Глава 6. Она

Разумеется, я ругала себя.

Зачем позвонила?

Только сделала хуже и показала свою уязвимость перед этой наглой девчонкой, похожей на Русалку. Я закрываю глаза и вижу ее в воде, как она плавает в бирюзовой воде, может быть, в бассейне, как ее светлокожее тело легко и свободно рассекает водную гладь, волосы потемнели, стали оттенка темной меди. И только ее глаза все такие же большие, как у рыбы.

По коже бежит холодок.

Вот точно, рыбина она, а не Русалка.

И никакая она не золотая рыбка, нет…

Просто холодная, расчетливая рыбина!

Подсуетилась, наверное…

Пока я была не в себе и не подпускала к себе мужа. Голодного до секса мужчину подцепить легко и…

Поняв, куда заносят меня мысли, я сердито встаю и начинаю ходить по комнате, потом долго плещу в лицо ледяной водой, чтобы остыть, чтобы замерзнуть и выгнать из себя эти мысли.

Смотрю в зеркало на свое отражение, губы шевелятся, я едва слышу свой голос:

— Ты же не серьезно, Лера? Нет. Хватит… Ты не будешь искать оправдания его измене! Не будешь.

Отражение молчит.

Оно или отказывается показывать мне меня или просто я замолчала, оборвав слова.

Как во сне, поднимаю руку и бью по зеркалу. В руке оказывается бутылочка дорогой сыворотки в красивом, толстостенном пузырьке.

От удара зеркало ползет трещинами, мое отражение разлетается на куски.

Хоть какой-то выплеск.

Один из осколков поранил кожу. Я отбрасываю осколки бутылки в сторону и отправляюсь в спальню.

Но находиться здесь я больше не в силах.

С омерзением смотрю на супружескую постель: как Стасу хватило совести и наглости ложиться со мной в постель после того, как бывал с ней?

Не раз и не два…

Долгие несколько лет он жил на две семьи!

В одной растил крохотного сына и наслаждался изгибами тела сочной, молодой любовницы.

В другой семье пожинал плоды долгой, успешной, сытой жизни: красивые званые обеды и ужины, сын-молодец, жена с хорошим образованием и знанием трех иностранных языков. На все приемы, вечера мы ходили вместе, я могу поддержать беседу на многие темы… Он мной гордился и, когда в мой адрес шли комплименты, выглядел так, словно выиграл эту жизнь.

И на этой постели… И за ее пределами… Мы проводили много часов вместе.

Секса стало меньше, чем раньше, но он не исчез из нашей жизни насовсем.

Я знаю несколько пар, в которых партнерам чуть больше сорока, но они почти не занимаются сексом. У меня в голове не укладывается такой вариант…

Вернее, не укладывался ранее.

Теперь мне противно…

Лучше бы не было этих ночей в объятиях друг друга.

Лучше бы наши чувства не перетерпели вторую весну и не обрели новое дыхание после сложного периода!

Подлец, лицемер! Двуличная скотина…

Меня затрясло от приступа черной ярости, перед глазами будто повисла красная пелена.

Я опомнилась, только когда поняла, что изрезала канцелярским ножом одеяло и простынь с его стороны кровати, воткнула нож в его подушку.

Пальцы разжались. Пот заливает глаза.

Жарко, нечем дышать…

Я вышла и легла спать в гостиной.

Не думала, что усну, но едва голова коснулась подушки, как я сразу же уснула.

Спасибо, боже, что без сновидений.

***

Просыпаюсь от того, что мою щеку что-то щекочет.

Легкое и невесомое, словно перышко.

Но это не перышко.

Плюс знакомо и тепло тянет мужским парфюмом.

Открываю глаза и вижу лицо мужа, склонившегося надо мной.

Все еще любимое лицо. Пусть теперь я считаю любовь к нему сорняком, но не получится выполоть его с корнем и избавиться по щелчку пальцев. Люди не роботы , а их чувства невозможно включить или выключить нажатием кнопки питания.

— Доброе утро, — муж смотрит на меня с… нежностью?

Она лучится из его серо-зеленых глаз и направлена на меня.

На миг я опешила.

Все как раньше.

Будто не было вчерашнего дня, вечера, ночи…

Словно это был лишь плохой сон.

Снова то самое, немного щекочущее прикосновение.

Оно касается моего лба, спускается по виску, легонько скользит через всю щеку и ласково дотрагивается до губ.

Между пальцев Стаса зажат лепесток белой розы, которым он меня трогает.

Может быть, мне все это приснилось — рыжеволосая Русалка с рыбьими глазами, ее гадкий сын, измена и предательство мужа…

Что, если все это было лишь сном?

Но потом боль в ладони дает о себе знать. Небольшая, но глубокая, еще не затянувшаяся ранка пульсирует легкой болью.

Я поразила вчера руку, разбив зеркало поздним вечером. После того, как узнала о предательстве моего мужа.

Значит, не сон.

Увы.

— Почему ты спишь здесь? — спрашивает муж.

Потом я отмечаю еще одну деталь — муж во вчерашней одежде. Я сама гладила ему эту рубашку, она сильно замята, словно он спал в ней, не снимая, брюки тоже выглядят мятыми.

Значит, было.

— Наверное, потому же, почему ты не ночевал дома, — отзываюсь я хриплым голосом.

Он осел после вчерашних бурных слез и долгого сна.

За окном — светло.

Стас выпрямляется.

— Я заехал в твоё любимое кафе. Дай мне пять минут, чтобы освежиться, и мы позавтракаем. И вот это, кстати говоря, тебе.

Рядом с диваном стоит корзина с цветами.

Мои любимые.

Из большого крафтового пакета с логотипом популярной кофейни вкусно тянет напитком и выпечкой.

Присев на диване, поправляю сползающую бретельку сорочки. Она упала вниз, обнажив верхнюю часть груди. Муж мгновенно скользит взглядом и привычно тянется ко мне.

Это все так знакомо, что на миг кажется, сейчас он поцелует меня и немного приласкает, чтобы раззадорить. Будет тепло и влажно, вкусно от его поцелуев…

Но потом я прогоняю морок желаний, которые больше не следует связывать с эти лжецом.

Он для умер, как муж и любовник, и точка.

Его губы встречают мою ладонь, я отталкиваю Стаса, процедив:

— Русалка тебя плохо трахает? Пришел голодный…

Он замирает и вздыхает.

— Мдааа… А я-то думал, ты немного остынешь, и мы сможем поговорить, как взрослые, адекватные люди. Но ты продолжаешь играть в обиженку-двадцатилетку! И что прикажешь делать мне?

— Убраться из этого дома. Немедленно.