Глава 9

Мир не рухнул, но офигели все от Вяземского, его телохранителей, библиотекарш и девушки с зонтиком, до капель дождя, неумолимо хлеставшего по моему лицу, волосам и пальто. Лишний повод порадоваться, что никакого макияжа я с утра не наносила.

Аристократа решила брать естественной красотой. Уверена он вообще забыл, что такая бывает.

Забавно, но превратить дамочку из высшего общества в помешанную на архитектуре замухрышку оказалось намного сложнее, чем я думала. Одежда должна была подчеркнуть фигуру, но оставаться при этом простой и недорогой. По легенде я фрилансер, подрабатываю тем, что проектирую частные дома. Не стала мудрить с профессией, если легенда будет слишком сложной, то ложь легко обнаружить.

На мгновение все вокруг замерло, чтобы сразу прийти в движение. Вяземский посмотрел на безнадежно испорченное пальто, затем на меня. Из его красивых голубых глаз исчезло равнодушие, теперь в них горела неприкрытая ярость. Библиотекарши растерянно заохали, но как-то очень уж ненатурально, больше, потому что им по статусу положено охать и не одобрять подобное поведение. За спиной раздался топот и в плечи вцепились сильные пальцы, телохранители, проворонившие атаку, стремились реабилитироваться. Разумеется, я такого отношения к себе не стерпела и рванулась прочь. И тут произошло то, что в план не входило.

Дешевые нитки пальто полопались с треском, пуговицы посыпались на асфальт, полы распахнулись, и дождь моментально промочил футболку и бюстгальтер. Взгляд Вяземского сразу же переместился на мою грудь, и злость в нем растаяла, сменившись томной заинтересованностью. Это в сравнении с дынями Ангелины у меня скромный размер, но вообще полновесная, упругая, подтянутая тройка с отчаянно и дерзко торчащими сосками, моментально затвердевшими от ледяной воды. Черт, я даже покраснела от того, как Вяземский меня рассматривал. Наконец, его взгляд поднялся выше. И я поняла, что самое сложное в этой авантюре будет не влюбиться в него самой по самые уши, безответно и банально.

Я замерла, сердце перестало биться. Это был момент истины: узнает он меня или нет?

Несколько мгновений он изучал мое лицо, но во взгляде читался только спортивный интерес, а не узнавание. Волосы безнадежно промокли, одежда тоже. Ожидание было невыносимым.

Вяземский кивнул телохранителям, и хватка на моих плечах разжалась. Он повернулся к сопровождавшей его девушке, взял у нее из руки зонтик и накрыл меня.

- Ну, привет, - сказал с легкой усмешкой, от которой по телу прошла волна жара.

Ох, Поля, ныряй под дождь и беги пока не поздно, а то из коварной соблазнительницы превратишься в бедную Лизу. С ним такое запросто может получиться. И голос какой приятный.

Понятно почему от него не отлипают звезды, модели, бизнесвумен разной степени элитности. Вот вроде и видела его раньше и даже парой слов перекидывалась, но такого эффекта Вяземский на меня не производил. Рядом всегда был Артем, в которого я была влюблена без памяти. Мой неверный муж. Да, вот так. Из-за Артема я здесь. Правильно, думай о нем и Ангелине в кабинете на полу под леопардовым покрывалом, а не о притягивающих взгляд губах Вяземского и идеально ровных белых зубах, острых, как у хищника.

Встряхнула мокрыми волосами, дерзко вздернула подбородок, сделала шаг к Вяземскому и отчеканила: - Вы не имеете права сносить это здание. Уничтожать объект культурного наследия! -Лишать людей знаний! Библиотекарши согласно зашушукались, старичок, их сопровождавший хмыкнул. Девушка, стоявшая за спиной Вяземского, приоткрыла рот, как на картине Мунка. Даже дождь, казалось, застыл и прислушался к моим словам.

- Странный ты выбрала способ защищать культуру, уничтожая произведение искусства растерянно хлопнула ресницами. Это он сейчас про пальто?

Вяземский довольно усмехнулся.

- Сшито на заказ Петром Кириным.

Ого! Артем больше двух лет не может к ним пробиться. Но простой девушке этого знать не положено. Закусила губу, пожала плечами. Не понимаю, о чем он.

- Вы сравниваете какую-то тряпку с шедевром! - Выпалила и ткнула Вяземского пальцем в грудь.

Эта тряпка стоила чуть меньше миллиона, но не суть.

Пронизывающий холод от ледяного дождя пробирал до костей, и я начала дрожать, клацающие зубы смазывали эффект от слов, но вселенная снова пришла мне на помощь. Вяземский заметил, что меня немного колотит.

- Пойдем в машину, согреешься, расскажешь мне об уникальности этого здания и может быть, я с тобой соглашусь и не стану его сносить, - он выдержал театральную паузу и добавил, - а если выпьешь со мной кофе, то ценность этой библиотеки станет для меня так очевидна, что я ее даже отреставрирую.

Для приличия надо было бы построить из себя невинность, но я так замерзла, что кивнула и засеменила за Вяземским к машине. Он вернул зонтик девушке, указал ей на машину сопровождения и галантно открыл передо мной заднюю дверцу автомобиля.

Я окинула прощальным взглядом недоуменно переглядывавшихся между собой библиотекарш и скользнула на сидение.

План начал воплощаться в жизнь.