Глава 14

Назар выглядел усталым и расстроенным. Понятно — сын единственный, кровинушка. А тут такая история…

— Не обидел, — честно ответила я. — Он клевый, на самом-то деле. При деньгах и возможностях, не зажравшийся мажор, уж поверь, я проверила, — на недоверчивый взгляд своего босса я поиграла бровями, — колку дров прошел на ура, если что. И по мордам полотенцем, мокрым, получил. Другой бы меня в недалекое, матерно-пешее отправил бы сразу. А он нет. Просто… сложная ситуация для него. Представь, приезжаешь домой, а тут такое. Родители разводятся, в доме чужая девка хозяйничает, мама плачется в жилетку, что папа изменник… — Я пожала плечами. — Любой бы психанул.

Назар кивнул, но не поднял глаз от тарелки.

— Мы с ним даже подружились немного, — ещё с большим воодушевлением принялась рассказывать я. — Вот про дрова, кстати. Рубили наперегонки. Ничья получилась.

— На дрова поспорили?

— Ага. Он сказал, что если выиграет, я ему всю правду расскажу про ваши с Еленой Сергеевной дела. А если я выиграю… Вообще-то, я ничего не просила. Глупо получилось.

— Добрая ты, Уля. И простая, как пять копеек. — Назар наконец посмотрел на меня. — А что рассказала ему в итоге?

— Да особо ничего нового. То, что вся деревня знает — про частые визиты к мадам мужиков. Он сам не дурак, все понимает. Просто ему это все нужно было услышать не от тебя.

Мы помолчали. В беседке пахло жасмином и свежескошенной травой. Где-то вдалеке мычала корова — видимо, дядя Петя своих домой гнал.

— Знаешь, — сказала я задумчиво, — он очень на тебя похож. Внешне, конечно, больше в мать, но характер… Такой же упрямый. И когда злится, челюсть так же сжимает. И глаза становятся стальными. Он просто сейчас мечется, не знает, кого поддержать, как правильно поступить. Он может сколько угодно изображать из себя взрослого и независимого, но для детей, пусть даже по сорокету стукнет, родители — это основа мира. А когда основа трещит… — Я развела руками. — Любому страшно. Ведь так?

— Откуда ты такая просветленная? — звучало не обидно, скорее озадаченно.

— Из деревни, — я хихикнула. — У нас либо философски ко всему либо того… прощай кукуха

— У меня с философией не очень, я человек земной.

Назар доел свои голубцы и оставил тарелку в сторону. Откинулся на спинку резной лавки и вытянул под столом ноги. Вроде расслабился, но расслабленным не выглядел. Сложенные на груди руки и острый кадык на шее все равно придавали ему строгий, решительный и постоянно готовый к отпору вид.

— Где там обещанный чай с плюшками? — он мотнул головой, как соседский упрямый телок, когда отбивался от оводов или мух, и снова подался вперёд распрямив спину. — С плюшками же? Или с чем ты там обещала?

— С пирогом, — поправила я.

Аппетит у босса ого какой оказывается. Не то что у мамы был. Мужики ее тоже явно не пожрать приезжали, да и всякое изысканное привозили с собой. А этот прямо как деревенский как будто за двоих готов.

— Сладкий пирог-то? Тоже сама пекла?

— Ну, магазинного нету, да и приглашенных кухарок не завозили. Сама, — я рассмеялась. Потянулась к накрытой тарелке, где дожидались своего часа лакомые кусочки. Я приготовила три, для Игната тоже, но… увы. — Вот, — подхватив аккуратно за бочок один из кусков пальчиками, поднесла ко рту Назара, — пробуй.

Он не смутившись откусил такой кусман, что я едва успела отодвинуть пальцы. Прожевал, делая вид, что пытается распробовать, но я в своих кулинарных умениях никогда не сомневалась. Таким меня не смутишь.

— Добавку, — потребовал босс. Голос как будто снова стал мягче. Всё-таки правда про сытого мужика говорят. На глазах от хорошей еды добреет вот. — И Игната кусок я тоже с удовольствием съем. Не пропадать же добру.

Назар раскрыл ладонь и стал перебирать пальцами, мол гони сюда, что зажала.

— Ты, Улька, если будешь так вкусно готовить я ж лопну. Или мундир лопнет. А мне нельзя. Форма есть форма.

— О, а тут есть отличное противодействие. Утречком, да на речку пешком, потом назад, травку покосить, баньку протопить, так все накопленное и слетит незаметно.

— Изверг ты, Ульяна. Я на работу и так в 5 встаю теперь. Отсюда пока поедешь… А по твоему распорядку можно тогда уж и не ложиться вообще. Так я сдачу незаметно ещё до накопленного. С катушек.

Он округлил глаза, покрутил пальцем у виска и откусил кусок Игнатова пирога.

— Значит лопнуть на повестке не стоит, от пирогов моих. Потому и жаловаться нечего. Ну и? Какой план на выходные? Рыбалка? Банька? Речка? Так и быть, косить траву заставлять не буду.

Назар фыркнул, посмотрел на меня как на инопланетянка и кисло выдал:

— Работа у меня на выходные. Но траву я покошу утром перед. За два подхода успею, раз уж такой диалог. А то потом скажешь я что криворукий, даже с таким плевым делом не справился. В выходные, кстати, мебель привезут. Ты, пожалуйста, побудь здесь для приемки. Сможешь?

— Конечно. Примем и расставим, все как нужно. И раз уж работа, не надо косить, я Митяю накину пару сотенок, он все красиво сделает. Как всегда тогда.

Назар свёл брови, дожевал последний кусок пирога и строго выдал:

— Сказал же покошу. Это, считай, дело чести теперь. А честь мундира никак нельзя запятнать, Ульяна!

Назар сам разлил чай по чашкам и поставил одну передо мной.

— Давай не отлынивай, ты обещала хоть за чаем мне компанию составить.