Глава 41

— Ты чего раскомандовался? А кто меня сослал в эту проклятую деревню, не напомнишь? — склонив голову к плечу, поинтересовалась я.

Кристиан нахмурился, глядя мне в глаза. И уронил руку, вздыхая.

— Ты права, но давай не будем возвращаться к этой теме….

— Почему же? — вспыхнула я.

Дракон сделал шаг в мою сторону, я же отшатнулась к прилавку, не отводя от него взгляда.

— Потому что мы оба знаем причину. Я допустил непростительную ошибку и виноват перед тобой и прежней Адрианой. Но сейчас обстоятельства иные.

— Какие же? Ты хочешь запереть меня под семью замками, только бы опасности не подвергалась? Но меня такое положение дел не устраивает.

Разбойники так и болтались в воздухе и кряхтели, но мы на них внимания не обращали. Бедолаги были невольными свидетелями скандала и вынужденно слушали нашу перепалку, бегая взглядами от одного к другому.

Улыбнувшись, Кристиан примирительно поднял руки, направляясь ко мне осторожными шагами.

— Да, я хочу тебя уберечь. И вовсе я не думал командовать тобой — профессиональная привычка.

Я фыркнула.

— Я и сама могу за себя постоять, в чём мог лично убедиться пару минут назад.

—Я знаю, милая, но в моём поместье будет надёжнее и спокойнее….

Как он сказал? Милая?

Снова в груди предательски затрепетало….

— Кому спокойнее? Тебе? — возмутилась я и скрестила руки на груди. — Мне и здесь вполне комфортно. Тебе надо, ты и переезжай в деревню! У меня, между прочим, грандиозные планы на это место!

Эмоции взяли верх, потому не сразу заметила, что дракон ко мне подкрадывается, стараясь не делать резких движений.

— Да, ты как всегда права, и я из эгоистических соображений хочу забрать тебя домой, потому что там мне будет легче обезопасить и приглядывать.

— Я не оставлю Эдвину одну, не теперь. Она нуждается в помощи и поддержке, кроме меня у тётушки никого не осталось.

— Ты всё ещё моя жена, Адриана, — с мягким нажимом напомнил он и приподнял брови.

— Ах, вот оно что! Получается, брак даёт тебе право собственности на меня? Тогда мы это недоразумение быстро исправим, — я развернулась фурией к прилавку и схватила уголёк.

Пальцами вытянула свидетельство о расторжении брака из папки, на пергамент капнула слеза, сорвавшаяся с щеки. Нет, я определённо превращалась в сентиментальную идиотку!

Понимала это, но не остановилась. Меня трясло от злости, обиды и нахлынувших эмоций. Ни одному мужчине больше не позволю помыкать мною! Даже Крису!

Тем более Крису!

Не допущу, чтобы мои планы и мечты рассыпались прахом, потому что ему захотелось…. защитить меня.

Закусив губу, занесла руку с угольком над документом, но в последний момент на запястье сомкнулись горячие твёрдые пальцы и отвели его слегка в сторону.

Кристиан придвинулся сзади, ненавязчиво прижался и уткнулся лицом в изгиб моей шеи. Я покрылась мурашками, рука задрожала.

Это запрещённый приём, драконище!

— Постой, прошу тебя, — успокаивающе прошептал он на ухо. — Давай не будем горячиться. Я не стану тебя волоком тащить и запирать дома. Но и пустить ситуацию на самотёк тоже против моей природы. Мною движет инстинктивное желание оберегать тебя. Знаю, ты сердишься, и имеешь на это полное право, — он мягко развернул меня к себе лицом и незаметно разжал пальцы, забирая уголёк.

Я оказалась к нему лицом, тесно прижатой, но не в ловушке. И то, что он прикасался ко мне, больше не пугало. Наоборот, было приятно то, как его ладонь скользит по талии, увлекая ближе к его телу.

То, как пальцы другой руки перебирают мои волосы, убирая их за ухо, и нежно ведут по щеке, очерчивая линию челюсти.

Слегка приподнимают подбородок, чтобы мы смотрели глаза в глаза….

Его взгляд помрачнел, а на переносице появилась трогательная морщинка.

— Я не знаю, кто и насколько сильно ранил тебя в прошлой жизни. И если бы это было в моей власти, я бы избавил тебя от этой боли. Но прошлого мне не изменить, — его бархатный голос ласково обволакивал разум и отсекал злость. Оборвав речь на секунду, Крис провёл большим пальцем по моим губам, с печалью глядя на них: — Зато в моих силах сделать так, чтобы в этой жизни никто больше не посмел обидеть тебя. И сам больше не стану тем, от кого тебе нужно защищаться.

Я подавила прерывистый вздох и поджала губы. Уже не от гнева — от нахлынувшего тепла и внезапной слабости.

Терпеть не могу чувствовать себя слабой! Это вообще не про меня. Я всегда держала оборону, выстраивала вокруг себя стены и не подпускала никого слишком близко.

Потому что научена горьким опытом: всякий раз, когда позволяла себе расслабиться, поверить, открыться — жизнь быстро напоминала, почему делать этого не стоило. Меня неизменно предавали.

Но в этот миг вдруг показалось, что рядом с Крисом я могла хотя бы ненадолго опустить щит.

Каким бы невыносимым ни был характер у этого дракона, он не обидит меня.

Он тоже больно обжёгся. И свой урок, кажется, выучил. Достаточно хорошо, чтобы больше не повторять прежних ошибок.

И сейчас, глядя в его невероятные глаза, готова была поддаться на уговоры. А когда он наклонился и поцеловал меня — едва-едва, почти целомудренно, я и вовсе растерялась.

Моя рука повисла в его ладони. Дракон поднёс её к губам, согревая дыханием, и по спине побежали тёплые мурашки. Я моргнула, справляясь с эмоциями, и повернула голову, упрямо отводя взгляд.

Уголком зрения заметила, как пошатнулась его уверенность, а  в глазах мелькнула печаль. Да, я та ещё заноза, но с чего он взял, что ему должно быть со мной легко?

Кристиан будто уловил это невысказанное сопротивление. Его пальцы дрогнули, но не отпустили моей руки. Вместо этого он поднял её и осторожно положил себе на плечо, словно оставляя выбор за мной — убрать ладонь или оставить её там.

Ткань его пальто оказалась прохладной из-за растаявшего снега, но под ней ощущалось тепло сильного тела.

Свободной рукой дракон бережно, но уверенно притянул меня за талию ближе. Между нами почти не осталось пространства.

Я невольно качнулась вперёд и запоздало поняла, что вместо того, чтобы оттолкнуть, прильнула к его груди.

А он наклонился, мягко прижавшись лбом к моему лбу.

Тёплое дыхание коснулось кожи. Его ладонь на талии удерживала крепко, но без малейшего давления.

— Адриана… — выдохнул он, и от того, как низко и тихо прозвучало моё имя, внутри всё болезненно сжалось.

Я подняла взгляд.

И снова утонула в его невероятных сапфировых глазах. Слишком близких и удивительно искренних, отчего ещё более опасных для моего упрямого сердца.

В них больше не было ни привычной драконьей самоуверенности, ни колкой насмешки, ни ледяной строгости верховного следователя.

Только усталость, нежность… и что-то беззащитное, от чего мне стало неловко.

 

Я сглотнула, изо всех сил стараясь не растерять самообладание.

— Не смотри так, — пробормотала сердито, потому что иначе просто не умела справляться волнением.

Уголки его губ едва заметно дрогнули. Но лбом от моего лба он так и не отстранился. Только большой палец медленно скользнул по талии, успокаивающе и невесомо.

— Я не могу оставить Эдвину одну, — твёрже повторила я, и собственный голос показался непозволительно хриплым, просевшим. — У неё, кроме меня, никого не осталось. В деревне полно хлопот, тётушка нуждается в помощи.

— Прекрасно, — бесхитростно кивнул дракон, открыто любуясь мной. — Откроешь здесь ещё одну лавку и будешь чаще проводить время с Эдвиной.

Я против воли горько усмехнулась и попыталась отстраниться. Он позволил, но лишь самую малость.

— Я ни одной ещё не открыла.

— Тоже мне проблема, — хмыкнул Кристиан. — Откроешь. Вместе подготовимся.

— Вместе? — недоверчиво протянула я.

Он улыбнулся и взял моё лицо в ладони, с неожиданной нежностью всматриваясь в глаза.

— Как и всё остальное.

Я подозрительно сощурилась.

— Я подумаю. Но прежде сделай что-нибудь, чтобы эти товарищи отсюда исчезли и больше не появлялись, — кивком головы указала на разбойников, болтающихся в воздухе.

Кристиан тихо рассмеялся.

— Как скажешь, милая.

Моё врождённое упрямство, обычно не позволяющее верить чужим обещаниям, на этот раз подозрительно притихло. Где-то глубоко в груди затеплилась надежда на то, что теперь всё может сложиться иначе.

Вот только страх никуда не исчез. Или это был уже не страх, а дурное предчувствие?