6

Квартира, которую сняла Лора от её имени, Лее понравилась. Светлая, просторная, сдержанно уютная — ровно настолько, чтобы создавать ощущение комфорта, но не привлекать лишнего внимания. Всё в ней было продумано до мелочей: простая, но добротная мебель, нейтральные цвета стен, минимум личных деталей. Она ничем не выделялась среди десятков других квартир в этом районе — а значит, и особого интереса со стороны службы безопасности не вызовет.

Финансовая составляющая тоже была идеально чистой. Деньги переведены с российского счёта, официально, по договору аренды. Никаких серых схем, никаких подозрительных транзакций. Даже если кто-то решит проверить её, следы будут вести к обычному контракту, заключённому в рамках закона.

Лея шагнула внутрь, неторопливо осматривая пространство, оценивая его с точки зрения работы. Окна выходили на центральную улицу города, соседи не проявляли нездорового любопытства, а главное — располагалась в Центре города, с одной стороны не далеко до здания местного парламента, где Корнев был депутатом, с другой стороны до его городского офиса — рукой подать.

Сам комбинат находился на окраине, в одном из удалённых промышленных районов. С одной стороны, это усложняло к нему доступ, но с другой — играло на руку Лее. В случае необходимости она могла ввести дополнительные элементы в свой план, используя особенности локации. Разные точки наблюдения, возможные пути отхода, места для контактов — всё это закладывалось в её расчёты с самого начала.

Она поставила сумку на стол и прошлась по комнате, ещё раз оценивая каждый угол. Здесь ей предстояло работать. Здесь она будет разбирать Корнева по частям, изучая его жизнь до мельчайших деталей. И когда придёт время, он даже не поймёт, как это произошло.

— Как тебе квартирка, сестренка? — спросила Лора, подсоединяя связь.

— Идеально, — улыбнулась Лея.

— Все материалы по Корневу, которые я смогла найти, на твоем резервном диске, принцесса.

Лея неспеша приготовила себе кофе и вышла на утеплённый, застекленный балкон, откуда открывался вид прямо на административные здания и центральную площадь, сейчас подсвеченную огнями.

— Что думаешь? — спросила она, усаживаясь на мягкую подушку-кресло.

— На этот раз просто не будет, Лея, — вздохнула Лора. — Обрати внимания на его жену — это не тупая амебная домохозяйка. У дамочки интересный путь от девочки на побегушках до начальника отдела кадров и жены генерального директора.

Лея задумчиво постучала пальцем по чашке, прокручивая эту информацию в голове, где уже рисовалась схема всех связей в семье Корневых. Интересный путь всегда означал интересный характер. И, возможно, непростую мотивацию.

— Она работала на предприятии мужа девять лет после свадьбы, — Лея снова сделала глоток кофе, — уходила в декрет дважды, но возвращалась. А потом резко ушла и больше не вернулась. Беременной на тот момент не была. Проблем со здоровьем ни у нее, ни у детей не наблюдалось, так? Что же тогда произошло?

— Таких подробностей, мать, в открытых источниках не найдешь….

— Угу, — Лея провела пальцем по сенсорному экрану, переключая фотографии. Семейные снимки. Официальные кадры, постановочные. Потом более живые, с мероприятий, с корпоративов. Наконец, случайные, те, что ловят людей в естественной среде, когда они не играют роли.

Её взгляд задержался на жене Корнева.

— Красивая баба, даже сейчас в свои 37 хороша, — отметила она, скользя взглядом по кадрам. — Не расплылась, не обрюзгла. Следит за собой явно.

На снимках та выглядела ухоженной, подтянутой, уверенной в себе женщиной. Стильная одежда, сдержанный, но дорогой макияж, взгляд человека, который привык держать себя в руках. Не было в ней той усталости, которая нередко появляется у женщин, растворившихся в семье и бытовых заботах.

— Да уж, амёбой её точно не назовёшь, — протянула Лора. — Вопрос только в том, чего она хочет.

— А что нам известно о самом Владимире? — Лея увеличила его фото на экране и тяжело вздохнула.

— Крепкий мужик, — без эмоций отозвалась Лора. — 47 лет. В середине девяностых приватизировал завод за копейки, но вместо того чтобы распродавать по частям, занялся его восстановлением.

Лея молча слушала, всматриваясь в черты лица на снимке. Резкие линии, глубоко посаженные глаза, напряжённые скулы.

— Связи с криминалом есть, но в пределах нормы, — продолжила Лора. — Отбил пять рейдерских атак — очень уж хотелось некоторым отморозкам прибрать к рукам прибыльный актив. Сейчас активно модернизирует предприятие, увеличивает его рентабельность.

— Значит, умен и упорен, — пробормотала Лея, машинально покачивая головой.

— И это ещё мягко сказано — этот не на отцовских лаврах бизнес строил. Сирота при живых родителях был. Серые схемы ухода от налогов, конечно, в наличии, если хочешь…

— Не хочу, — сразу отрезала Лея. — Не забиваем себе голову тем, что нам не поручено. Это головняк Власова.

Она снова вздохнула, изучая фотографию.

— Нда, сестрёнка, — хихикнула Лора. — Такого в рейтинг красивых мужиков не поместишь.

Лея усмехнулась, но промолчала.

— А уж в сравнении с нашим клиентом…

— Ничего мне не говори, да… — она закатила глаза. — Поменять бы их местами…

Лора рассмеялась.

— Да, вот было бы весело.

Но Лея уже снова смотрела на экран, переключаясь на работу. Внешность — это последнее, что имело значение.

— Эх, Корнев, Корнев, чем же ты так дорогу Власову перешел…. — пробормотала она. — Есть что-то интересное, Лора?

— Вот тут, Лея, полный швах, — фыркнула Лора. — Власов у нас белый и пушистый, что тот зайчик, аж блевать тянет. 41 год, богат, почти до неприличия, поднялся на инновациях в IT-сфере. Но при этом ведёт бизнес абсолютно легально.

Лея приподняла бровь.

— Абсолютно?

— Ну, по крайней мере, официально. Если и есть грязь, то так глубоко, что не докопаться. Хотя, из того, что я про него нашла, видно, что хватка у него крокодилья. Конкурентов он, Лея, ломает через колено. Без жалости.

Лея подалась вперёд, опираясь локтями на стол.

— Ладно, давай дальше.

— Вот дальше уже интереснее. Гражданин он у нас США, Кипра и России. Не слабо, да?

Лея чуть прищурилась.

— То есть с нашей страной у него сейчас связей минимум?

— Именно. Уехал в Штаты с родителями, когда ему было семнадцать. Отец — русский, работал в партии, потом, после развала Союза, в администрации президента. Мать — домохозяйка, но дед по матери — очень серьезный человек из КГБ. После эмиграции осели в Америке. Он сам женился в США на американке, есть сын — 11 лет. Три года назад с женой развелся, однако оставил ей не малое содержание и дом в Лос-Анжелесе. Отношения, судя по всему, сохранили хорошие, с сыном видится регулярно.

Лея медленно качнула головой, переваривая информацию.

— Но так же регулярно он приезжал сюда, — добавила Лора. — С двадцати лет мотался, чтобы навестить бабушку.

Лея скрестила руки на груди, выжидающе глядя на экран.

— И вот тебе, сестренка, первый интересный факт — она у него родом из того самого городка, в котором ты сейчас находишься, принцесса.

Лея невольно ухмыльнулась.

— Значит чисто теоретически, эти двое могут быть знакомы?

— А вот и второй интересный факт, принцесса, — протянула Лора, и в её голосе появилось то особое веселье, с которым она обычно преподносила самые неожиданные находки. — Сильно теоретически — да. Практически? Почти нереально. Парень с детства к бабуле только в гости приезжал, как и его отец, а жил и учился в Москве. Бабка его к Корневу вообще никакого отношения не имеет, никак. В глаза друг друга не видели. Она — почётный учитель, но Корнева среди её учеников не значится.

Лея задумчиво склонила голову, постукивая ногтями по стеклу балкона. Всё было слишком чисто, слишком логично, и это её настораживало.

— Бизнес-интересов у Власова в этой заднице мира тоже не наблюдается, — продолжила Лора. — Он вообще с Россией предпочитает дел не иметь… Но об этом позже. Переводов денежных — никаких, кроме как бабушке любимой. Когда приезжал — у старушки же и жил, никогда себе хату навороченную не снимал.

— Жена? Дети Корнева? Может, ну не знаю: сукой старой они ее на улице обозвали. Машиной сбили….

— Плащ белый забрызгали…. — в тон подруге отозвалась Лора. — Да ничего, Лея, вообще ничего. Никаких связей. Они даже живут далеким далеко друг от друга. Но вот тебе дальше информация к размышлению: я тут малость даркнет пошерстила, базу авиабилетов скачала. Бабуля у Власова скончалась шесть лет назад, тогда он был здесь, но…. хату, сестренка, он не продал.

Лея слегка прищурилась.

— Может, решил оставить на память?

— Ну, возможно, но вот странность: на объявлениях по сдаче я её не обнаружила. Хотя смешно было бы, если бы американский миллионер сдавал бабкину халупу за копейки.

Лея согласилась с этим мысленно. Власов не выглядел сентиментальным человеком. Он не держался за Россию, не тянулся к прошлому. И вот этот факт… он казался неуместным.

— В права наследования вступил и все. Точка, Лея. А потом за эти шесть лет был еще дважды в городе. Последний раз приехал пол года назад. Приехал, судя по всему экстренно — у него в Эмиратах запланирована встреча была — так он ее отменил. А ты сама знаешь, как арабы к такому относятся — это риски не просто в бизнесе, это риски репутацией. Не испугался, отменил, перенес и договорился на позже. И с того момента, сестренка, страну уже не покидал. Я имею ввиду надолго не покидал.

— Все чудесатее и чудесатее…. — пробормотала Лея. — Надо бы посмотреть на это чудо жилье, не думаешь? Не сейчас, конечно, позже. Когда освоюсь немного здесь, примелькаюсь. Что же это за квартира такая, за которую Власов так держится…. Может там унитаз золотой?

Лора в трубке подавила смешок.

— Который Корнев у него спер?

— Да хер их разберешь…. — пробормотала Лея. — Из-за чего могут сцепиться таких два бульдога, а Лор? Тем более в бизнесе они явно дорогу друг другу не переходили….

Она привыкла к простым схемам — деньги, влияние, бизнес. Всё можно было разложить на понятные мотивы. Но эта история была слишком личной, слишком скрытной. Она чувствовала это кожей.

— В голову приходит один мотив, Лея, — помолчав, ответила Лора. — Ищем женщину….

— Аналогичная херня в голове, — призналась Лея. — Но кто она? Любовница? Смешно. Ни тот, ни другой на роль героя-любовника не тянут. У Корнева четыре года назад выборы были — ни одного скандала, бля…. Как по маслу в областную думу заскочил. Да и меня наняли, чтоб его семью разрушить, уничтожить. Будь в деле любовница…. Не сходится. А Власов вообще свободен як ветер в поле, давно б уже охомутал, если б было кого. Херня какая-то получается. Ладно, — Лея вздохнула и ушла с балкона, — скажи, что у нас по встречам?

Лора тихо хихикнула в телефоне.

— Знаешь, какой грех, сестренка, я люблю больше всего?

— Знаю, я его тоже люблю — гордыня.

— Вооот! Ни один не отказал! Завтра вышлю тебе график встреч на неделю. Ну, дорогая, понеслась душа в рай!