Глава 34

Я осела на рядом стоящее кресло. В ушах стоял гул. Мир вокруг потерял чёткость, в висках стучало одно только слово.

Беременна

Опустив голову, я уставилась в свои сцепленные на коленях руки. По ним всего час назад струилась «Алая Лента», питавшая мои мечты о свободе. А теперь… теперь в моём собственном теле росла самая прочная цепь, какую только можно было придумать.

Райден никогда, никогда не даст развода, узнав о наследнике. Он годами строил карьеру, закалял себя в боях, отвоёвывал положение, и всё ради чего? Ради того, чтобы передать это кому-то. Империя, титул, земля, дракон – всё требовало продолжения. Я для него всего лишь драгоценный инкубатор, как сосуд для своего продолжения, и он запрёт меня в своём замке под присмотром дюжины лекарей и стражников.

Оранжерея, цветы, моя крошечная свобода, мои планы сбежать, найти себя в этом мире – всё это останется только в мечтах. Меня снова превратят в вещь. В самую ценную и самую охраняемую вещь в его коллекции. И я должна буду снова видеть его любовниц, снова чувствовать этот холод в его взгляде, снова терпеть его прикосновения, теперь оправданные «необходимостью продолжить род».

Нет. Нет, нет и ещё раз нет.

Сердце в груди сжалось. Страх отступил, а за ним поднялось яростное сопротивление. Я сжала кулаки и подняла голову, встречая взгляд Лоренцо.

– Я расскажу вам всё, что вы хотите знать, – ответила я сдержанно. – Все ответы. Откуда я и что умею. Но у меня есть одно условие.

Архимаг молчал, только бровь удивлённо приподнялась. – И какое же?

– Райден ничего не должен знать о ребёнке.

Лоренцо медленно покачал головой. – Мили Азалия, не знаю, как вы себе это представляете. Он ваш законный супруг. Рано или поздно это станет очевидно даже без магии. Скрывать подобное… задача из области фантастики.

– Я предлагаю вам договор, – продолжила я. – Моя признательность, помощь и сила, а вы помогаете мне развестись с Райденом.

Лоренцо изучал меня, как редкий экспонат.

– И чем же сможет помочь мне беременная женщина-разведёнка, лишённая покровительства мужа и, следовательно, всякой социальной защиты? – спросил он безжалостно. – Меня интересовала аномалия. Сила. Теперь же ваша ценность… заметно снижена.

Его слова обожгли, как пощёчина. Но именно эта холодная жёсткость подстегнула меня.

– Уверены? – я встала. – Как бы вам потом не пожалеть о своих словах. Моя беременность вас не касается. А то, что я могу вам дать – знания из другого мира, сила, которая вас так заинтересовала, — всё это станет вам недоступным после отказа. Так что не надо строить из себя торговца скотом, оценивающего только упитанность коровы. – Я сделала шаг вперёд. – Просто скажите: принимаете вы моё предложение или нет?

– Если нет, – продолжала я, не давая ему опомниться, – то думаю, мы с вами больше не увидимся. Потому что, если вы проговоритесь Райдену, он заточит меня в своём замке, чтобы обеспечить безопасность долгожданному наследнику. И доступ ко мне, а значит, и ко всем моим тайнам, для вас будет закрыт навсегда. Вы этого хотите?

Это был блеф. Отчаянный, безрассудный блеф. Но иного выхода у меня не было.

Лоренцо смотрел на меня ещё несколько секунд. Потом губы его снова сложились в ту тонкую складку. – Вы оказываетесь… интереснее, чем я предполагал. Что ж. Я подумаю над вашим предложением. А сейчас вынужден с вами распрощаться. Война, знаете ли, не ждёт.

Он не стал ждать моего ответа. Взмахнул рукой, и воздух вокруг него вдруг заискрился, засверкал, сгустившись в мерцающий кокон из переплетающихся светящихся нитей. Он начал сжиматься, становясь всё ярче и плотнее, и с тихим, подобным хлопку звуком – схлопнулся . На том месте, где только что стоял архимаг, осталась лишь лёгкая рябь.

Я впервые видела такую магию – мгновенное, бесшумное исчезновение, но у меня не было сил удивляться.

Я боялась, что архимаг расскажет обо всём Райдену… Мысль о возвращении в замок, под унизительные и злорадные взгляды прислуги, к холодному пренебрежению мужа вызывала только отторжение.

Мне нужен был совет.

Я вышла из гостиной в прихожую. – Элиас! – позвала парнишку. – Запрягай повозку. Самую быструю лошадь. Мы едем.

Из кухни вышла Мирта, вытирая руки. – Мили Азалия, сейчас уже вечереет. Да и слухи ходят, неспокойно в лесах после тех нападений на границе. Опасно путешествовать.

– Всего час. Хочу прогуляться, – отвтеила я, накидывая плащ. – Вряд ли какая-то опасность приключится за такой короткий срок.

Мирта покачала головой, но спорить не стала, только смотрела на меня с безмолвным укором и тревогой.

Я остановилась и повернулась к ней. – Мирта. Скажи мне… что в вашем мире считается самым непростительным, позорным поступком для замужней женщины? Таким, из-за чего муж обязан дать ей развод?

Мирта замерла. Её глаза округлились, а лицо побледнело. – Мили Азалия… Что это вы надумали? – прошептала она. – Нельзя даже думать о таком! Это же…

– Ответь, – потребовала я.

Старая экономка облизнула пересохшие губы, оглянулась на пустой коридор и наклонилась ко мне, снизив голос до шёпота, полного ужаса: – Измена, детка. Публичная, доказанная измена. Да ещё если… – она замялась. – Если что? – Если ребёнок окажется не от законного мужа. Это величайший позор для всего рода. Такую жену могут не просто выгнать – её могут… изгнать из общества навсегда.

Я даже замерла от потрясения.

– То есть ты хочешь сказать сам генерал мне может изменять, а если я это сделаю, то опозорюсь?

– Так устроен мир, – кивнула Мирта.

– Что за двойные стандарты, – я скривила губы от несогласия.

– Мили Азалия, пообещайте, что не натворите глупостей.

– Нет, конечно. Мне это совершенно не за чем, – заверила я экономку.

Но если останется только этот вариант, то я сделаю так, чтобы Райден думал, что это не его ребёнок.

Цена была чудовищной. Но на кону стояла не просто свобода. На кону стояла жизнь – моя и того крошечного, ещё не осознанного существа внутри меня. Жизнь, которая не должна была стать разменной монетой в амбициях драконьего всадника.

– Спасибо, Мирта, – тихо сказала я и вышла на крыльцо, где Элиас уже заканчивал запрягать лошадь.