9

Лея раздражённо бросила на стол в кухне пакет с доставленными продуктами и ужином, затем достала бутылку белого вина, резко открутила крышку и налила в бокал. День вымотал её до предела, и сейчас единственное, что хотелось, — это хотя бы пару часов не думать, не анализировать, не просчитывать ходы.

— Лора?

— Лея, — тут же отозвалась сестра. В её голосе уже слышалась привычная насмешка, но Лея могла поспорить, что та одновременно открывала какой-нибудь новый файл и что-то проверяла. — Как твоё всё херово?

— Без изменений, — Лея с удовольствием вытянула уставшие ноги на диване и сделала глоток игристого вина. Холодное, лёгкое, оно приятно разлилось по горлу, но облегчения не принесло. — План «Крепость» в действии. Ни одной слабой бреши… Да ещё это несчастье… — она откинула голову на подушки, закрывая глаза. — Как по заказу.

Лора на другом конце связи ненадолго замолчала.

— По десятибалльной шкале говна на сколько?

— На сотню, — пробурчала Лея, покачивая бокал в руке. — По моим оценкам, Мария среди его псов была самой вменяемой. Но… как на грех…. Надо же… Она теперь надолго из игры выбита.

— Всё настолько плохо? — голос Лоры посерьёзнел, в нём уже не было привычной насмешки.

— У девочки закрытая черепно-мозговая, Лор. Она вот уже десять дней в реанимации. Мать при таких раскладах, сама понимаешь… — Лея тяжело выдохнула, прикрывая глаза. — С одной стороны, тылы Корнева в парламенте оголены, пока он ещё помощнице замену найдёт. С другой… дети…

На этот раз обе замолчали. Долгая пауза повисла между ними, тяжёлая, давящая. Это уже выходило за рамки стандартных схем.

— Думаешь… — вдруг откашлялась Лора.

— Если этому будут подтверждения, Лора, — холодно отчеканила Лея, — мы выходим из игры. Мы разрушаем жизни, но не убиваем детей, Лора.

— Согласна, — так же зло ответила подруга. — Я найду все по этому происшествию.

— Да, я хочу знать. И….

— Сколько?

Лея на секунду замерла, а затем, поджав губы, кивнула сама себе.

— Сама посмотри. Можно провести через один из благотворительных фондов города… Придумай что-нибудь. Но так, чтобы к нам никаких следов.

Лора защёлкала пальцами по клавиатуре, быстро вбивая данные, просматривая доступные варианты.

— Думаешь, Корнев не поможет? — внезапно спросила она. — Неужели настолько стальной?

— Он её вчера уволил, Лор, — Лея потерла переносицу и горько усмехнулась. — С выплатой всех премий и матпомощью. Уволил человека, который работал на него десять лет… Просто слил в утиль. Даже не лично, а через помощников приказ передал.

Лора на секунду замолчала.

— Уебище! — выдала она. — Знаешь, в такие моменты я теряю всякую жалость.

— А она у тебя есть? — ухмыльнулась Лея.

— К тебе, сестренка. К детям…. К… — Лора запнулась, — к тем, кто не виноват в своей беде…

— Лора…. — Лее внезапно захотелось обнять далекую сестру, обнять так же крепко, как она обнимала ее в далеком детстве, когда два хрупких тонких тельца лежали в одной кровати в темной комнате приюта, глотая слезы и утешая друг друга. Две оставленные людьми девочки, две сломанные судьбы.

— Всё, хватит, принцесса, — одёрнула их обеих Лора, но голос её был подозрительно хриплым. — Смотри, Мария Коновалова запросила помощь в фонде «Сердца». Я перевела полную сумму плюс немного накинула сверху. Хватит на все исследования, даже если малышку в Москву повезут.

Лея молча выдохнула, чувствуя, как напряжение в груди слегка ослабло.

— С тобой связи никакой — всё сделано через московский фонд и наш офшор на Кипре. Заебутся концы искать, принцесса.

— Спасибо, Лор… — тихо пробормотала Лея.

— Давай теперь по этому козлу, — моментально вернула её в реальность сестра.

— А что по козлу? Работаю, — Лея усмехнулась, потянулась за бутылкой, но передумала и просто покрутила её в руках. — Раз не получается найти подход через помощников, пошла обходным путём. В районной газете «Наш район» не сегодня-завтра будет большая статья о старожилах комбината и самом заводе.

— Фотографии твои?

— Мои. Издалека работала — к самому заводу меня хер подпустили бы. Но фотографии — отпад, сама в оргазме. Бля, сколько бабла просто дарю этим придуркам местным СМИшникам.

— Ну, хоть какая-то польза от твоей официальной работы, — хмыкнула Лора. — Стариков красиво сняла?

— Не то слово. Кстати, пока снимала их, много нового про этого ублюдка узнала.

— О, ну-ка, рассказывай, — голос сестры стал предвкушающе-хищным.

— Все сходятся в одном — безэмоциональный робот. Голоса не повышает, но, мать его, у него даже стружка от деревьев строем ходит. Из себя выходит крайне редко, почти никогда. Лёд и сталь. Но! Интересный нюанс: Танечка его, женушка, как оказалось, сука редкая. Хищница. Когда устроилась к нему на работу, не гнушалась по головам идти, приближаясь к нему шаг за шагом. Долгое время работала бок о бок, в отделе кадров. Даже в декрет уходила всего на полгода-год максимум. И… восемь лет назад она уходит. Но не просто, Лор, не просто.

Лея сделала паузу, наслаждаясь эффектом.

— Владимир её сам увольняет. Нет, внешне — всё чинно, мирно, пошла, мол, семьёй заниматься, но слухи… Их мне три старичка подтвердили.

— Слухи, говоришь? — Лора тут же зацепилась за её слова. — Какие именно?

— Что-то там было, Лор. Что-то такое, что вынудило его убрать её с комбината. Причём без лишнего шума, без скандалов. Всё обставили, как добровольный уход, но если покопаться — оно чувствуется, понимаешь?

Лора замолчала, явно уже перебирая в голове возможные версии.

— Ты хочешь сказать, что тогда произошла какая-то хрень, но об этом никто не говорит вслух?

— Именно. Он с ней не развелся, через год она снова забеременела третьим ребенком, про измены вообще никто даже не заикается — с этой стороны он вообще идеален. Но смотри, все упирается в этот период 8−6 лет назад. Лора, не знаю как, вскрой архив, но найди мне все, что происходило с комбинатом в этот период. Слухи, судебные дела, просмотри газеты, все, что касается работы комбината в этот период. Сдается мне, что этот период и есть наша загадка.

— Хорошо, поняла. Уже легче, не надо все года перерывать. А что ты?

— А что я? План «Перехват», похоже, вводить придётся.

— Рискованно…

— Варианты?

— Ну да…

Лора помолчала, явно обдумывая сказанное.

— Лея…

— Что?

— Тут Власов…

— Что с ним не так? — Лея отпила вина и, не задумываясь, налила себе ещё.

В трубке послышался короткий смешок.

— Я согласие на работу от твоего имени отправила ему.

— Хорошо.

— А он отправил десять тысяч.

Лея замерла с бокалом в руке.

— Что? Совсем долбанулся?

— Написал: «Цветы для принцессы Леи».

Лея несколько секунд переваривала услышанное, а потом медленно выдохнула.

— Вот ведь…. Хан Соло недобитый! Верни, Лора. И заблокируй от него все поступления до момента расчёта по сметам. Не нравится мне всё это…

— Уже делаю, принцесса, — Лора защёлкала по клавиатуре. — Но знаешь, ты ему, кажется, реально интересна.

— Да ну? — Лея усмехнулась, но в её голосе не было веселья. — Лора, я ему интересна ровно настолько, насколько ему нужно, чтобы я ему была интересна. Все, сестренка, готовимся, у нас непростая задача.