Глава 36

Вероника

Кабинет адвоката большой, светлый, с панорамным окном. На стенах висят дипломы, грамоты, свидетельства. На столе ничего лишнего. Ноутбук, стопка бумаг, стакан с ручками.

— Присаживайтесь, — она кивает на стул напротив, а сама смотрит так, словно читает мои мысли.

Я сажусь. Кладу руки на колени. Спина прямая, плечи расправлены. Я готова к этому разговору.

Вера Павловна смотрит на меня через стол. Молчит несколько секунд. Изучает.

— Ну что ж, Вероника Игоревна, я готова вас выслушать. Из того, что мы уже обсудили с вами по телефону, я сделала некоторые выводы, но мне нужны детали. Что у вас стряслось и почему вы хотите развестись? Скажу сразу, что не всегда измена является поводом для развода.

— Что вы имеете в виду?

— Именно то, что говорю. Многие приходят с желанием развестись, но проходит несколько дней и заявление забирают. Люди часто подвержены влиянию чувств.

— Это не мой случай, — уверенно отвечаю я, делаю глубокий вдох и начинаю. — Мой муж не просто изменил мне. Он сделал это прямо на рабочем месте. В рабочее время. С пациенткой, муж которой ждал ее в своей машине у клиники.

Она кивает, как будто слышит подобное каждый день.

— И я уверена, что это не первая его измена. Но первая, которую я застала лично. После того, как…, — я запинаюсь, но беру себя в руки. — После того, как я застала их, случился инцидент. Медицинский инцидент. Он... они... не могли разъединиться. Пришлось вызывать врачей.

Вера Павловна поднимает одну бровь.

— В каком смысле не могли разъединиться?

— В прямом, — я смотрю ей в глаза. — Он застрял в ней. Пришлось вызывать гинеколога и уролога. Вся больница была в курсе ситуации.

Она молчит секунду. Потом усмехается. Не злорадно, скорее с иронией.

— Значит, расплата за содеянное застала его прямо в процессе? А ваш муж тот еще “везунчик”.

— Вы правы. Об этом случае будут долго говорить. И далеко не самые приятные вещи.

— Знаете, подобная ситуация облегчает дело, — говорит она. — Ни один судья не будет на стороне мужа, который устроил такое на рабочем месте. Он будет виноват в содеянном в любом случае.

— Мне не нужно признание его вины, — качаю головой. — Мне нужен развод. И справедливый раздел имущества. И чтобы он больше меня не беспокоил.

— Не беспокоил? — она прищуривается. — Он вас преследует?

— Не преследует, но…, — я задумываюсь. — Он не хочет разводиться. Или делает вид, что не хочет. Он будет препятствовать этому.

— С чего вы это взяли? Иногда мужья…

— У нас был разговор после этого случая. Он сказал, что хочет от меня ребёнка. Что он согласен на ребёнка, которого я так давно хотела, — горло сдавливает.

Вера Павловна снова усмехается.

— Это стандартная тактика, — говорит она. — Мужчины в безвыходной ситуации часто предлагают завести детей, как будто это способ склеить разбитое. Своего рода волшебная пилюля, которая исправит все. Которая излечит вас и ваши отношения, но это не так.

— Я отказалась. Я не хочу от него детей после того, что он сотворил.

— Вы все правильно сделали, — кивает она. — Ребёнок — это не лекарство, и не клей. И не способ удержать женщину.

Она открывает ноутбук, что-то печатает.

— Давайте по порядку. Какие документы у вас есть? Свидетельство о браке?

— Нет. У меня только паспорт. Я приехала к вам прямо с работы, — я кладу на ее стол паспорт.

Вера Павловна просматривает, кивает и делает копию.

— На сегодня этого будет достаточно, но в следующий раз вам нужно будет собрать весь комплект документов. Сможете?

— Да. Конечно.

— Отлично. Значит так. Ваша ситуация нестандартная. Я бы даже сказала, что она пикантная, но не сложная, — объясняет она. — Супружеская измена, публичный скандал, отсутствие детей, нажитое имущество. Всё это ваши козыри.

— А он? — спрашиваю я. — Какие у него козыри?

— Он мужчина, — она пожимает плечами. — В нашей стране это автоматически не является козырем, но иногда судьи... в общем, не будем загадывать. У вас есть доказательства?

— Какие? — я растерянно моргаю.

— Доказательства его измены. Свидетели? Видео? Скриншоты переписки?

Я смотрю на неё и понимаю, что они у меня есть. Я совершенно забыла, но они есть. У меня есть самые настоящие доказательства его предательства. Не только то, что я видела своими глазами, не только крики, не только шёпот медсестёр. Но и нечто важное. Фотографии.

— Я могу достать показания чуть ли не всей больницы, — говорю я уверенно. — И у меня есть… фотографии. Я сделала их в тот день, когда застукала их вместе.

— И на них…, — Вера Павловна вопросительно изгибает бровь.

— На них мой муж и его любовница. В процессе…

— Вероника Игоревна, я вам поражаюсь, — она откидывается на спинку стула, сплетая пальцы рук в замок. — По всей видимости, профессиональный врач в вас никогда не дремлет, и умеет принимать хладнокровные решения. Многие женщины своего имени не могут вспомнить в таких ситуациях, а вы не просто сделали фотографии, вы мыслили иначе. Как настоящий врач. Так что теперь можете ничего не бояться. Мы сделаем все, чтобы вас не только развели, но и чтобы ваш муж выплатил вам немалую компенсацию за содеянное.

Странно слышать от адвоката: “не бойтесь”. Но я киваю.

— И что я должна делать дальше? — спрашиваю я.

— Особо ничего. Я подготовлю исковое заявление в суд, раз ваш супруг против развода. Соберу документы, запрошу свидетельские показания, данные с камер. Думаю, через несколько дней мы сможем подать в суд.

— И вы думаете, что мой муж спокойно отнесется к этому, когда получит уведомление?

— Скорее всего нет. Он будет вне себя от ярости, — она складывает руки на столе. — Но это не страшно. Его эмоции — его проблемы. А суд — не поле боя, это процесс. А в процессе главное не эмоции, а факты. И в вашей ситуации факты на нашей стороне.

— Спасибо, — говорю я.

Она кивает.

— Приходите через два дня, и не забудьте принести с собой документы.