Глава 32

Адвокат меня раздражает почти так же сильно, как собственная беспомощность. Теперь я начинаю думать, что Снежу у меня украли. А почему нет? Сбили с толку заявлением, мешок на голову — и под угрозой смерти в машину затолкали. Но тогда бы просили выкуп, не так ли? Зачем красть жену богатого человека и ничего за это не требовать? А если ее убьют?! В глазах тут же становится темно. Внутри рассыпается сердце, как расколотый на куски лед.

А может быть, им нужно кресло генерального директора?

Если от этого будет зависеть жизнь моей Снежи, я встану с него не задумываясь.

Потерев виски, понимаю: я схожу с ума.

Мне кажется, я никогда не страдал так сильно. Как будто заболел чертовой проказой, которую не могут излечить ни врачи, ни адвокат, ни таблетки. Ничего мне не помогает. Словно я сейчас нахожусь в театре одного актера. Играю моноспектакль, где задыхаясь читаю свой монолог.

— Куда уходит ваша жена? — цепляюсь за эту дичь, хотя очевидно, что супруга Лысенко — это не моя Снежа, но все же.

— В торговую галерею на Охотном ряду. Мстить мне моей же картой. Покупает все подряд, пока выставленный мной лимит не подойдет к концу.

— Нет, это не про мою.

— Так, у нас с вами еще одно письмо. А вы говорите, что я медленный. Информация по парню с выставки.

Каждый мускул напрягся в ожидании. Удавлю голыми руками.

— Парень оказался просто парнем.

Сердце колотится, дыхание учащается.

— Обычный журналист. Ничего особенного. Даже штрафов за превышение скорости нет. В общем, скучный какой-то пацан. И явно польстил себе, подкатывая к вашей жене. Сейчас мои ребята к его дому подъезжают. В гости заглянут, но я не думаю, что вам есть о чем беспокоиться. Не променяет она вас на него. Я бы не стал. У него только что морда симпатичная, а так ничего особенного. И, чтобы мы не тратили время, назовите имена бывших любовников.

Меня аж перекашивает от ярости.

— Не было никаких любовников.

— Какая прелесть. Тогда мне нужны еще варианты. Больше информации. Ну же… Елисей Игнатьевич, думайте! Куда она могла пойти?

— Ищите, и все!

— Где искать?!

Швыряю трубку. Мне физически плохо от мысли, что все это всерьез. Больше ни о чем думать не могу. Остается только…

— Куда ехать, господин Андриевский? Время парковки закончилось, продлевать? — это уже мой водитель.

— На работу, наверное. Не знаю я! — срываюсь на нем.

Гнев обжигает горло, и хочется биться головой о стекло.

У меня идеальный помощник, он даже не моргает, настолько сосредоточен на моих действиях. Мне кажется, он будет сидеть ровно, даже если я пошлю его на три буквы.

Мой бедный телефон снова разрывается.

— Ты ее нашел, Андриевский?!

Это сестра Снежи. Увидев ее имя на экране, я было решил, что она в курсе, где моя жена, но, судя по истеричному тону, все же нет.

— Нет. Я ее не нашел, Софа.

— Ну как это?! Ты же крутой богач! У тебя же есть все эти детективы, адвокаты, частные охранные предприятия, способные достать человека из-под земли! Я думала, за тобой Снежа как за каменной стеной, а ты не можешь ее отыскать, даже если она просто обиделась?

— Хватит орать, София. Я ищу! К вам на твоем мероприятии никто не подходил?

У меня теплый костюм из отличной ткани и дубленка качественная, в машине должно быть жарко, но такое ощущение, словно на мне вообще нет одежды. Я продрог от холода, и все кости болят.

— Только официант. Господи, ты думаешь, это из-за твоей работы? Она пошла в туалет, а потом мне позвонила. Ты считаешь, на нее напали? И заставили позвонить мне? Какой кошмар! Боже мой! Моя сестренка! Как ты мог это допустить?! Это ты! Все ты!

София переходит на пронзительный визг. А у меня перед глазами жена. Ее смех, ее голос, ее белокурые волосы, ее губы. Я сейчас ненавижу всех и вся. И парня того с выставки, и своего адвоката, и придурошного брата жены, и ее сестру, которую я очень уважал до этого дня, когда она перестала понимать, как сильно я люблю свою женщину.

И, пока София обзывает меня в трубку, я перебираю в голове воспоминания, все то, что между нами было. Места, рестораны, магазины, поездки, курорты… Меня вдруг осеняет. Скинув Софию, я объявляю адрес водителю.

Это надежда, которая может и не оправдаться, но я надеюсь. Потому что иначе сойду с ума. Я дошел до того, что мне уже и неважно, будет ли она со мной, лишь бы жива и здорова.

Хотя это, конечно, не так. Я хочу быть с ней.

У входа написано, что сегодня выходной. Мне плевать, я барабаню в дверь как ненормальный. Кто-то все равно должен быть. Девушка в фартуке, измазанном глиной, недовольно открывает, обещая вызвать полицию. Обзывая меня по-всякому.

Отталкиваю ее в сторону и, пробежав по коридору, торопливо спускаюсь вниз по темной лестнице. В подвальную часть помещения.

Туда, где впервые ее увидел и поцеловал.

Толкнув ногой дверь и зажмурившись от яркого света, моргаю, чтобы сфокусировать зрение.

У деревянного скульптурного станка стоит живая, родная моя Снежа. Волосы привычно заколоты стеками, руки, плечи и щеки в глине. Она даже не оборачивается, продолжая лепить… меня. Кривого, голого, с открытым ртом... Орущего мужика без члена.