Глава 21

Когда экипаж остановился, я окинул взглядом неприметное здание.

Обычная приграничная лавка, каких десятки — с покосившейся вывеской, влажной от сырости деревянной стеной и узкими окнами, за которыми едва угадывалось движение.

Выбравшись из экипажа, угодил сапогом в лужу грязи.

Матерясь, толкнул дверь и вошёл внутрь, мысленно выстраивая цепочку вопросов к девушке, удравшей от шпиона.

Что ж там за девица такая? Самому интересно.

В помещении было тепло, пахло сушёными травами и мёдом — резкий контраст с осенними ароматами улицы. За прилавком находилась женщина постарше, занятая разбором товара, а чуть поодаль — ещё одна фигура, спиной ко входу.

Я не стал тратить время на осмотр.

— Добрый вечер. Я — лорд Кристиан Лоуренс, Верховный следователь канцелярии Арденгарда. Где девушка? Та, на которую напали.

Хозяйка вздрогнула, быстро вытерла руки о фартук и кивнула куда-то в сторону.

— Так вот же она… — начала было, оборачиваясь.

Фигура у прилавка заметно напряглась и медленно повернулась. У меня сковало плечи и дар речи пропал.

Я не сразу двинулся с места, всматриваясь в черты и уголком сознания надеясь, что сейчас обнаружится ошибка, но этого не произошло.

Она смотрела на меня в ответ — и выражение её лица менялось на глазах.

— Ты?! — протянули мы одновременно.

Снова повисла тишина. Хозяйка лавки таращилась на нас, забыв про свои дела.

Прочистив горло, я шагнул к Адриане и окинул хмурым взглядом её с ног до головы.

— Что ты здесь делаешь?

— Сбагрил меня и тут же забыл — куда именно? — хмыкнула она и скрестила руки на груди.

Я моргнул, переваривая её дерзкий тон, и наморщил лоб.

— Я отлично помню, куда ты отправилась, Адриана. Но никак не мог предполагать, что ты тут же найдёшь приключения на свою… бестолковую головушку!

Слова прозвучали резче, чем я рассчитывал, но в этот момент раздражение уже перекрывало осторожность. Кто бы мог подумать, что жёнушка вздумает работать пойти?

Да ещё куда — в лавку! Быстро же её нужда прижала. Выходит, не ценятся шпионы в Морвенне и пособия им не выплачиваются. Какая жалость. Она ведь так старалась!

Адриана вскинула брови.

— Ах, бестолковую?! Я, между прочим, защищалась! На меня напали, Кристиан! Я могла погибнуть. Но тебя это не сильно трогает, верно?

Я остановился напротив, внимательно разглядывая её, и только сейчас начал замечать детали, которые сначала ускользнули из внимания.

Она стояла и двигалась как-то…. иначе. Не так, как раньше.

Исчезла привычная скованность и та осторожная мягкость, за которой обычно скрывалась её нерешительность. Плечи расправлены, взгляд прямой и твёрдый.

И это несоответствие цепляло сильнее, чем сами слова.

— Меня трогает тот факт, что напали именно на тебя. И то, что ты умудрилась отбиться. Подозрительно много совпадений, Адриана.

— В твоём представлении я, похоже, должна была хлопнуться в обморок и позволить себя скрутить?! — продолжила она, не давая мне вставить ни слова. — Извини ,что разочаровала! Но я не люблю, когда меня пытаются убить, да ещё непонятно за что!

Я не сразу ответил. Честно говоря, опешил.

Вдобавок, никак не мог отделаться от странного ощущения, будто смотрю на знакомого человека, в котором внезапно проступило что-то чужое, не свойственное ему. Чуждое, какое-то иномирное….

И это «что-то» навязчиво притягивало взгляд.

Что за наваждение?

Я отметил, как она жестикулирует — живо, уверенно, не задумываясь о том, как выглядит со стороны. Как меняется её мимика — быстрее, свободнее, без привычной заученной сдержанности.

Как она смотрит — не избегая взгляда, а, наоборот, будто бросая вызов.

Раньше Адриана так не делала.

Никогда.

— Ты закончила? — произнёс я наконец. На собственный слух голос показался удивлённым.

Она прищурилась, но не отступила.

Я сделал ещё шаг вперёд, сокращая между нами расстояние. Хотелось на неё смотреть, изучать, запоминать.

— Лазутчик уже в пути, — сказал я ровно. — Тот, которого ты спугнула. Ты поедешь со мной и дашь показания. А ещё, пожалуй, посадим вас лицом к лицу и вместе поболтаем. Как тебе такая идея, м?

Она скрестила руки.

— А если не поеду?

Я выдержал её взгляд.

— Поедешь, — ответил ровным, обманчиво мягким голосом, без нажима, но так, чтобы не осталось сомнений — её мнение не учитывается.

Она несколько секунд смотрела на меня, будто оценивая.

И снова — не отвела взгляд.

Я поймал себя на том, что реагирую на это слишком остро и не могу унять раздражение. Да ещё хозяйка пялилась на нас, а за дверью собирались зеваки.

Не стоило продолжать разговор в лавке.

Лишние уши мне были ни к чему.

Я коротко кивнул хозяйке, давая понять, что представление окончено, затем перевёл взгляд на Адриану. Не спрашивая, взял её за запястье, сомкнул на нём пальцы.

— Ты идёшь со мной, — поставил перед фактом.

Она дёрнулась, пытаясь высвободиться.

— Отпусти, — прошипела и полыхнула на меня злыми глазами василькового цвета. — Я сама выйду.

— Поздно вспоминать о приличиях, — бросил я, не ослабляя хватки.

Развернул её к выходу и повёл за собой, не давая возможности ни остановиться, ни оглянуться. Она пыталась идти сама, выпрямившись, будто это её решение, но я чувствовал напряжение в её руке и понимал, что, отпусти я сейчас — она упрётся и что-нибудь выкинет.

— Дай хоть пальто взять! — потребовала Адриана, но уже не пыталась вырваться.

Остановившись, я отпустил её запястье, пропустив его сквозь пальцы. И проследил, чтобы не вздумала удрать.

Адриана вскинула подбородок, вернулась в лавку и заглянула в подсобку.

— До завтра, Адриана, — тихим голосом попрощалась с ней хозяйка и зыркнула на меня с любопытством из-за угла.

Пока жёнушка надевала пальто, я пристально наблюдал за её движениями, силясь понять, что же с ней не так. Как будто подменили….

Наконец, мы вышли на улицу. Дверь хлопнула за спиной.

Холодный воздух ударил в лицо.

Придерживая Адриану за талию, подвёл к экипажу, распахнул дверцу и, не дожидаясь согласия, буквально заставил её сесть внутрь.

— Я не вещь, чтобы меня так тащить, — процедила она, когда я забрался следом.

— А я не тот человек, с которым стоит торговаться, — отрезал, захлопывая дверцу.

Экипаж тронулся. Некоторое время мы ехали молча. Я смотрел на неё — не мог отвести взгляд.

Она отвернулась к окну, но я видел, как напряжена её челюсть, как скованы плечи, как она сдерживает колкие слова. Так и бурлил в её глазах гнев, ища выход.

И это раздражало.

Всё в ней сейчас раздражало.

— Почему он напал именно на тебя? — спросил я, не отрывая взгляда.

Адриана не сразу ответила, словно обдумывая, стоит ли вообще говорить.

— Спроси что полегче! Понятия не имею, — фыркнула она. — Может, тебе виднее? Это ведь твои люди его упустили.

В груди сжималось от нарастающего гнева.

— Не уходи от вопроса, — сказал я жёстче и склонил голову к плечу. — Ты утверждаешь, что отбилась от подготовленного агента. Каким образом?

Она повернула голову и посмотрела на меня прямо, не забыв похлопать ресницами.

— А ты как думаешь? Легла и прикинулась мёртвой?

Я стиснул зубы.

— Я думаю, — медленно произнёс я, — что подобные совпадения редко бывают случайными.

Она усмехнулась — коротко, едко.

— Конечно, не бывают, — сказала, пожимая плечами. — Проще всего решить, что я сама его позвала или нарвалась, верно?

Я не ответил сразу.

Меня накрыла злость.

Потому что если правда то, что сообщила Мираэль…

То Адриана не просто предала — она использовала меня, чтобы добраться до других источников информации. И в голове не укладывалось то, что я позволил облапошить себя.

— Ты хорошо сыграла, — сказал я стальным тоном, глядя на неё. — Достаточно, чтобы втереться в доверие. Получить доступ к источникам информации. Закрепиться в нужных слоях общества.

Она на секунду замерла, а потом её взгляд резко потемнел.

— Ты сейчас серьёзно? — произнесла она, откусывая слоги.

Я не отвёл глаза, хотя брови норовили уползти на лоб. Кто она вообще такая? Кто эта женщина, сидящая передо мной?!

— Более чем. Похоже, ты стала не нужна, и тебя решили устранить.

Она наклонилась чуть вперёд, и в её голосе появилась необъяснимая резкость, которой раньше не было:

— То есть, по-твоему, меня кто-то подослал, я тебя «окрутила», всё это время играла роль, а ты… — она усмехнулась, — ты ничего не заметил?

Меня окатило новой волной гнева.

— Ты сама подводишь меня к этому выводу.

Адриана смотрела на меня несколько секунд, не мигая.

А потом, понизив голос, с насмешкой произнесла:

— Неужели тебя так легко вокруг пальца обвести?

Я против воли усмехнулся. И, потирая подбородок, выдержал паузу.

Экипаж мерно покачивался на выбоинах, подчёркивая напряжение, повисшее между нами. Внимание, против воли, снова и снова возвращалось к Адриане.

Я совершенно не знал её.

И не пытался сблизиться — к чему душой кривить? Да и зачем?

Считал её удобной партией — послушной, тихой и робкой. Казалось достаточно того, что она из приличной семьи и училась в академии. Обыкновенная, неприметная девица.

А теперь сидел напротив женщины, которую, как выяснялось, не знал вовсе.

В ней появился стальной стержень — откуда ни возьмись.

Она не ломалась под давлением, не отступала, не пыталась смягчить углы. Наоборот — отвечала, спорила, смотрела в упор. Не боялась меня, как прежде.

И хуже всего было то, что меня это заводило.

Наблюдая за ней в эту минуту, я внезапно для себя осознал, что именно этого мне не хватало в ней, в наших отношениях — некой остроты, её непокорности, характера.

Я желал именно такую женщину, а не тихую, безропотную, скучную мышку, смотрящую в рот. Сколько их таких, согласных на любые унижения, только бы заполучить тёплое местечко рядом со знатным драконом и ни в чём не нуждаться.

Готовых терпеть измены, закрывать глаза на похождения супруга.

Далеко ходить не нужно — у большинства моих приятелей именно такие спутницы. Их в академиях штампуют такими?

Глядя на семьи друзей, на взаимоотношения с жёнами, я с горечью осознавал, что и меня ждёт подобная участь. Таковы нормы общества.

Но я не находил ничего нормального в такой жизни.

Запах Адрианы тоже стал иным — тёплый и сладковатый, с едва уловимой горчинкой шоколада. Он вызывал животное напряжение, будоражил дракона, опьянял.

Чешуйчатый купался в нём, как кот, обожравшийся сливок. Готов был развалиться перед Адрианой кверху брюхом и урчать от удовольствия.

Я как околдованный следил за её жестами, внутренне сгорая от ярости.

То, как она двигалась, как поворачивала голову, как прищуривалась, когда злилась…..

Я поймал себя на том, что любуюсь ненавистной женой.

Единственное, что отрезвляло — напоминание о её предательстве.

Я отвёл взгляд, мысленно сосчитал до пяти и снова вернулся к разговору, который мы так и не закончили.

— Ты уверяешь, что не знаешь, почему он выбрал именно тебя, — ледяным тоном начал, стряхивая пылинки с пальто. — Но ты ведь понимаешь, что это не случайность. Мы оба понимаем. И чем быстрее ты сознаешься и перестанешь строить из себя идиотку, Адриана, тем быстрее мы закончим эту беседу.

Она усмехнулась, не глядя на меня. И постучала подушечкам пальцем по губам.

— А смысл? Ты, похоже, уже всё решил за меня, — ответила она. — Тебя не интересует правда, Кристиан. Ты хочешь услышать то, что сам себе напридумывал. Я должна подтвердить твою теорию. И останется лишь подогнать факты.

— Я работаю с тем, что вижу, — отрезал я.

Она повернула голову, и мы схлестнулись взглядами.

— Правда? — в её голосе прозвучала насмешка. — Тогда скажи, что именно ты видишь.

Я выдержал паузу, остывая и пытаясь унять дракона, норовящего вырваться наружу и прильнуть к ногам этой незнакомой Адрианы.

Из-за его кульбитов на коже проступала чешуя. Совсем одурел!

— Я вижу женщину, которая считанные дни, как приехала в деревню, а уже оказалась в центре мутной истории. Между прочим, я никому не сообщал, куда именно отправил тебя, Адриана.

Она фыркнула.

— Ты видишь то, что тебе удобно видеть, — парировала, отведя взгляд и устремив его в окно. — Потому что так проще.

— Проще? — я приподнял бровь. — Ты серьёзно считаешь, что мне проще обвинить собственную жену? Думаешь, моей репутации на пользу пойдёт такая шумиха? Ты же в грязи меня изваляла!

Она поморщилась.

— Только репутация тебя и беспокоит, Кристиан. На меня же плевать. Я как-нибудь переживу, но ты сам у себя поинтересуйся, чисто для галочки: пытался ли ты когда-нибудь относиться ко мне как к жене?

Вопрос повис в воздухе. Я стиснул челюсти.

— Это сейчас не имеет отношения к делу.

— Конечно, — кивнула она, устало улыбаясь. — Неудобные вопросы никому не интересны.

Я наклонился вперёд.

— Не переводи разговор, — сказал тщательно контролируемым голосом. — Я спрашиваю тебя о конкретном: что произошло в лесу?

Она скосила глаза в мою сторону и устало закатила их, вздыхая. От этого её чуждого жеста по руках побежали мурашки.

— Он вышел из-за деревьев, — без интонации сказала. — Подкрался сзади и приставил к горлу нож.

— Ты его обезоружила?

Она пожала плечами.

— Он недооценил меня.

Я прищурился.

— Не он один. И что было дальше?

— А тебе нужно подробное описание? — она любопытно склонила голову. — Или ты всё равно уже решил, что я вру?

Я молчал. Усмехнувшись, она сухо рассказала о том, как он применил против неё магию, а она вырвалась. На звуки борьбы выбежала тётушка и спугнула негодяя.

Я смотрел на неё несколько секунд. И… успокаивался. Не знаю, что именно подействовало — её складная история или осознание собственной невнимательности.

Адриана училась в академии и умела обращаться с магией, но я напрочь забыл об этом. Почему? Да потому что ни разу не видел, как она её использует. Повода не было.

Я больше не стал возвращаться к деталям её рассказа. Ещё не понимая, верю ей или нет, решил, что оставлять жёнушку без контроля нельзя.

Да, я допускал, что на неё вышли случайно. Как и то, что враг мог точно знать её местонахождение.

Я медленно подался вперёд, упираясь локтями в колени, и посмотрел на Адриану так, чтобы не осталось ни малейшего сомнения в серьёзности сказанного.

— С этого момента ты под наблюдением.

Она не вздрогнула.

Даже не удивилась — только чуть прищурилась.

— Как страшно, — протянула, но в голосе не прозвучало ни капли страха.

— Я буду знать, куда ты идёшь, с кем говоришь, что делаешь и о чём молчишь, — продолжил я так же спокойно. — И если найду хоть одно подтверждение тому, что ты действуешь против короны…

Я красноречиво выдержал короткую паузу.

— Ты окажешься за решёткой.

— Значит, на допрос ты меня не повезёшь?

— Сегодня в этом нет необходимости. Есть дела поважнее.

Она чуть склонила голову и решила уточнить:

— А если на меня опять нападут?

— Сомневаюсь, что они станут рисковать, зная, что ты привлекла моё внимание.

Экипаж замедлился.

Я перевёл взгляд к окну, затем снова на Адриану и снова поймал себя на том, что смотрю на изгиб линии шеи, на то, как она откинула прядь волос, на то, как вздымается её грудь….

Проклятие.

Меня тянуло к ней — на уровне, который не поддавался разумному объяснению.

И я ненавидел её за это.

Ненавидел сильнее, чем саму мысль об её возможном предательстве.

Экипаж остановился.

Я первым вышел наружу и, обернувшись, протянул руку — не из вежливости, а из привычки контролировать ситуацию. Она, конечно, не приняла её и выбралась самостоятельно, даже не глядя на меня.

Я не стал удерживать.

Просто стоял и смотрел, как она поднимается по ступеням, как открывает дверь, как на пороге появляется её тётка и замирает, переводя взгляд с неё на меня.

Адриана на секунду обернулась. Наши взгляды встретились.

В груди кольнуло. Дракон недовольно заёрзал, требуя вернуть жену в экипаж и увезти домой. Я нахмурился и вернулся в экипаж.

— Поехали, — бросил кучеру, не отводя взгляда от лица Адрианы до последнего.

Дверь за ней закрылась, и только тогда я отвернулся.

Экипаж тронулся. А ощущение, что я упускаю что-то важное и должен вернуться, усилилось и до дома не давало покоя.

К чему бы это?

К моему величайшему огорчению, у дракона имелся ответ на данный вопрос….