Глава 35

Дорога к Совиному кургану пролетела в молчании. Я не слышала скрипа повозки и топота копыт – только гул в ушах и лихорадочный стук собственного сердца. Элиас, бросив на меня пару тревожных взглядов, не решался заговорить.

Ильма, как всегда, была на крыльце, будто ждала. Увидев моё лицо, она не удивилась, лишь кивнула и отодвинула котелок с травами, который сушила на ступеньках.

– Заходи, дитя. Вижу, ветра в душе твоей разыгрались нешуточные.

В хижине пахло дымом, сушёной мятой и покоем – тем самым покоем, которого я так отчаянно искала.

– Я… научилась слушать, – наконец выдохнула я. – Землю. Растения. Чувствую силу.

Ильма медленно кивнула, и в её тёмных глазах мелькнуло что-то вроде гордости, быстро сменившееся привычной суровостью. – Вижу. От тебя теперь светится, как от молодого ростка на весеннем солнце. Садись. Рассказывай.

Она налила в глиняную кружку густого травяного чая и сунула её мне в руки. Тепло сосуда немного вернуло ощущение реальности. Я опустилась на табуретку и, глотая горьковатый напиток, выложила всё: о беременности, визите архимага, о том, что он, наверняка, расскажет Райдену, а тот лишит меня свободы и запрет в замке.

– Неужто Лоренцо тобой заинтересовался? – хмуро перебила меня Ильма, когда я произнесла имя архимага.

Я вздрогнула. – Вы… вы откуда его знаете?

Старуха фыркнула. – Мне ли его не знать. Архимаг всё-таки. Сколько он мне крови попил в своё время, выискивая «опасные ереси» в моих снадобьях. Всё хотел заполучить мои знания о «красных нитях». Упрямый, как козёл, и холодный как лёд в колодце. Если он за тобой пришёл… дело плохо.

От её слов стало ещё холоднее. – Ильма, что мне делать? – голос мой сорвался на шёпот. – Я хочу получить развод. Хочу быть свободной. Сможет ли… – я недоговорила, но мой взгляд невольно скользнул вниз, к животу, где уже, по словам Лоренцо, начиналась новая жизнь.

Ильма резко покачала головой, и её лицо стало строгим. – И не проси. Не смей даже думать об этом. Магия жизни не для такого. Не для смерти, не для прерывания пути. Она для созидания, для роста, даже если этот рост сейчас кажется тебе цепью.

– Но я не могу вернуться к нему! – вырвалось у меня.

– Послушай себя, – сказала Ильма уже мягче. – Я же учила тебя. Не бежать от страха, а идти в самую его сердцевину. Послушай землю. Найди тишину внутри этой бури. Там всегда есть ответы. Просто ты их заглушаешь своими мыслями и страхами.

Она протянула мне руку. – Закрой глаза, детка. Не пытайся ни о чём просить. Просто слушай.

Я не хотела. Я боялась того, что могу увидеть в этой тишине. Но другого выхода не было. Я сделала глубокий вдох, поставила кружку и закрыла глаза.

Сначала была только тьма и шум крови в ушах. Потом я попыталась вспомнить то ощущение покоя, которое находила в оранжерее. Представить себя корнем, уходящим глубоко в тёплую, тёмную землю.

И вдруг тьма перед глазами сдвинулась , будто кто отодвинул завесу.

Я увидела землю. Она была выжженной дочерна, покрытой трещинами и пеплом. Ни травинки, ни признака жизни. Небо над ней было цвета запёкшейся крови и густого дыма. И на этом мёртвом фоне, словно призрак, стоял дракон. Белый. Ослепительно-белый, как лёд и лунный свет, отливавший синевой на идеальной чешуе. И на его спине, в седле из того же, казалось, ледяного металла, сидел мужчина. Серебристые, почти белые волосы развевались на мертвенном ветру. В руках он держал меч. Он не двигался. Он просто смотрел вперёд, через выжженные пустоши, и от его взгляда, от всей этой застывшей, ледяной мощи веяло такой нечеловеческой, абсолютной пустотой и решимостью , что…

Меня бросило в дрожь. Ледяная волна прокатилась от макушки до пят, заставив сердце бешено заколотиться. Я резко распахнула глаза, задыхаясь, будто вынырнув из ледяной воды.

– Что… что это было? – прошептала я, обхватив себя руками, чтобы остановить дрожь.

Ильма смотрела на меня не мигая. – Никто не знает, детка. Видения силы – они из глубин твоей собственной души, смешанные с эхом мира. Ты сама должна разобраться, что ты увидела.

– Я видела… выжженную землю, – выдавила я, язык прилипал к нёбу. – И белого дракона. И мужчину на нём… с серебристыми волосами и мечом. Он был… он был как смерть. Холодная, тихая смерть.

Ильма замерла. Потом медленно, очень медленно опустила взгляд в потухший очаг и что-то тихо, на непонятном мне наречии, пробормотала.

– Белый дракон, – произнесла она наконец. – Ледяное дыхание и серебряная чешуя. Их не видели в этих землях со времён Великого Раскола. Говорят, они служат только одной силе… самой древней и самой безжалостной. Если ты видишь его… это не предсказание, дитя. Это предупреждение . Или призыв.

Она встала и подошла к окну, глядя в темнеющий лес. – Твоя сила, твой ребёнок, твой развод… всё это мелкие песчинки перед тем, что, возможно, надвигается на нас.

Я сидела, обхватив себя руками, пытаясь прогнать ледяное послевкусие того видения.

– Твой ребёнок несёт в себе две силы, – продолжала старуха, не отрывая взгляда от леса. – Силу твоего дара и силу крови драконьего всадника. Такого сочетания не было веками. Это делает его… уникальным. Его нужно будет скрыть. От всех. И особенно – от тех, кто захочет его использовать как оружие.

Она повернулась ко мне.

– Поэтому слушай меня внимательно. Твой путь к свободе лежит не через лесную чащу и не через магический обман. Он лежит через трон. Запроси аудиенцию у императора Кассиана.

Я замерла, не веря своим ушам. – У… императора? Но как я… Я же просто жена генерала, да ещё и в опале.

– Ты жена генерала Райдена, которого он сам назначил защищать перевал, – поправила меня Ильма. – Ты можешь предоставить ему доказательства измены Райдена.

– Вы думаете, император встанет на мою защиту?

– Император Кассиан известен своим непреклонным характером и справедливостью, – продолжала Ильма. – Проси защиты. Проси, чтобы он аннулировал брак. Император может это сделать своим указом.

– И почему он должен послушать меня? – я никак не могла принять слова Ильмы.

– Потому что Кассиан должен мне. Напомни ему про Ильму, про ту, что спасла его дочь.