугали!

— Прощу прощения, — улыбнулась я, поддержав белье. — Давай помогу.

— Что вы! — у моей собеседницы так расширились глаза, что она стала похожа на какую-то пучеглазую рыбу. — Все хорошо, я сама, — начала лепетать она, но я все же взяла у нее часть пирамиды, чтобы верхушка не обрушилась.

— Миссис Рейдбер, ну, как же так? — причитала девушка, пока мы не вошли в маленькую комнатку, где хранилось чистое белье, и не сгрузили все на стеллаж.

— Я хотела бы что-то почитать, — как бы невзначай сказала.

— Так вам это… в библиотеку бы… — совсем растерялась она.

— Мне кажется, я видела там крысу, — соврала я. — Не могла бы ты сходить и проверить?

— Конечно, миссис Рейндбер, — горничная попыталась скрыть улыбку. Она вооружилась шваброй, которую взяла здесь, же в углу, и пошла вперед. Наверняка думала о том, какая ее хозяйки неженка. Но хозяйка просто не собиралась потратить полдня на то, чтобы отыскать библиотеку в этом каменном гиганте. А пускать еще больше слухов о своей неадекватности было как минимум глупо. Нет, я вовсе не желала казаться беспомощной, поэтому воспользовалась уловкой.

Мы поднялись на третий этаж. Я заметила, что стала привыкать к своим новым габаритам. Подниматься по лестнице все еще было тяжело, но я уже оказалась готова к этому.

Девушка остановилась перед большими дверями, они как будто делались с расчетом не только на человеческий рост. Да и вообще коридоры на третьем этаже были гораздо шире и выше. Возможно ли, что этот этаж проектировался с учетом того, что здесь будут ходить огромные драконы? Я не имела ответа на этот вопрос. Но, судя по высоте потолка, именно так и задумывалось.

Служанка толкнула двери внутрь и, воинственно держа перед собой швабру, пошла в библиотеку. В первую секунду я остолбенела. Такие библиотеки я только на картинках в интернете видела. Стеллажи от пола до потолка тянулись по всему периметру огромного помещения.

Пока моя помощница осматривала комнату в поисках страшных грызунов, я разглядывала шкафы с книгами.

— Сейчас здесь никого нет, миссис Рейндбер, — сообщила девушка через несколько минут. — Но если вам страшно, я могу позвать Араю, уверена, она с удовольствием составит вам компанию.

Я хмыкнула. Как же вежливо она сообщила, что ей некогда тут со мной возиться! Это еще постараться нужно так суметь послать собеседника.

— Нет-нет, может, мне просто показалось, спасибо, можешь идти.

Девушка пожала плечами и, прихватив свое «оружие», поспешила обратно. А я с наслаждением вдохнула немного пыльный воздух, который пах совершенно по-особенному. Наверное, все библиотеки так пахнут, неважно, в каком мире. Над огромным очагом, который не был зажжен, висел портрет. Я сразу поняла, что на нем изображена семейная пара, живущая под этой крышей. Камила держала Родлина под руку, она так счастливо улыбалась, что сердце защемило. А вот сам мужчина выглядел важным и серьезным. Оказывается, когда она выходила замуж, то была совсем стройной, но, видимо, постоянные стрессы из-за поведения мужа не прошли даром для ее фигуры. Ничего, мы все исправим. Все исправим, только дайте мне немного времени!