Глава 8

Всё в отчем доме принцессы Алиты меня настораживало — и это было настоящее испытание для моих нервов. Мысль о том, что Маир задумал какую-то подлянку помимо той, что уже стала очевидной, не давала мне расслабиться ни на секунду.

Я с подозрением косилась на пришедшую помогать мне горничную — совершенно милую, между прочим, девушку — перенюхала все блюда, из которых состоял принесённый мне в комнату ужин. Но так как ищейкой не была, ничего не почувствовала, да и драконица ничуть не переполошилась. И вообще мне казалось, что она рада возвращению в родные земли и затаилась неспроста — чтобы просто не привлекать к себе лишнего внимания.

Решив, что еда опасности всё-таки не представляет, я немного поела — лишь для того, чтобы подкрепить силы.

— Я могу быть ещё чем-то вам полезна? — уточнила служанка позже, беглым взглядом окинув почти нетронутый ужин.

— Нет, можете идти, — взмахнула я рукой.

А когда она наконец удалилась, мне стало немного спокойнее.

Наступил поздний вечер и, пожалуй, настало время ложиться спать — тем более долгий путь сюда действительно меня утомил. Но как только я наконец справилась с платьем, в котором провела почти весь день и, расстегнув крючки, сбросила его на пол, боковая дверь, которая вела неизвестно куда и была заперта — я проверила! — внезапно отворилась с тихим скрипом несмазанных петель.

Ахнув, я попыталась как-то спасти ситуацию, но не придумала ничего лучше, чем схватить край покрывала с постели, рядом с которой стояла и уголком прикрыть хоть что-то.

Гневно я развернулась к пожаловавшему с неожиданной стороны визитёру, и с облегчением — хоть и не полным — увидела Латара. Он стоял в дверном проёме, озадаченно крутя в руке выломанную с корнем ручку.

— Хм, я думал, дверь открыта… — проговорил он, затем подбросил ручку в ладони и наконец поднял на меня взгляд.

— Ну теперь-то она точно открыта, — я подтянула угол покрывала выше. — Только прибыли, и уже портите чужое имущество.

— Это ещё слабая компенсация за то, сколько нервов мне испортил за эти дни ваш брат! — парировал Латар. — Совершенно невыносимый тип, уж извините. Он даже не подозревает, сколько раз мне пришлось удержаться от приказа немедленно его схватить и бросить в темницу поглубже. Клянусь, ещё одна выходка, и я так и сделаю!

Он прошёл дальше, походя бросил вывернутую ручку на первый попавшийся столик и остановился напротив меня.

— Полагаю, требовать отвернуться бесполезно, — вздохнула я.

Латар молча взял с кресла, что стояло немного в стороне, сложенный на сиденьи плед и накинул его мне на плечи. На несколько секунд я словно оказалась в аркане — и эта ситуация как нельзя лучше подходила моему положению. Продолжая удерживать плед обеими руками, Латар спустил неспешный, вдумчивый взгляд с моего лица на шею и ниже.

— Ни стыда, ни… — заикнулась было я, но осеклась, когда принц резко дёрнул ловушку на себя.

Всем телом я впечаталась в него и замерла, оказавшись в жарком плену его рук и плотной шерстяной ткани. Его пряный, дикий запах вновь окутал меня, щекоча обоняние и что-то внутри — интригой, лёгким волнением, которое ещё не ступило на крутой склон, что в пару секунд унесёт меня в жгучую панику.

Ладони Латара плавно сползли с моих плеч на талию, а затем вернулись, он склонился к моему лицу, я ощутила едва заметное прикосновение его слегка колючего подбородка к скуле.

— Вы не убегаете… — тихо пророкотал мне на ухо.

Его дыхание шевельнуло волосы у виска, и я слегка поёжилась от прокатившейся по шее волне мурашек. Не ледяных и колючих, как обычно, а мягких, щекочущих — даже приятных! — они скопились где-то под затылком и замерли.

— Знаете, говорят, чтобы не провоцировать зверя, не нужно от него убегать, — ответила я Латару в плечо.

— То есть я зверь… — с лёгкой настороженностью в голосе уточнил он.

— Несомненно, только я ещё не выяснила, какой именно.

Следующий вздох дался мне гораздо тяжелее предыдущего. Неотступность принца начала меня нервировать, и он будто бы тоже почувствовал нарастающее между нами напряжение.

— Однажды я дождусь дня, когда вы сами захотите меня поцеловать, — он сомкнул края пледа у меня на груди и сделал шаг назад.

Буквально через секунду его лицо приобрело совершенно невозмутимое выражение, и на какую-то долю мгновения я усомнилась, а не померещилось ли мне всё это только что.

— Вообще-то я зашёл обсудить состояние вашего отца и его возможные причины, — расхаживая по комнате, Латар наконец отвернулся, затем вынул из-за пазухи нечто вроде крупного кристаллика соли и, бросив его на пол, раскрошил носком сапога. В воздухе повисло лёгкое магическое напряжение.

Похоже, это что-то вроде купола глухоты. Все, кто находится за ним, нас не услышат.

Я не преминула воспользоваться короткой паузой — быстро забралась в кресло с ногами и закуталась в плед до самого подбородка. Платье так и осталось лежать на полу возле кровати.

Возвращаться к тому способу, которым Латар проник в мою комнату, не стала — тут и так всё очевидно: пошёл напролом, как это часто делают мужчины военного склада ума. А вот его подозрения начёт здоровья Исииса Эскита сейчас волновали меня гораздо больше.

— Судя по тому, что вы мне недавно сказали, у вас есть какие-то конкретные соображения на этот счёт.

— Есть, — Латар вновь взглянул на меня, показалось, на миг забыл, что хотел сказать, но продолжил: — Вы рассказывали мне про незнакомца, которого увидели посланном вам Сайнешем видении. Что он ввёл Сенеону, мы не знаем и уже вряд ли выясним. Возможно, его смерть, покушение на вас и состояние Исииса связаны между собой больше, чем могло показаться сначала. Так что у меня есть все основания полагать, что в Хадфорде есть шпионы из Витгронда.

— Уж не о Лириан ли вы говорите, — усмехнулась я, надеясь почему-то на положительный ответ.

— Боюсь, это было бы слишком очевидно, — не согласился Латар.

И его слова внезапно подняли во мне новую волну негодования.

— Так вы ещё и заступаетесь за неё! — невольно в тоне прорезалось шипение рассерженной кошки.

Но я сама же испугалась собственной реакции и мгновенно прикусила язык.

— Присылать в качестве шпионки девушку, которая всеми силами пытается обратить на себя внимание? — Латар изогнул бровь. — Нет, я отказываюсь в это верить.

— А вас, оказывается, так легко ослепить симпатичным личиком и стройной фигурой, — не удержалась я от ещё одной шпильки.

Но ответом мне стал удивительно серьёзный взгляд принца, от которого захотелось забраться под плед с головой, а щёки вспыхнули невыносимым жаром до самых ушей!

— Я уже ослеплён — другой девушкой — и сделать это ещё больше невозможно, — Латар помолчал, любуясь моей красноречивой реакцией, а затем вернулся к делу: — Ладно, согласен. Вашу версию я не буду отбрасывать окончательно. То, что на вашего отца воздействуют — несомненно. В том, что его состояние очень похоже на недуг Сенеона — я почти уверен. Кто именно это сделал — не факт, что Маир об этом знает, хоть и ведёт себя ровно таким образом. За ним нужно понаблюдать, и я подумаю, как это устроить. В любом случае оставаться здесь опасно для нас обоих. Завтра же мы возвращаемся в Хадфорд.

— Хорошо, но прежде я хотела бы попытаться выяснить, что с ним творится на самом деле, — осторожно возразила я, хоть мысль о скором возвращении меня обрадовала.

Я и сама не хотела здесь оставаться!

— Думаете, это возможно? Лучшие лекари Хадфорда толком не могли понять, что творится с Сенеоном, лишь распознали проклятие — и оно, простите, принадлежало вам.

Правильно — раскрывая заговор, главное не выйти на самого себя. Если здесь окажется замешана магия Алиты, случится очень и очень большой конфуз.

— Я попытаюсь, — настояла я. — Хуже-то не станет.

— Лучше станет, если мы как можно скорее поженимся, — не упустил возможность напомнить мне Латар. — Вообще от нашего путешествия лишь одна польза — мы своими глазами увидели состояние князя, и оно вызывает очень большие подозрения.

— Теперь я могу пойти спать? — в подтверждение собственных слов я тут же широко зевнула, и лишь в последний миг успела прикрыть рот ладонью.

Кажется, Латар глубоко о чём-то задумался, поэтому ответил не сразу:

— Да. Завтра утром я зайду к вам. Без меня никуда не выходите!

— А вы всё-таки попробуйте стучать в дверь, прежде чем войти, — слегка уколола я его напоследок.

— Привыкайте. Скоро я постоянно буду заходить в ваши покои, не дожидаясь разрешения.

Едва успокоившись перед сном, от его слов я снова подобралась, будто из сиденья моего кресла внезапно выскочили иголки и впились мне прямо… туда, куда надо. Латар забрал сломанную дверную ручку с собой и вернулся в свою комнату тем же путём, что и пришёл. А я ещё некоторое время сидела неподвижно, глядя ему вслед, размышляя о том, что количество исходящих от него провокаций растёт буквально с каждым днём. Становилось совершенно невозможным игнорировать их! Чего он добивается? Того, чтобы меня бросало в жар сразу, как только он появится в поле зрения?

Смахнув со лба внезапную испарину, я всё-таки поднялась и, завершив подготовку ко сну, наконец отправилась отдыхать.

Правда, сон вышел немного тревожным: незапертая дверь между нашими с Латаром комнатами неосознанно нагоняла на меня беспокойство. Я то и дело просыпалась и смотрела вдаль, на вертикальный белый прямоугольник посреди тёмной стены — и в какой-то момент сквозь зыбкую дремоту наконец почувствовала, как перина рядом со мной промялась.

— Спите. Я просто полежу тут. Никто не узнает, — шепнул принц сквозь темноту. — Кажется, скверна вновь усиливается.

По его тону я так и не смогла распознать — ему действительно стало хуже, или это просто уловка? Но — удивительно! — этого самого момента я, закрыв глаза, не просыпалась вплоть до самого утра.

Когда пробудилась, принца традиционно не оказалось в комнате. О его спонтанном визите напоминала лишь заметно смятая подушка. Вскоре пришла всё та же служанка с лёгким завтраком на серебряном подносе и намерением помочь мне привести себя в порядок.

Латар действительно не заставил себя ждать. Теперь он пришёл традиционным образом, через «парадную» дверь, и мне в глаза сразу бросилась новая деталь в его облике — тонкие кожаные перчатки, плотно облегающие кисти рук. Что это? Зачем?

На ходу поправляя только что собранные в причёску волосы, я торопливо подошла.

— Что случилось? — обратилась к нему тихо, чтобы не услышала служанка.

— Думаю, вашему брату не стоит знать ничего о нюансах моего состояния, — скупо ответил принц.

— Мы можем сейчас… — начала было я.

— Боюсь, то, что мне сейчас действительно нужно, вы пока не способны мне дать, — как-то слишком резко произнёс Латар, и в его тоне мне послышалась совершенно неоправданная грубость. А ещё неприятный подтекст, от осознания которого внутренности дёрнулись и на несколько секунд скрутились в горячий узел.

— Ну, что — вы готовы? — поторопил меня принц, кажется, не заметив моего смятения. — Маир уже сообщил о том, что князь готов нас принять.

— Да… — выдавила я растерянно.

Нас вновь проводили к Исиису — и на первый взгляд он пребывал ровно в том же состоянии, что и вчера. Маир тоже был здесь, и его направленный на меня взгляд обжёг подозрительным нетерпеливым ядом.

— Вижу, лучше князю не стало, — прокомментировал положение Латар.

— День на день не приходится, — пожал плечами «брат». — Вам не повезло.

— Так, всё… — выдохнул огнём принц. — Мы отбываем немедленно.

— Постойте! — напомнила я ему красноречивым взглядом. — Я я хочу взглянуть на него иначе.

Маир насторожился, но не успел мне помешать. Я вновь присела на ковёр перед князем и крепко взяла его руки в свои. Усилием магии попыталась проникнуть в глубину его магического контура, чтобы увидеть хоть какие-то нарушения, что могли бы так сильно повлиять на его разум.Внутренним взором я словно бы двигалась по тёмному, непроглядному коридору в неизвестность. Но аура жемчужных драконов должна быть светлой, как кристалл! А сейчас она походила на пыльную захламлённую каморку без окон, где совершенно ничего нельзя было разглядеть. Правда, и скверны я не чувствовала.

Углубляясь всё дальше, я как будто натолкнулась на стену.попробовала найти обход, и внезапно прямо перед моими глазами вспыхнул образ того мужчины, что однажды являлся мне во сне в некоем ритуальном зале. она резко двинулся на меня, его лицо с горящими глазами оказалось так близко, что я отшатнулась. Грудь сдавило холодными тисками, а затем последовал тугой удар — прямо под рёбра.

Я ахнула и повалилась назад.

— Алита! — грянул надо мной голос Латара.

Он поймал меня за секунду до падения и, поставив на ноги, сразу прижал к себе.

— Что вы видели?

— Кого-то… — пролепетала я, едва дыша. — Я не знаю, кто он. Не могу… постойте…

Смяв ворот, я оттолкнула Латара и попыталась втянуть в себя побольше воздуха — получилось не сразу, будто лёгкие слиплись. В руках поселился странный отстранённый холод.

— Принцесса, — ладони Латара опустились мне на плечи, но я сбросила их. Не отпускало страшное чувство, что это был он. Он… И не он тоже. Как это сложно! Я совсем ничего не понимаю.

— Ты в порядке? — изобразил участие Маир. — Лучше было бы тебе не соваться туда, где даже опытные лекари не могут ничего найти. Почему ты вообще решила, что можешь его лечить?

— Не твоё дело! — огрызнулась я и повернулась к принцу. — Отправляемся в Хадфорд, ваше высочество? Больше не вижу надобности здесь оставаться.

— Не дождёшься отцовского благословения? — хмыкнул Маир.

— Благословите сестру вместо князя, — вмешался принц. — На нашей свадьбе!

— Не уверен, что я смогу на ней присутствовать, — развёл руками Маир. — Но очень буду ждать официального приглашения. Учтите, ваша свадьба без одобрения семьи невесты не добавит вам очков, ваше высочество. Княжеское Собрание уже недовольно вашими решениями.

— Да что вы… — улыбнулся Латар. — Я учту. Но планы менять не намерен.

С этими словами, обняв меня за плечо и прижав к своему боку, принц отвернулся от Маира, и мы вместе вышли из покоев князя Исииса. Латар отдал приказ нашему сопровождению немедленно собираться в обратную дорогу. Мы не брали с собой много вещей, ведь не планировали задерживаться здесь, поэтому могли отправиться почти немедленно.

— Так кого вы видели? — настойчиво спросил Латар, как только мы вырвались из-под пристального внимания Маира.

— Он словно весь состоит из скверны, — только и смогла пояснить я. — Он выглядит, как человек. Но уже не человек. Есть предположения, кто это может быть?

— Я раньше не встречал таких противников, — озадаченно покачал головой Латар. — То есть князь тоже заражён скверной?

Он воровато оглянулся, но к счастью, поблизости никого не было. Стража оставалась на тактичном расстоянии от нас.

— Нет! Это что-то другое. Я не поняла, что, там всё в тумане и как будто… в саже.

От собственных слов у меня по спине пробежала дрожь первобытного ужаса перед силой, которую я не способна была осознать и понять.

— Хорошо, мы ещё раз обсудим это в Хадфорде, — не стал пока допытываться Латар.

Он растёр моё плечо ладонью, продолжая тесно прижимать меня к себе, а во мне не осталось сил сопротивляться.

Всё то время, что мы шли до террасы, откуда и должны были взлететь, я не могла избавиться от преследующего меня облика того странного и пугающего незнакомца. Он тенью продолжал стоять перед глазами, его огненные радужки словно прожигали мне мозг. Чувство опустошённости нарастало, и в какой-то миг мне показалось, что я вообще не смогу обратиться. Но нет — с этим проблем не возникло.

Однако полёт дался мне нелегко. Меня словно трясло в турбулентности, время от времени я выпадала из единения с драконицей и будто бы теряла сознание, находясь внутри неё. Чудом мы не падали, ипостась перехватывала главенство ради сохранения нашей жизни, а когда я вновь возвращалась в себя, постоянно ощущала острое внимание Латара.

Он знал, что со мной что-то не так, и его это беспокоило не меньше, чем меня.

Однако к тому моменту, как мы вернулись в резиденцию Тирголинов, мне будто бы полегчало. В очередной раз я убедилась в том, что полёт для дракири — лучшее лекарство от странных внутренних ощущений и магического перенапряжения.

Чего нельзя было сказать о принце. Усилившаяся ещё ночью в замке Эскит скверна за время нашего пути назад, похоже, начала доставлять ему почти невыносимое неудобство.

Мы прибыли к ночи, нас встретил начальник башенного караула и отрапортовал принцу о том, что в замке всё спокойно. Мы не стали дожидаться ещё кого-то, кому следовало появиться на террасе по возвращении его высочества. Едва выслушав старшину, кособочась и хватаясь за руку, Латар поспешил скрыться в замке. Мне пришлось почти бежать за ним, чтобы не упустить необходимый миг вмешаться. Сейчас я, наверное, впервые почувствовала острую необходимость ему помочь. Желание — искреннее и почти болезненное.

В сопровождении нескольких сохраняющих невозмутимый вид стражников мы добрались до покоев Латара. Он отдал приказ не беспокоить нас и открыл передо мной дверь, пропуская вперёд. Мы пронеслись мимо встревоженного камердинера и скрылись в спальне.

Наверное, это выглядело до неприличия двусмысленно. Однако слуга не рискнул попросить хоть каких-то объяснений.

Порывисто и быстро сдирая с себя одежду, Латар освободил торс, развернулся — и я ужаснулась. Никогда прежде мне не приходилось видеть подобное! Всё то, что происходило с принцем до этого, казалось незначительной неприятностью. Теперь его руку почти полностью покрывала тонкая зеленоватая корка, похожая на переплетение тончайших стеклянных капилляров.

— Полёт так ослабляет вас… — я подошла к замершему передо мной в ожидании Латару, поднимая руку, чтобы коснуться.

— Обращение требует сил. И сдерживание скверны тоже. Приходится чем-то жертвовать, — сухо ответил он, наблюдая за мной. — В облике дракона я держусь, но как только обращаюсь — она наваливается на меня с утроенной силой.

Я накрыла его запястье обеими ладонями и закрыла глаза. Меня сразу захлестнуло затхлостью искажённой магии, но я сумела подавить инстинктивный порыв сбежать. Сначала нужно измерить новый масштаб катастрофы… Осознать и почувствовать глубину… Всё не так плохо — очаг ещё различим, я смогу дотянуться до него и подавить.

Здоровая ладонь Латара коснулась моей щеки. Он словно пытался ободрить меня, напомнить, как для него это важно. Секунда… Я попыталась высвободить привычные силы, которые в такой миг всегда ощущала внутренним огнём — и не нашла в себе ничего. Словно меня опрокинули, как сосуд с водой, и всё ушло в сухую землю.

Нет, так не может быть! Может, просто устала после полёта… Надо собраться с мыслями.

— Принцесса… — голос драака слегка сбил меня с нужного настроя, нервы мгновенно натянулись, как струны. — Всё хорошо?

В его тоне полупрозрачной нитью дрогнуло нетерпение.

— Я не могу, — произнесла я быстрее, чем успела осознать. — Что-то случилось. Я не могу!

Ещё одна попытка — и ничего. Внутри меня словно бился тугой горячий комок, но я не могла вскрыть его, чтобы освободить заключённую в нём силу.

— Что-то мне мешает, — я покачала головой и подняла на Латара взгляд.

Что делать? Кажется, он не поверил. Не знаю, почему, но в его глазах стояло сомнение, а лицо исказилось проскоользнувшей по нему тенью боли и какого-то разочарования. Он что — считает, что я лгу? Что поступаю так нарочно?

— Я понял…

Он отступил. Я хотела удержать его запястье, но одним рывком принц освободился.

— Я всё вижу, вижу скверну, но не могу её коснуться! — попыталась объяснить свои спутанные ощущения.

Стальная хватка рук Латара внезапно сомкнулась на моих плечах. Я вскрикнула — не от боли, от неожиданности и сжавшего сердце испуга. Принц подтолкнул меня, и я бёдрами впечаталась в изножье его кровати. Тело до самых пят пронзило копьём смешанных чувств — страха, непонимания и острого, парализующего желания, чтобы Латар просто не отворачивался, не отводил взгляд. Потому что это неизбежно будет означать, что между нами что-то сломалось.

— Всё это время я надеялся, что ваше отношение ко мне хоть немного изменится, — проговорил он глухо, склоняясь к моему лицу. — Но те слова… О том, что я противен… Всё осталось прежним. Я хотел бы, чтобы было иначе.

— Нет, дело не в этом!

— Думаю, как раз в этом, — Латар удержал моё лицо в ладонях и прижался лбом к моему лбу. От здоровой его руки исходило желанное, томительное тепло, от заражённой — леденящий сухой холод.

Его дыхание обволокло мои губы. Я до боли в пальцах сжала изножье, опираясь на его, чтобы просто не упасть, колени дрожали, а стук сердца грохотал в ушах, заполняя голову гулом. И в то же время что-то внутри меня всеми силами потянулось к Латару, между моих плотно сдвинутых бёдер зародилось пульсирующее тепло. Я слегка запрокинула голову, чувствуя, как плавленый поток медленно растекается по телу. Принц смотрел на меня в упор, моя рвано вздымающаяся грудь упиралась в его — обнажённую, горячую, покрытую тонкой испариной, но разум стеной блокировал дикую откровенность происходящего.

Внутри меня всё бурлило, но внешне я словно была парализована, пригвождена к месту, неспособная пошевелиться. Не способная ответить…

— Алита…

Короткими жадными поцелуями принц обжёг мои скулы, подбородок и губы — так стремительно и остро, что после каждого на коже остался тлеющий горьковатый след.

Он словно урвал момент. Украл его, поселив в моей душе горячее смятение. Он возьмёт ещё? Прямо сейчас?

— Я оставлю вас в покое, дам время разобраться, что с нами происходит, — наконец хрипло проговорил Латар. — Наша свадьба в силе, но больше я не стану слушать ваших упрёков в том, что мне пришлось прибегнуть в чужой помощи там, где вы не сумели помочь.