Глава 8

Меня тут же окатило холодным потом, я обернулась. Марк смотрел на Кори потрясенно.

— Алиса, здоровяк твой… это что ж — он только что?

— Что?

Я опустила взгляд и зажмурилась от яркого света огонька, который плясал в очаге, на остатках не вычищенного угля.

Что ж… Кажется, огниво и спички можно не искать. Я знала, что огонь считается талисманом и символом Амберов, они могли его подчинять и управлять им. Именно это когда-то сделало род Кориана таким могущественным. Но я не думала, что мой сын сможет играть с огнем в три месяца, за несколько лет до того, как вторая ипостась даст о себе знать.

— Он же у меня с даром, — поспешно ответила я, отходя от очага. — Марк, там… шкатулка?

— А, точно!

Марк, тяжело поставив узел на пол, принялся его развязывать. Я сглотнула. Почтовые шкатулки были довольно редким и дорогим способом связи, до встречи с Корианом я даже в руках таких не держала. Для меня стало сюрпризом, когда поверенный вручил мне это. Хотя Кориан был баснословно богат — может, для него это в порядке вещей?..

«Это для связи с господином Первым советником».

Меня, признаться, намного больше интересовал мешочек с монетами. А связь с Корианом, как я надеялась, мне не пригодится. И вот сейчас…

— Держи, девочка. Давай-ка я пока здоровяка твоего возьму, ага… Ух, привет! Проснулся? А кто тут проснулся?

Марк поставил на стол тренькающую шкатулку и забрал у меня Кори. Поежившись от налетевшего порыва ветра — нет, все-таки в этом доме слишком холодно! — я открыла крышку и вытащила оттуда сложенный лист бумаги.

Сердце замерло, а потом рухнуло вниз. Это было письмо от поверенного, не от Кориана.

' Уважаемая мисс Фишер!

Надеюсь, вы благополучно добрались и готовы приступить к своим обязанностям'.

Я выгнула бровь. И ради этого он написал мне письмо? Чтобы поприветствовать? Честное слово, для такого можно было бы использовать и обычную почту, все равно полезной информации — ноль.

Справившись с удивлением, я продолжила читать.

«Надеюсь, вы сообщите об этом в ответном письме, все необходимое сможете найти в офисе экономки. Вам необходимо содержать поместье в порядке, заботиться о чистоте помещений, вести учет расходов, присматривать за садом».

Сад? Это он про поросший соснами участок? Нет, возможно, когда-то где-то за домом был сад… Но, если о нем заботились так же, как об этом доме, то у меня для господина поверенного плохие новости: поможет здесь только чудо, а не забота.

«Также вы должны осуществлять текущий ремонт поместья».

За двадцать золотых?

Я огляделась. Даже если оценивать только кухню — выбитое окно, неисправная плита, водопровод не работает, — то двадцать золотых вряд ли покроют ремонт, который необходим. Не говоря уже о том, что ремонт подразумевает или команду рабочих, или обученного мага. И то, и то, было баснословно дорогим для человека, у которого в кармане двадцать золотых в месяц.

— Ау! — воскликнул Кори и попытался схватить Марка за нос.

— Ну что там, девочка?

Я пожала плечами.

«Господин первый советник также считает нужным напомнить о том, что не планирует в ближайший год искать новую экономку и призывает вас следить за своим здоровьем, чтобы у нас не случилось нежелательных ситуаций».

Это он так намекает на то, что я могу помереть? Ни за что. Иначе Кори останется один. Руки сжались в кулаки, я едва не порвала письмо. Только чудом опомнилась вовремя и продолжила читать.

'Прошу также учесть, что в случае любых дополнительных расходов вы можете отправить письмо господину Первому советнику — и он рассмотрит ваш запрос. Запрос должен содержать аргументированную просьбу. В том, что касается дополнительных расходов на питание или лечение, вас и вашего особого положения, также работает это правило: вы должны попросить необходимую сумму у господина Первого советника. Прошу обратить внимание, что запасов провизии в поместье нет.

Господин Первый советник планирует провести неделю «Мглистых соснах» в середине лета — думаю, будет излишним напоминать, что к его визиту поместье должно быть готово к приему хозяина.

С уважением,

Гарольд Помбри,

поверенный господина Первого советника Кориана Аслана Амбера'.

На обратной стороне красовалась короткая приписка, сделанная небрежным почерком Кориана:

«Где-то на чердаке есть колыбель. Постарайся не угробить своего ублюдка, хватит того, что ты его нагуляла от какого-то козла. И будь добра, формулируй четко, когда нужны деньги на его лечение, у меня слишком мало времени».

— Что ты де… — начал Марк, но не успел ничего сделать: подлетев к очагу, я швырнула скомканное письмо в огонь и теперь смотрела, как оранжевые язычки лижут чернеющую бумагу.

От злости меня трясло. Так вот, в чем дело? В этом был план? За что он со мной так?

В ушах шумело, пришлось опереться о нагревающийся потихоньку стояк, чтобы не упасть. Вот, почему жалование такое маленькое. Вот, откуда «осуществлять текущий ремонт».

Кориан рассчитывал, что я буду выпрашивать у него деньги. Хотел отыграться?

«И что ты мне предлагаешь? — вспомнила я слова Кориана. — Жениться на тебе? Думаешь, нашла повод устроиться получше?»

А потом, в тот же день, когда он меня выгнал:

«Чего тебе не хватало? Драгоценностей? Денег? Могла бы попросить».

Он меня даже выслушать не захотел.

— Что ж тебе там такое написали? — спросил Марк.

Я медленно покачала головой, а потом забрала у него Кори и через силу улыбнулась.

— Твой папа — козел, — прошептала я в пушистую сладко пахнущую макушку. — А теперь давай готовить есть. Ты же голодный? Ам-ам?

Игнорируя тяжелый взгляд Марка, я принялась хлопать дверцами шкафчиков, пытаясь найти ложку, чтобы отмерить нужное колиечество смеси. Я была так зла, что мне хотелось разнести всю кухню на щепки! Да что там кухню — весь дом!

Вдруг за моей спиной что-то щелкнуло. Обернувшись, я увидела, что дверца небольшого стоящего в углу шкафчика открылась. За ней обнаружилась целая коллекция разномастных тарелок, вполне чистых, а рядом, в стакане, несколько ложек и вилок, которые тоже выглядели вполне прилично.

Надо же, какое совпадение. Настоящий подарок!

Осталось сходить за водой, а ложку можно будет прокалить над огнем, чтобы вывести всю заразу.

— Марк…

— Я пойду к колодцу, — тут же сказал он и похлопал меня по плечу. — Ты тут пока…

— Спасибо, — благодарно улыбнулась я. — Только немного, тяжело ведь!

С тревогой посмотрев, не сильно ли Марк хромает, я вернулась к тому, чтобы исследовать кухню.

Огонь в очаге весело потрескивал, но я все-таки наклонилась и скормила ему пару дров, второй рукой прижимая к себе Кори.

В глазах тут же потемнело — пришлось замереть, чтобы восстановить равновесие и дождаться, пока голова перестанет кружиться.

До вчерашнего дня у меня не было ни единой свободной монеты, чтобы купить для себя еду и не было возможности их заработать. Но сейчас все изменилось. Мне необходимо встать на ноги. Ради Кори.

Какая ирония. Мне ведь в самом деле на секунду показалось, что Кориан, возможно… хочет помочь. Ничего не могла поделать с тем, что дурацкая любовь никак не желает умирать.

Но сейчас все внутри как будто окаменело — после того, как я прочитала письмо, где вежливые фразы поверенного не смогли замаскировать грубость бывшего мужа.

Кориан не захотел помочь. Он просто решил мне отомстить в своей излюбленной манере.

Кориан часто поступал так с теми, кто переходил ему дорогу. Играл с ними, загонял в ловушку и делал так, что те были вынуждены просить у него покровительства.

Об этом рассказал мне Гарри, которого я все пыталась незаметно расспросить о Кориане. Просто хотела знать о своем муже больше. Может, подобрать ключик к его сердцу.

«Но зачем он это делает?»

«А зачем кот играет с мышью? Ему это нравится. Он наслаждается местью, кроме того, умеет обернуть такую ситуацию в свою пользу».

Именно это и произошло со мной. Я вспомнила слова Кориана в тот, последний день:

«Весело было? Надеюсь, тебе хорошо заплатили за то, что ты чуть меня не убила. Или это была твое желание? Чего тебе не хватало? Драгоценностей? Денег? Могла бы попросить»

Я закусила губу и смахнула слезы с лица.

Отлично, Кориан. Только ты ошибся. Я не хочу иметь с тобой дело больше необходимого — и до сих пор не знаю, как пережить тот момент, когда ты появишься на пороге этого дома.

Но… Я все-таки выросла не с серебряной ложкой во рту, меня воспитали в приюте для девочек. Из нас там в основном готовили прислугу, потому что ничего лучше большинство из нас не ждало. А кое-какие премудрости я постигала на практике, помогая на кухне, а также — подслушивая разговоры главной поварихи и управляющей хозяйством.

Осуществлять текущий ремонт? Осуществлю. К слову, дорогой Кориан, к нему относится только то, что может угрожать целостности здания или жизни обитателей. Пока крыша не обваливается, я ничего не обязана. Уж об этом я точно знаю, при мне заведующая хозяйством ругалась с мэром, а тот присылал отписки и не хотел выделять деньги на ремонт стены, которая пока еще держалась.

Присматривать за садом? Присмотрю. Каждый день на него буду выходить и смотреть. Возможно, там даже что-то вырастет: я видела, пока шла от ворот к дому, жимолость, медуницу, сон-траву.

Это все мне пригодится для лекарств и отваров — этому тоже пришлось научиться в приюте, но мои знания оказались совершенно бесполезны в столице, где дороги были каменными, а полезные травы просто не росли. Жаль, что у меня не хватало сил и денег уехать, но сейчас уже поздно об этом думать. Главное — Кори здоров. А от злости я, кажется, теперь горы могу свернуть.

Что еще? Следить за порядком?

Разумеется. Ведь это место станет домом моему сыну, так что я позабочусь о том, чтобы он жил в хороших условиях.

И… и, пожалуй, все.

Приведу это поместье в порядок, как и обещала, а через год — я надеюсь, — смогу скопить достаточно денег, чтобы уехать отсюда подальше, купить свой маленький дом и никогда тебя, Кориан, не видеть. И Кори так будет лучше. По крайней мере, до того момента, как проснется его вторая ипостась.

Чувствуя, как в груди все разрывается от боли и обиды, я шагнула к шкафчику с ложками. Подняла взгляд и вздрогнула от испуга, прижав к себе гукнувшего Кори.

Это… что это? Не может быть. Это ведь мне чудится?

Я зажмурилась, а потом открыла глаза. Снова зажмурилась и снова открыла глаза.

Не чудится.

На пыльном и грязном полу, сейчас, когда его высвечивал весело пляшущий огонь в очаге, красовалось множество следов. Вот здесь прошла я, рядом — шаркающие шаги Марка.

А вот между ними, почти затоптанные, — совсем другие следы.

Отпечатки приличного размера лап, похожих на волчьи. Один был виден совершенно четко и покрыт тонким слоем пыли.

От одного вида этого отпечатка меня пробрало дрожью. Приют, где я выросла, стоял на окраине леса, и я помнила ту самую холодную затяжную зиму, когда волки подходили прямо к дверям и протяжно выли от голода, надеясь, что кто-нибудь появится и им удастся перекусить. В ту зиму им все-таки удалось загрызть одну из старших девочек. Ночью она умудрилась удрать из приюта, — говорят, на свидание с кем-то из городских парней. Меня до сих пор бросало в дрожь от одного только воспоминания.

Но отпечатки лап тех волков были раза в два меньше чем тот, который красовался на полу. Что это за зверюга? И откуда она тут взялась?

— Гу! — выдал Кори, которого я прижимала спиной к животу, и потянулся к отпечатку лапы, как к любимой игрушке. — Гу!

Я отступила и бросила взгляд на окно. Вот, кто его разбил. В дом забрался зверь. Прислушиваясь, я замерла. Не раздавалось никаких посторонних звуков. Может, этот незваный гость уже ушел?

Я рискнула выглянуть в столовую — тихо и пусто. Пригляделась к полу: никаких других отпечатков лап мне не удалось обнаружить. Только на кухне, возле разбитого окна, был участок стертой пыли, как будто кто-то отталкивался от пола и выпрыгивал. Не нашел еды и решил уйти?

В столовой пол был чистым, и я немного успокоилась.

— Побудь-ка пока тут, — проворковала я и снова усадила недовольного Кори в «карман» шали.

В столовой я сняла со стены одну из картин, невероятно красивый осенний пейзаж, написанный тончайшими мазками, и вероломно закрыла им окно на кухне, повернув изображением в комнату, а изнанкой холста — наружу. Ничего, это временно, пока я не найду что-нибудь получше. От такого огромного зверя вряд ли защитит, конечно, но я хотя бы буду знать, что кто-то пробрался внутрь, если картина упадет на пол.

А вот дом нужно будет обыскать и сходить в город, к стекольщику, — но это позже, когда Кори сможет побыть с Марком.

Спустя несколько минут я услышала хлопок входной двери, а затем — шаги. Вскоре Марк появился в дверях с металлическим ведром, наполовину наполненным водой.

— Ледяная, колодезная! — доложил он. — Ты что бледная-то такая? А ну присядь!

Он двинулся вперед, стирая с пола так напугавший меня отпечаток лапы, как будто его и не было.

— Ничего, все в порядке, — отмерла я. — Ты так быстро нашел колодец!

— А что его искать? За домом, где ему еще быть?

Я промолчала, подумав о том, что «за домом» — понятие растяжимое, тем более, когда поместье такое огромное. Но вслух я ничего не сказала.

Котелок нашелся без проблем, он как будто сам прыгнул мне в руки с полки одного из шкафов. Я перепеленала Кори и ополоснула его теплой водой, а затем наконец смогла его накормить.

Видя, как малыш упоенно высасывает из бутылочки питательную смесь, я невольно улыбнулась. Все хорошо, вот мы и дома. Ну, на ближайший год. А там — накопим денег и переберемся в свой. Все у нас будет хорошо. В этот момент Кори нахмурился, становясь неуловимо похожим на отца, и я вздохнула. По правде говоря, оказавшись с малышом-драконом на руках, я понятия не имела, как поступать правильно. А вдруг он вовсе не унаследовал вторую ипостась и просто родился сильным магом, какими были когда-то мои предки? Такое тоже иногда случалось. Выходит, говорить правду Кориану как ни крути — рискованно.

— Нам бы тоже поесть, девочка, — подал голос Марк. — Что там по деньгам-то у нас? Давай в город схожу, куплю чего.

— Двадцать золотых, — ответила я, укачивая Кори.

— Это на неделю?

— На месяц.

Повисла тишина.

— Господин Первый Советник сбрендил? — осведомился Марк. — Как ты на эти деньги жить-то должна?

— Предполагается, что я ему напишу, если что-то понадобится.

— Ну так пиши давай! Ишь че удумал! Девку голодом-то морить! А здоровяк твой — что? Ну…

Я покачала головой.

— Господин Первый советник намекнул, что проверит то, как я расходую выделенные мне сверх жалования деньги. И то, насколько они мне необходимы.

— Пускай хоть обпроверяется!

Я снова покачала головой, улыбаясь засыпающему сыну.

Марк не понимал до конца, что «проверка» вполне может означать визит самого Кориана. На это он и рассчитывал, я уверена. Ткнуть меня носом в том, что я ничего не могу без него. Он хотел, чтобы я выпрашивала у него деньги. С его точки зрения нанять меня экономкой уже было милостью. Но он хотел большего.

«И что Кориан делает после того, как наиграется с тем, кому хочет отомстить?» — спросила я как-то у Гарри.

«А что делает кошка с мышью? Боюсь, для мыши здесь конец один».

Этого я и боялась. Не за себя — за сына. К тому же, я не знала, как Кориан отнесется к тому, что я взяла с собой Марка без его разрешения. Он ведь запретил мне водить мужчин. Вдруг Марк тоже считается, хоть он и старик? Что помешает Кориану выбросить его на улицу просто так? Милосердие? Смешно даже говорить.

Так что чем меньше я привлекаю внимание Кориана — тем лучше. Всем известно, что жалость и Первый советник — это понятия несовместимые. Одно время я читала все газеты, чтобы побольше узнать о Кориане, но быстро перестала. Там о нем писали так, как будто он какой-нибудь монстр.

Когда я спросила об этом Гарри, тот только засмеялся, хотя глаза его оставались серьезными.

«Ну, знаешь. Кориан в самом деле не отличается добросердечием, без его железной руки и когтей наш дорогой монарх не усидел бы на троне ни дня. Зато благодаря ему я обзавелся женой».

Гарри в самом деле был женат на дочери одного герцога, который когда-то, много лет назад, поднял восстание на своих землях. Кажется, Гарри и его жена жили душа в душу, но я не знала деталей.

«Мой кузен суровый даже по меркам дракона, — сказал Гарри как-то. — Жесткий, почти жестокий. Но ты ему в самом деле дорога. Это даже… удивительно».

Не знаю, с чего он это взял, но я потом хранила его слова в сердце, как талисман. Жалко, что Гарри ошибся.

А сейчас… У меня есть так много! Крыша над головой. Огромный дом. Мой сын. И целых двадцать золотых в месяц! Если Марк думает, что это мало, то глубоко заблуждается.

У меня заурчало в животе, и я удивленно замерла. Ничего себе! Я не чувствовала голода уже… очень давно. Да и вообще мне казалось, как будто телу стало немного легче. Я хотя бы могла стоять!

— Надо поесть, — решил Марк. — Ты как хочешь, а я…

В этот момент за моей спиной раздался скрип. Обернувшись, я увидела, что дверь кладовой приоткрылась, показывая темное нутро. В одном из шкафов я нашла свечи, очаг, зажженный Кори, весело потрескивал поленьями.

— Давай-ка сначала посмотрим, что мы сможем найти, — решила я.