Глава 4

Где я сейчас живу?.. Провались все в преисподнюю, я скорее отрежу себе язык, чем расскажу.

Я вздрогнула, лопатками ощущая тяжелый взгляд Кориана. Целитель, осекшийся на половине слова, тоже замер и стал как-то меньше.

Клянусь, я могла бы до мельчайших деталей сейчас описать, как прищурились глаза Кориана, как он наклонил вперед голову, сжал зубы, так что линия челюсти стала резкой и четкой, как край лезвия.

Точно таким же тоном он со мной говорил и так же смотрел, когда впервые увидел, а я его, и так злющего из-за «пустой траты времени на этом треклятом балу», едва не сшибла с ног и опрокинула на него бокал вина.

* * *

От испуга в тот момент я едва могла дышать. Огни бального зала до сих пор слепили меня после темноты балкона, от воспоминаний о прикосновениях липких мужских рук, запахе алкоголя и от отвращения — трясло.

— Мать твою, у вас глаза — на затылке? — рявкнул Кориан. — Вас не научили манерам? Или я, по вашему, пацан, с которым можно так заигрывать? Кто она такая? Вышвырните ее отсюда, это уже перешло всякие границы!

По синему пиджаку Кориана, хотя я тогда не знала, как его зовут, расплывалось пятно от красного вина, белая рубашка была безнадежно испорчена.

Мне конец. Разозлить дракона — это, определенно, не то событие, которого я ожидала от бала, куда меня отправили и велели «не уронить честь приюта».

Когда я стояла у стены, рассматривала его и мечтала, что он со мной заговорит, я как-то… иначе все это себе представляла.

Серебристая маска на смуглокожем лице не могла скрыть чистейшей жажды крови. Моей.

Я поймала на себе взгляд Миранды. Она была бледной и от испуга, кажется, даже протрезвела. Остальные девочки испуганно сбились вокруг нее в стайку, смотрели на меня, но на выручку бежать не спешили.

— Г-г-господин П-п-первый советник! — прозаикался мэр, выступая вперед. От испуга на его лице выступил пот, седые уложенные помадой волосы встопорщились. — Прошу прощения, это у-у-ужасное недоразумение! Сейчас мы все уладим! Позвольте я провожу вас… А вы… Кто вы такая вообще? Как вы сюда попали⁈

— Я… — Я осеклась, потому что вспомнила: мое имя мэру ничего не скажет. — Я из…

— Ай! — махнул рукой мэр. — Все потом, юная леди! С вами мы отдельно разберемся! И куда только смотрят ваши родители? Ждите меня снаружи.

— Но…

— Я неясно выражаюсь? — мэр огляделся и кивнул кому-то. — Выведите ее. Господин Первый советник…

— Тихо.

Я попятилась, когда ко мне подошел высокий мужчина в смокинге и протянул руку. Слишком свежи еще были воспоминания о том, что произошло на балконе — и я испуганно отшатнулась. Мужчина снова попытался меня схватить, но тут голос за его спиной произнес:

— Подожди.

Дракон отодвинул мужчину, тут же измельчавшего на его фоне, с дороги и уставился на меня сквозь прорези серебристой маски. Глаза у него были фиалковыми, с вертикальными зрачками. Очень красивые и очень пугающие.

— Что у тебя с платьем?

Я осмотрела себя. Порвалось. Директор Хемфилд меня убьет.

— Простите, — наконец отмерла я. — Господин Первый советник, мне очень стыдно! Может, я… попробую застирать? Честное слово, я отлично стираю, а соль иногда творит чудеса. Давайте я…

Я потянулась к его костюму, расстегнула верхнюю пуговицу и замерла.

— Решила меня раздеть?

— Я…

— Что ты делала на балконе? — вдруг спросил дракон, краем пальцев подцепив мой подбородок и вглядевшись в лицо.

— Я… ничего.

— После ничего с рваным платьем не выходят. Пошли.

— Что вы…

Дракон, схватив за локоть, потащил меня обратно, к балкону. Вырваться у меня не вышло. В бальном зале висела полная тишина, даже оркестр перестал играть.

Когда дракон отодвинул тяжелую темно-зеленую портьеру, стоящий на балконе мужчина подпрыгнул от испуга. Я вздрогнула. Плохо выбритая цыплячья шея, которую я отлично запомнила, потому что приходилось вжиматься в нее лицом, не слишком белая рубашка — я помнила, что она воняла чем-то кислым, — всклокоченные темные волосы, похожие на петушиный гребень.

Я узнала этого парня — он подходил ко мне дважды, я оба раза отказывала. Вообще не собиралась танцевать.

— Ну, — мрачно уронил дракон. — И какой вонючей преисподней ты здесь стоишь?

За нашими спинами пробежали шепотки. Я бы с удовольствием сбежала отсюда, но дракон крепко держал меня за локоть.

— Я… Я… Вышел покурить! А разве нельзя? Это…

— «Этим» у тебя нос не дорос заниматься, если ты слова «нет» не понимаешь! — рявкнул дракон. — Мэр Как-Вас-Там, забыл фамилию, вы совсем ополоумели? И вы, и ваша трижды хреновая охрана⁈ Посреди бала девке юбку задирают, она вся в слезах и соплях улепетывает от какого-то козла — а вы танцульки танцуете? Где, мать, вашу, порядок, про который вы мне втирали битый час? Вы тут вообще все охренели⁈ Если у тебя под носом такое творится — что в городе я увижу, а?

— Мы… — прозаикался мэр. — Мы… Мы…

Я заметила, что в присутствии этого дракона вообще сложно было говорить четко — все почему-то начинали заикаться.

— Мы во всем разберемся! — наконец нашелся мэр.

— Разберитесь. Козла этого — под стражу возьмите, девку — домой проводите и сдайте с рук на руки родителям. И налейте ей горячего чего-нибудь, она трясется вся.

Дракон обернулся ко мне и, кажется, задержался взглядом на моем лице. Потом он провел пальцем по моим губам — на его коже осталась капелька крови. Видимо, я прикусила губу, когда ударилась спиной о стену.

Спустя секунду дракон наконец отпустил мой локоть и быстрым шагом покинул бальный зал.

— Хрен тебе, а не аттестация должности! — громко заявил он мэру, пересекая порог.

Все взгляды обратились ко мне.

Тогда я еще не успела сообразить, что примерно в этот момент рухнула вся моя жизнь и с завтрашнего дня существование превратится в ад.

* * *

Это случилось больше двух лет назад. В настоящем я смотрела на то, как целитель под взглядом Кориана сникает, скукоживается, — точно так же, как и все остальные, кто чувствовал, что Кориан зол.

Иногда я задавалась вопросом, умеет ли этот дракон… не любить, нет, но, может, хотя бы испытывать теплые чувства? Хотя бы немного?

Кто-то называл его цепным псом короны, потому что Кориан был не только Первым советником. Он был тем, кто разгребает за королем самые грязные дела и не останавливается ни перед чем, чтобы навести порядок. За ним тянулся длинный кровавый след — его боялись. Врагов у него тоже было много. Но суть в том, что Кориан не был псом короны. Я слышала, как он говорит с королем. Тот — скорее пешка Кориана и не смеет ему возразить.

Раньше я думала, что он просто такой. Жесткий, суровый — со всеми, даже со мной, его женой. Учитывая, как именно мы поженились и почему, — в этом не было ничего удивительного.

Я думала… Я много чего думала. Даже совсем недавно, уже после развода, — как будто это имело значение.

Я размышляла об этом ровно до того момента, как увидела красивую женщину, которой Кориан позволял цепляться за его локоть.

Мне такие прикосновения разрешены не были. Так что…

— Ты оглохла? — рявкнул Кориан. — Живешь ты где?

Я закрыла глаза и призвала все свое спокойствие.

— Я живу с мужчиной, у нас свой дом.

— С тем самым, от которого ты залетела и родила ублюдка своего?

Боже, помоги.

— Да. Благодарю за помощь — и простите, что доставила неудобства. Мне пора.

Хорошо бы еще забрать шаль, но она была в кабинете наверху — а мне было страшно оставаться с Корианом в одном здании.

Иногда, когда приходилось совсем туго, и я боялась, что не смогу обеспечить моему сыну, Кори, достойную жизнь, да хотя бы просто покормить, я думала о том, чтобы рассказать обо всем бывшему мужу. Попросить о помощи. Ради сына я была готова и не на такое.

Но меня это тоже пугало. Вдруг Кориан не поверит? Что он сделает с ребенком предательницы? Из-за этих опасений я не решалась.

— До свидания, — повторила я.

И направилась к выходу, изо всех сил стараясь не шататься. Должно быть, страх придал мне сил.

К счастью, никто меня не остановил.

— Господин Первый советник, — отмер мистер Бердс, — прошу вас. Чай, кофе? Обсудим, какой персонал вам требуется?

— Обсудим. Зачем она к вам приходила?

— О ком вы…

— Мозги мне не трахай, я ясно спросил.

Остаток разговора я не услышала. Нужно спешить к сыну! Меня и так давно не было. А затем — просить хозяйку приюта, где я остановилась, подождать с платой еще хотя бы неделю…

Правда, уходя, я забыла кое о чем.

Кориан никогда никому не верит на слово и предпочитает во всем убедиться самостоятельно.

Так что в мою ложь про дом он тоже — не поверит на слово.

* * *

Приют, где я остановилась, находился на противоположном конце города. Добраться туда пешком в моем состоянии было той еще задачкой, но тревога за сына, конечно, придала мне сил.

Я уже давно придумала способ передвигаться побыстрее: нужно просто держаться края тротуара, чтобы всегда иметь возможность ухватиться за стену здания и переждать приступ головокружения.

Когда-то, когда я только мечтала о детях от Кориана, я думала, что буду целыми днями возиться с малышом, а Кориан будет иногда к нам заходить — даже в самых смелых мечтах я не могла бы представить того, чтобы он наравне со мной ухаживал за ребенком. Где, в конце концов, Кориан, и где дети.

Но долгожданная беременность не наступала, хотя Кориан регулярно посещал мою спальню.

«Потому что я дракон, а не забулдыга, который может нагулять с десяток ублюдков и не заметить. Сейчас не время для детей. Я не собираюсь их заводить сейчас».

«Но…»

«Не мешай мне. Зачем ты пришла сюда? Я просил не соваться в мой кабинет».

Просил, да. Но мы не виделись две недели, пока Кориан был в столице, далеко от родового поместья, где жила теперь я, и я подумала… Ладно.

Я даже в приюте не чувствовала себя так одиноко, как пустом доме Кориана. Мне все казалось, что если я буду послушной, тихой и приветливой, муж потеплеет ко мне, — он ведь в самом деле непростой человек. Дракон.

И женился на мне… Я до сих пор не понимала, зачем ему это сдалось.

«Алиса», — окликнул он, когда я уже вышла в коридор.

«Что?»

Я что-то опять сделала не так?

Я обернулась. Взгляд Кориана потеплел — или это мне только показалось?

«Спустись вниз, я привез тебе подарок, — голос Кориана звучал мягко. — Надеюсь, понравится. Бархатная коробка на столе».

В тот вечер в поместье приехал Гарри. Он был кузеном Кориана или что-то вроде того. Тоже дракон, только — совсем простой. Улыбчивый, веселый, со светлыми вьющимися волосами и ужасно смешливый. Даже его глаза с вертикальными зрачками почему-то не пугали. Ко мне он относился как к младшей сестре, и мы часто проводили вместе время, пока Кориан был занят делами. Мы болтали, читали или играли в карты. Иногда я думала о том, как здорово было бы вот так же болтать с Корианом, но он и болтовня — были чем-то противоположным.

«Ты достойна большего, чем мой нелюдимый кузен», — заявил однажды Гарри.

После того, как Кориан отчитал меня за слишком громкий смех, который отвлекал его от работы.

«Не говори так», — попросила я.

На следующий день Гарри уехал, а спустя неделю вернулся. Он наведывался в гости довольно часто, и я ждала его визитов, радуясь, что у меня появился друг.

В тот день, когда все случилось, Гарри как раз уехал по делам в столицу. Или нет?

Я плохо помнила тот день.

Помнила только, что пришла в себя в пристройке для слуг, и что я была не одна, и что Кориан вздернул меня на ноги. В какой-то момент мне показалось, что он меня убьет.

А еще я помнила, что вокруг пахло миндалем — должно быть, запах пирожных, которые я решила испечь в подарок Кориану на его день рождения, до сих пор не выветрился с моего платья.

Шаг, еще шаг… Наконец впереди показалось здание приюта.

Когда-то оно наверняка было прекрасным. Сейчас лепнина покрошилась и давно осыпалась, красный кирпич выглядел от старости как дерево, поеденное насекомыми, а деревянная дверь покосилась, так что ее нужно быть приподнимать, прежде чем толкнуть и войти внутрь.

Пахло в приюте привычно: лежалым бельем, по́том, капустным супом, который варили здесь в подвальной кухне из расчета одна порция на человека.

— Оплату принесла? — не поднимая глаз от журнала, спросила меня миссис Морис.

В приюте можно было жить бесплатно неделю — если оказался в трудной ситуации. Меня с ребенком на руках пустили сюда без проблем.

Но ведь прошло уже почти три месяца — я уже на несколько дней задержала оплату. Как последняя дурочка отдала последние деньги в агентство по трудоустройству! Ничего, пускай не думают, что им удастся так просто от меня избавиться.

— Я принесу.

— Ты должна была принести вчера.

— Я…

— Если не будет оплаты сегодня вечером — можешь выметаться! — рявкнула миссис Морис, глядя на меня из-за толстых стекол очков, отчего ее глаза казались похожими на глаза стрекозы. — Тут тебе не дом, а я не твоя мама, чтобы меня завтраками кормить!

Кивнув, я быстро проскользнула мимо и — хотела бы я сказать, что взлетела по лестнице, но такие фокусы мне уже давно были недоступны. Второй этаж казался настоящей горой.

Наконец одолев скрипучие ступеньки, неуловимо липкие, как будто впитавшие в себя грязь и запах спертого воздуха, я сделала еще несколько шагов по коридору и наконец ввалилась в комнату, где жила.

Тут же услышала радостное детское гиканье. Кори!

Улыбнувшись, я поспешила к моей койке.

— Притащилась наконец!

— Когда ты уже выметешься отсюда, нахлебница?

— И крикуна своего заберешь, спать невозможно!

В комнате было девять коек помимо моей — и иногда я не успевала даже познакомиться с соседями, так быстро они менялись. Здесь бывали и мамы с детьми, как я, и пьянчуги, и люди без ног, и старики.

Стоило ли говорить, что мамы с младенцами были самыми нелюбимыми для всех соседями? Так что в комнате меня, мягко говоря, не жаловали.

Подойдя к койке, стоящей у стены, я взяла сына на руки и уткнулась носом в сладко пахнущую макушку.

— Алиса! — обрадовался Марк. — Смотри-ка, чему мы научились! Кори, покажи маме. Давай, положи его на кровать.

Марк жил здесь уже месяц. Ему было за семьдесят, но Марк по-прежнему был крепким и сильным мужчиной, выглядел он минимум на десять лет моложе своего возраста. Он оказался без дома, когда попытался продать свой, чтобы переехать поближе к детям, но его обманули, украли деньги. Так и попал в приют, ожидая, пока дети откликнутся на просьбу о помощи, пришлют денег или приедут сами, — но те все никак не писали. Марк не отчаивался, а я изо всех сил вместе с ним каждый день вот уже два месяца ждала письма.

Мы с ним подружились — настолько, что со временем я даже смогла доверить ему Кори.

— Как вы тут без меня? — спросила я и обеспокоенно нахмурилась.

Кори был горячим и недовольно возился у меня в руках. Заболел? Голоден? Неужели зубки режутся? Или опять болит животик?

— Отлично! Эй, здоровяк, покажи-ка маме, как умеешь? Не поверишь, перевернулся, пока тебя не было!

— Правда? — Я посмотрела в голубые глаза сынишки и боднула его лбом. — Какой ты умница! Голодный, наверное? Давай поищем еду…

Как я и думала, молока у меня в нужный момент не появилось. Придется снова греть воду для смеси.

Поев, Кори не успокоился, захныкал, его лобик стал совсем горячим, — точно зубки. Кажется, меня снова ждет бессонная ночь.

— Еще немного — и я удавлю это отродье подушкой, — проворчал мужчина с другого конца комнаты. — Когда он уже заткнется?

Я вздрогнула и прищурилась. Только попробуй. Только подойди. Нож под подушкой я не просто так храню — и однажды мне уже пришлось пустить его в ход.

С тех пор меня не трогали и прозвали в приюте «Бешеной».

«Так им и надо, — поддержал Марк. — В тебе, девочка, сил на десятерых — не позволяй им себя обижать. И здоровяка твоего. Они ногтя вашего не стоят!»

— А я тебе помогу, — ответил второй. — Сил никаких нет! Старая выдра, — так между собой называли строгую миссис Морис, — обещала ее еще неделю назад выгнать — за то, что не платит.

— Она еще и не платит⁈

Я сжала зубы и погладила Кори по голове.

Ничего, завтра я снова пойду искать работу. И в агентство семьи Бердс я наведаюсь. У моего сына будет достойная жизнь. Чего бы мне это ни стоило.

— А сил хватит? — раздался спокойный прохладный голос со стороны двери. — Удавить. Это, знаешь, не так просто. На это нужна сила.

— Что вы…

— Заткнись.

Голос звучал негромко, но моментально заполнил собой всю комнату. Кориан шагнул внутрь, комната, и так небольшая, моментально стала казаться крохотной.

Одетый с иголочки дракон, в форме Первого советника, сияющей золотыми эполетами и режущей глаз стрелками на темно-синих брюках, смотрелся странно и нелепо в убогой комнате приюта, населенной одиннадцатью людьми.

Подойдя к моей койке, Кориан прищурился. За его спиной маячил бледный мистер Бердс.

А этот здесь что забыл?

— Значит, вот где ты живешь, — медленно уронил Кориан. — Ну и как, стоило оно того?

Он опустил взгляд и уставился на сына, который возился у меня в руках и недовольно болезненно хныкал. Я погладила его по голове, но Кори уже не так-то просто было успокоить. Зубки и колики — иногда это то, что нужно просто перетерпеть.

— Это не твое дело, Кориан, — ответила я. — И — да. Оно того стоило.

Я о многом жалела в своей жизни — например, о глупой беззаветной влюбленности в дракона и надежде на то, что однажды он тоже меня полюбит.

Но я точно не жалела о разводе с мужем, который ни капли меня не любил.

Кориан шагнул ближе — и я инстинктивно закрыла головку Кори рукой, чтобы защитить.