37

Фрейган Кардар всё-таки не сдержался. В последнюю минуту отдал приказ сильнейшим бойцам Пламенеющих присоединиться к ребятам Клеуса, хотя должен был лишь открыть порталы для наёмников. И вот итог. Распоряжение из Совета кланов жгло пальцы. Не в силах смотреть, как бумажка дрожит в руках, Фрейган опустил её на стол и снова перечёл написанное, не веря своим глазам. Каждый пункт раз за разом. Компенсация золотом или кровью — Пламенеющие должны выплатить сумму, за которую можно было бы отстроить треть замка, или по древнему обычаю передать клану Каменных на воспитание десяток детей из самых знатных родов. Сильнейшие бойцы клана лишатся крыльев — на них наложат контролируемый магией запрет на оборот. Пятитилетняя изоляция — запрет на торговлю с другими кланами, брачные союзы, обмен магическими артефактами. И последний камешек в этом кургане — ритуальная подпись — "Голос Пламенеющих умолк на Совете до очищения имени". Фактически это означало, что Фрейган больше никогда не ступит в Белый дворец Совета. Клан очистит своё имя, только когда у него сменится лидер. Не в силах больше сдерживаться, Кардар зарычал. Звериный рык разнёсся на весь этаж, заставляя слуг вздрогнуть. Он остался без воинов, без союзников, без дохода! И альянс с когтями теперь невозможен из-за брачного запрета. И всё из-за упрямства этой бескрылой, его бывшей жены! Кардар вскочил, чуть не опрокинув стол. Швырнул кресло в стену так, что оно разлетелось на части. Схватил стеклянную сферу, собираясь грохнуть её о пол, но так и замер, тяжело дыша и постепенно успокаиваясь. Должен быть выход. Ещё не всё потеряно. Ещё есть один шанс вернуться на вершину драконьего мира. Он бережно опустил сферу на стол и дрожащими пальцами вызвал Нирвейн — замок серых плащей. Дым в сфере заклубился, постепенно собираясь в узнаваемые очертания: голова и плечи, укрытые плащом. Капюшон наполовину скрывал лицо говорящего, но Фрейган его сразу узнал — тот самый, что приходил к нему в день, когда пропала Ри. Не этот ли гадёныш помог ей сбежать? Зубы сжались, но Кардар с усилием расслабил челюсть. Туманные — его последняя надежда. — Приветствую, раэн, — голова в капюшоне почтительно склонилась. — Чем обязаны? — Я хотел узнать, — хриплым голосом проговорил Фрейган, опираясь о стол и нависая над сферой. — Мой ребёнок. Что вы увидели? Он может быть Возрождённым? Туманный не спешил с ответом. Заговорил лишь тогда, когда Кардар готов был уже разнести проклятую сферу от ярости. — Нет, не думаю. Фрей чуть не взвыл. — Проверьте ещё раз, — требовательно прорычал он. Голова в капюшоне медленно кивнула. — Хорошо, но только когда ребёнок уже появится на свет. Кардар запрокинул голову, с облегчением уставившись в потолок. Может, ещё не всё потеряно. — Мы придём для повторной проверки через семь лун. — Семь — озадаченно повторил Фрей. — Это слишком рано. Мой наследник родится не раньше восьмой луны. Его собеседник приподнял подбородок. Пепельные глаза, выглянувшие из-под края капюшона, пронзили Кардара. — Этому ребёнку предстоит родиться в свой срок, ровно через семь лун. Если, конечно, ваши женщины не носят дитя на месяц дольше прочих. Лицо Туманного оставалось бесстрастным, но Фрею казалось, что его взгляд стал издевательским. Семь лун. Вот, почему этот ребёнок рос так быстро. Он был зачат, когда они с Каливен ещё даже не были знакомы. Ничего не отвечая, Кардар медленно положил руку на сферу и с силой сжал пальцы. Тонкое стекло со звоном лопнуло. Фрейган не почувствовал боли. Он смотрел перед собой, но не видел ни как рассеивается дым, ни как струйки крови стекают на покрытый осколками стол. С тем же отсутствующим взглядом он вышел из кабинета, направляясь в покои Каливен. Ей достаточно было одного взгляда на него, чтобы всё осознать. Мораск, прирождённая убийца, кошкой метнулась к выходу, на ходу отправляя в любовника отравленный кинжал. Сталь чиркнула по его плечу, распоров рукав и царапнув кожу. Но Каливен не учла одного — она потяжелела и уже не могла двигаться так же ловко, как раньше. Кардар нагнал её в два прыжка, смял магическую защиту, схватил за волосы и подтянул к себе, борясь с желанием сразу свернуть тонкую шейку. — Кто? — процедил он сквозь зубы. — Кто отец ребёнка? Кали издала хриплый смешок, пытаясь выкрутиться из захвата. — Наш, из когтей. Такой же подонок, как и ты. Тоже всё обещал жениться, да так и не собрался. Фрейган с отвращением оттолкнул её от себя, и Кали повалилась на пол. Как он мог довериться когтям? О чём только думал? Голова закружилась. Мораск, глядя на него снизу вверх, ухмыльнулась. — Каково это, Фрей? Яд блокирует твою магию. Ещё немного, и ты станешь абсолютно беспомощным, как обычный человек. Кардар вдруг оскалился. Да, его личная магия будто отмирала. Но ещё оставался перстень с силой клана. Он вытянул руку над бывшей любовницей. Струя пламени вылетела из камня, опоясывая её шею. Кали схватилась за горло руками. — Идиот, — прошипела она. — Причинишь мне вред — наживёшь себе во враги весь мой клан. Ты забыл, кто мой отец? — Что ты, — спокойно улыбнулся Фрейган. — Конечно же, нет. Мораски — правая рука раэна Чёрных Когтей. Думаю, ему будет очень интересно узнать, какие альянсы вы заключаете за его спиной, чтобы занять место правящей семьи. Боюсь, твоему папочке скоро станет не до тебя. Кали испуганно схватила воздух ртом. Огненная петля на её шее затянулась туже и ярко вспыхнула, высасывая магические силы и перекачивая их владельцу перстня. Кардар зловеще улыбался до тех пор, пока узоры двух кланов на теле Каливен не исчезли, а сама она не повалилась на пол ослабевшей тряпичной куклой. — Каково это, быть абсолютно беспомощной, как обычный человек? — бросил Фрей. — Ты и твой ребёнок можете поселиться на землях Пламенеющих или отправляться в бездну. Мне всё равно. Перешагнув через неё, он вышел из комнаты, не понимая, куда идти и что делать дальше. Ноги сами привели его в спальню. В ту, что когда-то была их с Ри убежищем от всех проблем сурового мира драконов. Внутри бродила чужая магия, но Фрей рухнул на кровать лицом в подушки совершенно без сил. С силой втянул воздух, надеясь хоть на миг вернуться в то время, когда всё ещё было хорошо. Когда Ри ещё была рядом. Тщетно. Здесь не осталось даже её запаха. Подушки заглушили яростный вопль боли. Словно отвечая на крик, в ванной со гудящим звоном лопнула труба. Вода с плеском полилась на пол. Фрей даже не шевельнулся. Один. Без наследника. Отравленный Чёрными Когтями. В гниющем замке, который заливает вода. Воинов лишили крыльев. Слуги разбежались или подкуплены врагами. Часть элиты абсолютно беспомощна, другая — строит заговоры за спиной. А в сердце дыра размером с обычного человека. Девушку. Маленькую, хрупкую. Виноватую лишь в том, что всегда стремилась ему угодить. Слишком нежную для драконьего мира, слишком простую. Он считал это её слабостью, а оказалось, что в этом была сила, державшая его мир в порядке. И её уже не вернуть. Ничего не вернуть. "Ты проиграл, Фрей, — издевательски журчала вода за стеной. — Это конец. Ты проиграл".