Глава 37. Война так война

Сергей Вхожу в подъезд и уже с первого этажа слышу, что у кого-то в квартире идет война. Кто-то кричит, матерится. Чем выше поднимаюсь, тем больше убеждаюсь в том, что это доносится из квартиры Киры. Дергаю за ручку, распахиваю дверь, которая оказывается незапертой, и замираю на пороге, видя, как Кира и ее соседка дерутся. – Сука! – хватает ее за волосы Кира. – За все ответишь, мразина такая! – Сама виновата! – верещит Марина, пытаясь ее оттолкнуть. – Прекратите! – подлетаю к ним, пытаюсь разнять. – Что на вас нашло? Кое как развожу их в стороны, встаю между ними, но получаю то с одной стороны оплеуху, то с другой. Они обе красные как вареные раки, растрепанные, пыхтят, глядя друг на друга, как лютые враги. Кира пытается дотянуться до Марины, Марина – до Киры, а мне только и прилетает то от одной, то от другой. – Стоп! – пытаюсь их удержать. – Разошлись! – Она записала нас на камеру! – быстро дыша, произносит Кира. – Тайком засняла, как мы целуемся. И знаешь, что она потом сделала? – взрывается Кира, и, подпрыгивая, пытается дотянуться до волос Марины. – Она все это скинула Ольге, а Ольга в наш рабочий чат! Тут и я уже готов придушить эту Марину, но… – Давайте я и вам покажу это видео? – Марина достает из кармана мобильник. – Только попробуй! – цедит сквозь зубы Кира, резко выхватывает у нее телефон и швыряет в комнату. – Ты что сделала, дура?! – бежит за телефоном Марина. – Ты его разбила! – смотрит на экран. – Ну гадина! Ну ты сейчас у меня получишь! – быстро направляется к нам. Я прячу Киру за свою спину. – Прекратите! – хватаю разъяренную Марину за руки. – Разойдитесь в разные комнаты! Быстро! – Я засняла не только, как вы целуетесь, – сдувая со лба челку, пыхтит Марина. – Но и как она рассказывает о том, что назло Ольге поведала Вике про удочерение! – Врет! – снова кидается на нее Кира. – Такого не было! Сережа, – смотрит на меня испуганными глазами, – Сереж, она ненормальная. Не слушай ее. Ты же знаешь, как все было, ты же… – Все, идем в комнату! – беру ее за руку и увожу, пока они друг другу глаза не выцарапали. – Сереж, я тебе правду говорю, – Кира прикладывает руку к груди. – Клянусь, что такого не было. Честное слово. Эта идиотка словно с цепи сорвалась, – поджимает губы и пищит: – Разозлилась, что ты и Вика здесь живете, вот и мстит мне таким образом. Сереж… – пускается в слезы и прижимается ко мне, – меня из школы увольняют. По статье, – рыдает в плечо, вся трясется. – Ты даже не представляешь, что мне сегодня пришлось пережить. Меня опозорили на всю школу. Я больше не смогу преподавать. Теперь все знают о том, что я… что… – не может говорить, – что я увела тебя из семьи-и-и-и… – захлебывается слезами. – Тише, тише, – глажу ее по спине. – Все будет хорошо, успокойся. Знают и знают. Ты же никого не убила, верно? – заглядываю в ее заплаканные глаза, приглаживаю волосы, которые после драки с Мариной торчат в разные стороны. – Теперь выдохни. Давай, солнце, делаем глубокий вдох. Теперь выдох. Молодец! – разговариваю с ней тоном психолога. – А сейчас просто представь, что мы можем жить свободно, ни от кого не скрывая свои отношения, ни от кого не прячась. Мы завтра же переедем в другую квартиру, и начнем все с чистого листа, слышишь? И без работы ты тоже не останешься, не переживай. У меня свой бизнес, и я обязательно найду тебе достойную должность. – Да? Точно? – смотрит на меня сквозь слезы. – Конечно, родная. Тебе не из-за чего переживать. На школе свет клином не сошелся. Раз уж мы решили кардинально изменить свою жизнь, то и работу тоже поменяешь. Сузив глаза, смотрю в одну точку, и прижимаю ее голову к своей груди. – Ольга ответит за то, что сделала. Уже сегодня! Я проконсультировался со всеми знакомыми юристами и мне ясно дали понять, что я могу смело забыть про имущество, которое переписал на ее тетку. Дачу и машину мне уже точно не вернуть. А еще ей достанется добрая половина моего бизнеса. Не жирно ли? Сидит, наверное, светится от счастья. Но рано радуется. Я до последнего думал: стоит ли мне идти на такой шаг? Или же хрен с ним с этим имуществом. Пусть забирает. Пусть подавится. Но после того, что она сделала, я окончательно решил: раз она идет по головам, то и я буду отвечать ей тем же. Война так война!