Глава 20

Кристиан

— В смысле… женщина?!

Я сам не сразу понял, что повысил голос. Слова вырвались раньше, чем успел их осмыслить. В кабинете повисла тишина.

Женщина-шпион в моей канцелярии?!

Стоя у стола, я посмотрел на разложенные передо мной бумаги. Медленно выдохнул, заставляя себя успокоиться, и провёл рукой по листам, пробегая взглядом по строкам.

Маршруты, отчёты, расхождения во времени, странные совпадения, которые по отдельности могли бы показаться незначительными, но вместе складывались в цепочку, слишком аккуратную и подозрительную, чтобы быть случайной.

И в центре этой цепочки — женщина. Серьёзно?

Я поднял взгляд на Мираэль.

Она стояла напротив, и её безупречное лицо ничего не выражало. А вот глаза ждали, высматривали реакцию.

— А чему вы так удивляетесь, лорд Лоуренс? Не стоит недооценивать женщин. Мы куда легче втираемся в доверие. Женщины — аккуратнее, осторожнее. И привлекательнее.

— Вы понимаете, что утверждаете? — произнёс я ровным и холодным голосом, постукивая пальцами по краю стола. — Речь о моей канцелярии, и никакие слухи и домыслы здесь не допустимы.

— Именно поэтому я и говорю это вам в приватной беседе, — ответила она, бесхитростно пожимая точёными плечиками. — И именно поэтому вы ещё не отдали приказ перетрясти всех своих людей.

Я нахмурился, опускаясь в кресло, и склонил голову к плечу.

— Так объясните, что вам нужно тогда?

Мираэль улыбнулась и устроилась на подлокотнике моего кресла так, будто имела на это полное право. Я наблюдал за ней, изогнув бровь.

На неё сложно не смотреть. Породистая драконица из благородного рода, выверенное до мелочей совершенство. Вот с такими и следует продолжать род, а не связываться с деревенской девчонкой, у которой за душой лишь смазливая внешность.

Я проклинал тот день, когда предпочёл удобный союз настоящему чувству, решив, что так будет проще. И теперь пожинал плоды.

За милой мордашкой скрывалась змея.

Скрипнув зубами, я отмахнулся от мыслей об Адриане. И скосил глаза на гостью.

Хороша, бесспорно. Если бы не назревающая война между нашими правителями и накалённая обстановка, то мне ничего бы не помешало разложить её на столе прямо поверх всех этих бумажек.

Такие, как Мираэль, чтят традиции и относятся к браку с должной серьёзностью, а в сочетании с яркой внешностью, природным магнетизмом и дикой драконьей энергетикой это делает её почти безупречным выбором.

Уверен, в постели она невероятна….

Хм-м-м…. Кажется, я отвлёкся. О чём мы там? Ах, да.

Слегка наклонившись, она положила ладонь на край стола рядом с бумагами, пробежалась по ним кончиками ноготков. Меня окутало пьянящим ароматом её цветочных духов.

— Это я и пытаюсь сделать, — произнесла драконица с медовой мягкостью. — Но вы так уверены в своих людях, что даже мысли о предательстве не допускаете. Все продаются и покупаются, вам ли не знать, лорд Лоуренс. Утечка информации носит системный характер, наши источники указывают на ограниченный круг лиц. Среди них — женщина. Причём не просто служащая, а та, кто имеет доступ к документам до их официальной регистрации.

Я чуть сдвинулся в сторону, чтобы видеть её профиль и не таращиться на мерно вздымающуюся грудь в глубоком вырезе платья. Хотя, признаться, он вызывал у меня куда больший интерес, чем беседа.

Сложно было сосредоточиться на деле рядом с такой женщиной.

Особенно, когда она сама буквально рекламировала себя и дразнила.

— Это слишком широкая формулировка, — отрезал небрежно и посмотрел прямо ей в глаза. — Поясните, с чего вы так уверены, что информацию сливает именно женщина?

— Что ж, — она чуть качнула головой. — Я имею смелость утверждать о причастности женщины, потому что сама ею являюсь и улавливаю именно женскую тактику. Знаете ли, мы отличаемся от мужчин, действуем… иначе. Мы коварнее и осмотрительнее, пускаем в ход дамские хитрости и…. — её ладонь оказалась у меня на плече и скользнула вниз, к локтю, слегка сжимая ткань камзола пальчиками. Чуть наклонившись, она с придыханием шепнула на ухо: — А местами и используем главное оружие — соблазн.

От звука её голоса по спине скользнули мурашки. Но я не отвёл взгляда и не моргнул. Тело тут же отозвалось на её прикосновение, но не дракон.

Он гулко, протестующе рыкнул и свернулся в дальнем углу сознания. Мираэль не производила на него особого впечатления и не вызывала физического влечения.

Он упрямо ждал нашу истинную и равнодушно взирал на других женщин. Но ждать можно вечно, а жизнь не стояла на месте, время шло, утекало.

— К чему вы клоните? — бросил я, хотя отлично знал ответ на свой вопрос.

Она намекала на то, что кто-то из женщин канцелярии соблазнял моих людей, чтобы выведать нужные сведения.

Леди Флетлейн из архива? Да ей далеко за пятьдесят, и все разговоры о внуках.

Леди Трейн из статистов? Эта серая мышка в очках? Шармом там и не пахнет.

Или леди Каррас из бюро магических расследований? Та, с большой бородавкой на носу?

Боги, что за вздор! А больше женщин в моём управлении нет. Разве что уборщица, и та пожилая.

Ни одна из этих дам не подходила на роль подлой обольстительницы.

Мираэль улыбнулась чуть шире, с видом искусительницы и скользнула ладонью к подлокотнику, задевая широким рукавом бумаги на столе.

Одно мимолётное движение, и они разлетелись по полу. Драконица тут же соскользнула вниз, словно намереваясь их поднять. Если бы она нагнулась ещё ниже, то грудь бы из выреза выскочила.

У меня против воли горло дёрнулось, тело напряглось, а глаза на лоб полезли. Я открыл рот, намереваясь её остановить, но драконица уже стекла на пол и оказалась стоящей передо мной на коленях.

И принялась неторопливо собирать пергаменты, позволяя насладиться зрелищем.

Не спорю, видеть женщину в такой позе перед собой — мозги напрочь отшибает, каким бы мастерством концентрации мужчина не обладал.

— Вы сейчас сознательно подводите меня к выводу, — откашлявшись в кулак, сказал я. — Довольно занимательный приём, но на меня он не действует.

Её губы едва заметно тронула снисходительная улыбка. Странным образом, высокомерная, учитывая, что драконица по-прежнему стояла передо мной на коленях.

— На всех действует, — уверенно хмыкнула Мариэль и посмотрела на меня исподлобья. — И вскоре вы будете думать, будто пришли к этому выводу сами, а я вам ничего не навязывала.

Я мазнул взглядом по бумагам и снова вернулся к её лицу. Нахмурился и потёр задумчиво подбородок.

— Долго вы ещё там стоять будете?

И провоцировать меня — чуть не произнёс вслух.

Она игриво закусила нижнюю губу.

— А вам разве не нравится?

Закатив глаза, я попытался отпустить напряжение.

Нравится, разумеется! Но дело превыше всего, как бы ни было тяжело признавать.

— Благодарю за впечатляющую демонстрацию. А теперь поднимитесь, леди Вальдрэйн, и мы продолжим беседу, — сухо отрезал и сложил руки на животе, ожидая, когда она соизволит встать с пола.

С удивлением усмехнувшись, драконица грациозно и с неожиданным для ситуации достоинством поднялась с коленей. Вернула пергаменты на стол и обошла моё кресло, приглаживая ладонями складки платья.

Взгляд сам собой скользнул вдоль аппетитных изгибов её тела, на миг задержался на бёдрах, туго обтянутых бархатистой тканью.

Опасная дамочка. Доказать хочет, что способна, не напрягаясь, задурить мне голову, сыграть на животных инстинктах и манипулировать.

Я нисколько не сомневался — большинство мужчин заглотили бы наживку.

Но хоть убейте, не мог я припомнить среди служащих канцелярии подобных мастериц.

Убедившись, что Мираэль больше не пытается ко мне прикоснуться, я вернулся к бумагам.

— В мои руки попала информация о том, как и кого соблазнила ваша шпионка. Имени никто не называет, но достоверно известно, что она из близкого вам окружения. Она же передала секретные данные в штаб императора через его тайных агентов, — сухим, деловым тоном продолжила драконица. — Наш враг на шаг впереди, лорд Лоуренс. Готовится диверсия, лазутчики уже проникли на территорию королевства. В ваших же интересах как можно скорее поймать предательницу.

Я сдержал раздражение, тяжело вздохнув.

— Тогда дайте мне понимание того, кем она может быть, в завершённом виде, а не в намёках.

Мираэль не ответила сразу.

Её пальцы скользнули по краю стола, почти касаясь моей руки, и остановились рядом с одной из строк.

— Вы работаете с информацией иначе, чем большинство, — произнесла она, глядя не на меня, а на бумаги. — Вы не доверяете даже собственным сотрудникам в полной мере, поэтому часть данных держите вне канцелярии.

Я резко поднял взгляд.

— Осторожнее, леди Вальдрэйн.

Она медленно повернула голову и посмотрела прямо на меня.

— Я и так осторожна, — ответила она тем же тоном. — Иначе мы бы сейчас не разговаривали. — Вот здесь, — произнесла она, наклоняясь ближе, — вы упускаете деталь.

Я перевёл взгляд туда, куда она указывала, хотя внимание невольно цеплялось за другое: за тепло её дыхания, за вырез платья, за плавное движение плеча.

Она играла со мной и умело выбирала дистанцию — не слишком близко, чтобы это выглядело навязчиво, но и не настолько далеко, чтобы это можно было проигнорировать.

— Я ничего не упускаю, — ответил я сухо.

Она едко усмехнулась.

Её пальцы скользнули по листу, но на долю секунды задержались дольше, чем требовалось.

Опять.

Я поднял взгляд.

— Вы пытаетесь меня отвлечь?

Она посмотрела на меня прямо, без тени смущения, и в её глазах мелькнул рубиновый отблеск.

— Я пытаюсь вам помочь, — произнесла она мягко.

Неубедительно.

Эта драконица прощупывала меня, искала брешь в броне, и я сам чуть не позволил её обнаружить. В первую нашу встречу она показалась мне разумной, деловой женщиной.

Сейчас я понимал, что она гораздо опаснее, потому ещё более притягательна.

Я снова посмотрел на бумаги, мысленно отсекая её присутствие. Игнорируя её намёки и старания навести меня на нужную ей догадку.

И только теперь увидел строку, которая раньше не бросалась в глаза.

И в какой-то момент в груди похолодело, как перед ударом.

— Откуда это, — произнёс я уже без вопросительной интонации.

Мираэль не ответила.

Я откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы, и на секунду закрыл глаза.

Это были имена.

Настоящие имена тех, кого не существовало ни для одной из канцелярий, ни для одного из официальных реестров — людей, внедрённых в окружение императора Морвенна, с отточенными легендами, с многолетней подготовкой, с доступом, за который платили слишком высокую цену.

Эти сведения не передавались в канцелярию.

Никогда.

Данные хранились в моей спальне в закрытом стенном ящике, и доступ к нему имелся лишь у меня.

Их знали единицы.

Я и те, кто уже не мог их выдать.

Я медленно поднял взгляд на Мираэль.

— Эти люди были раскрыты, — сказала она, и голос прозвучал глухо, почти безэмоционально. — Их взяли живыми. Допрашивали, а потом показательно казнили.

Я сжал пальцы.

В кабинете стало тихо.

Три имени. Всего три. Но этого было вполне достаточно, чтобы разрушить всю сеть.

Я знал это.

И она знала, что я знаю.

— Предыдущий переговорщик передал вам список имён, лорд Лоуренс.  Кто его видел?

— Ни один человек из моих сотрудников их не видел, — отчеканил я. — Как и обещал.

— Послушайте, я рискую, приезжая сюда. Обещание — недостаточно убедительная гарантия. Мои люди погибли.

Я стиснул челюсти.

Информация утекла у меня из-под носа. Если император успел не только вычислить агентов, но и выбить из них всё, что можно…

— Попробуйте вспомнить, есть ли в вашем окружении подобные женщины: они неизменно притягивают внимание, обладают утончённой, неброской внешностью и держатся скромно, но при этом вокруг них всегда оказывается немало мужчин.

Я открыл глаза. В голове замелькали настораживающие мысли. На языке крутилось одно-единственное имя.

Кто мог попасть в мою спальню, не вызывая подозрений? Разумеется, жена!

Неужели…. В груди вспыхнул гнев, разлился по венам.

Адриана и её сестричка вечно собирали вокруг себя поклонников и собеседников, хотя умом обе не блистали. Жёнушка и двух слов связать не могла, а у Флоренс рот не закрывался, и несла она всё, что в голову приходило без разбора.

Я наблюдал и никак не мог понять, о чём говорить с этими пустышками?

И только сейчас меня осенило: на шумных сборищах Адриана всегда держалась в стороне — с почти ангельской внешностью, со скромной, невинной улыбкой, мимо которой было трудно пройти.

Так она ловила наивных жертв, словно мух на мёд?

Она часто где-то пропадала и уклончиво отвечала, куда уходила. Как мышь вела себя дома.

Что ж, теперь странное поведение и необъяснимая холодность Адрианы представали в ином свете.

В голове не укладывалось…. Никогда бы не подумал, что она способна кого-то соблазнить!

И, ехидны дери, сколько же мужчин она охмурила у меня за спиной? Когда и кто её завербовал? И почему я не почувствовал?

Проведя ладонью по лицу, я с шумом выдохнул. Твою мать….

Второй нож в спину мне вонзила, дрянь!

А Джереми она тоже раскрутила на информацию? Похоже, братца ждал допрос с пристрастием! Дело пахло не просто изменой, а предательством короны!

— Вижу, вы вспомнили кого-то, — с удовлетворением в голосе отметила Мираэль и прошлась по кабинету, цокая каблуками. — Отлично. Я должна с ней переговорить.

Я смерил её долгим взглядом.

— Не так быстро, Мираэль. В первую очередь я сам разберусь, кто это мог быть. Только потом мы решим, выдавать предательницу вам или нет.

— У нас нет на это времени! — впервые за время разговора она повысила голос и позволила эмоциям проступить из-под идеальной маски. — Ни у меня, ни у вас, лорд Лоуренс! Мои люди в опасности, а не ваши. Я рискую и своей жизнью тоже.

— Вы понимаете, что сейчас предлагаете мне обвинить человека без прямых доказательств и отдать вам на съедение?

— Хорошо, — примирительно протянула она дрожащим от гнева голосом. — В таком случае, я желаю присутствовать на допросе. Время поджимает, знаете ли.

Я выпрямился, убирая руку со стола. Поднялся из кресла и оперся ладонями о столешницу, сверля её глазами.

— Спешка — непозволительная роскошь в нашей работе, вам ли не знать? — саркастически передразнил её слова и поморщился. — Я сообщу вам, как шион окажется в моих руках. А до тех пор прошу соблюдать правила нашего договора и не вмешиваться в моё расследование.

Несколько секунд драконица смотрела на меня, не моргая. После чего фыркнула и, стянув пальто со спинки кресла, быстрым шагом покинула кабинет.

Дверью она не хлопала, хотя по напряжению спины было заметно, как ей того хотелось.

Хмыкнув в закрытую дверь, я покосился на бумаги. Мысли в голове роились беспокойным ульем. Никогда бы не подумал, что возникнет необходимость допрашивать собственных слуг.

Большинство из них служили мне не один десяток лет, и я был уверен в них на все сто. Но если бы они оказались причастны, то информация утекала бы регулярно из моего дома.

Выходит, её умыкнул тот, кто появился не так давно. Тот, на кого не пало бы подозрение. А кто же мог так втереться в доверие?

Настолько, чтобы бывать в моей спальне.

Снова ниточки вели к Адриане.

От обжигающей волны гнева застучало в висках. Пальцы сдавили столешницу до хруста. Была бы она сейчас рядом — свернул бы шею голыми руками! Её счастье, что в захолустье своё убралась. Иначе я за себя не….

В дверь постучали.

— Войдите, — бросил я.

Дверь открылась, и на пороге появился один из моих служащих, заметно напряжённый, но старающийся держаться собранно.

— Господин верховный следователь, — начал он, — с границы передали донесение. Ночью в приграничной деревне перехватили одного из лазутчиков.

— При каких обстоятельствах?

— Он напал на местную девушку, — ответил тот. — Судя по показаниям, он искал укрытие, был замечен и попытался убрать свидетельницу, но она оказала сопротивление. Ей удалось вырваться и поднять шум. Местные его преследовали и перехватили уже в лесу, на выходе к тракту. Затем передали пограничным законникам.

Я на секунду задержал взгляд на нём, сопоставляя.

— Его уже доставляют?

— Да, господин. Его везут в канцелярию. Ожидаем в ближайшее время.

Я кивнул и уже потянулся к пальто, висевшему на вешалке у стены, но на полпути остановился.

— Девушка, — сказал я. — Кто она?

Служащий замялся на долю секунды.

— Точно не установлено, господин. Местные её знают. По словам очевидцев, она работает в лавке у границы.

Я медленно надел пальто.

— Что ж, отлично, — выдохнул я, застёгивая ворот. — Я допрошу её лично.

Служащий кивнул.

— Как вам будет угодно.

Я уже направился к двери, но на секунду задержался.

— И ещё, — добавил, не оборачиваясь. — Как только привезут лазутчика — никого к нему не подпускать. Ни одного допроса без моего разрешения.

— Понял, господин.

Я вышел в коридор быстрым шагом и за углом столкнулся с Джереми, который, судя по выражению лица и блеску в глазах, уже успел что-то услышать.

Он приподнял бровь, ожидая объяснений.

— Ты куда так спешишь?

Я остановился перед ним, глядя прямо. Ладони пылали от желания дать кретину по морде, но пришлось погасить эмоции. Всему своё время.

Он ответит мне на все вопросы, как только вернусь из деревни, допрошу потерпевшую и…навещу жёнушку!

— Лазутчика везут. Дождёшься его, — нейтральным голосом сообщил ему.

Брат уже собирался что-то ответить, но я остановил его стальным взглядом.

— И ни при каких обстоятельствах не начнёшь допрос без меня. Ты понял?

Джереми усмехнулся и наморщил лоб, не вынимая рук из карманов камзола.

— Боишься, что я его сломаю раньше времени?

Я сделал шаг ближе — так, что наши глаза оказались на одном уровне.

— Я не боюсь. Запрещаю, потому что хочу провести его лично. Надеюсь, ты умеешь выполнять приказы, Джереми?

Улыбка на его лице чуть поблёкла.

— Умею, — сказал он уже серьёзнее, нехотя уступая дорогу.

Я кивнул и, не тратя больше ни секунды, направился к выходу.