Глава 112

Глава 112

Свобода находилась там.

Впереди.

Ещё совсем недавно.

Теперь деревья поплыли в обратную сторону.

— Я не хочу возвращаться. В этом поместье находится призрак твоего отца, — предупредила я, не поворачивая головы.

Ассер некоторое время молчал.

Я чувствовала его взгляд на своём лице.

— С этим вопросом я разберусь, — согласился он наконец. В голосе не было ни радости, ни попытки выдать это за примирение.

Почему-то последняя фраза заставила повернуться. Ассер сидел напротив, опустив локти на колени. Серьга всё ещё лежала на ладони.

Моя кровь на его руке. Моё последнее признание на стене.

Моя бывшая фамилия в документах. Какая-то чудовищная коллекция доказательств того, что всё закончилось.

Несколько мгновений мы молчали.

Потом его взгляд опустился к моей ноге. Я сразу насторожилась.

— Даже не думай.

Он поднял бровь.

— О чём именно мне запрещено думать?

— О ноге.

Ассер посмотрел на неё ещё раз.

— Боюсь, поздно. Я уже думаю о ней.

Он протянул руку.

Я тут же отдёрнула ступню, и боль мгновенно наказала за глупость. Лицо, видимо, меня выдало. Ассер тихо выругался.

— Дай посмотреть.

Я прижала ногу ближе к себе.

— Нет!

Он несколько секунд изучал моё выражение лица, потом медленно откинулся на спинку.

— Хорошо.

Я даже удивилась.

— Хорошо?

— Пока.

Вот это уже больше походило на правду. Это уже больше походило на моего мужа.

Я отвернулась к окну. Карета набирала скорость.

Несколько минут мы ехали молча, и это молчание почему-то оказалось тяжелее прежних ссор. Я слишком отчётливо ощущала Ассера напротив. Его колено иногда касалось моего на поворотах, сапоги стояли почти рядом с моими туфлями, а запах дыма и мужского тела заполнял тесное пространство.

Бывшие супруги.

Прекрасно! Кажется, никто не объяснил нашему телу, как правильно вести себя после развода. На особенно глубокой выбоине карету качнуло.

Я невольно выставила руку. Ассер поймал её.

Пальцы сомкнулись вокруг моих. И не отпустили сразу.

Я посмотрела на наши руки. Он тоже. Когда-то это было самым обычным движением.

Ассер брал меня за руку за столом, в карете, на приёмах под скатертью, если видел, что я устала. Мог рассеянно переплести пальцы с моими и продолжать обсуждать с кем-нибудь военные поставки, словно даже не замечал, что делает.

Теперь от одного прикосновения стало больно. Я потянула руку. Ассер разжал пальцы.

Медленно. Без спора. С явной неохотой. Но прежде чем отпустить окончательно, большим пальцем один раз провёл по моей ладони.

Я резко прижала руку к себе.

Он ничего не сказал. Только отвернулся к окну. Наверное, именно поэтому я спросила:

— Что будет, когда расследование закончится?

Ассер не сразу ответил.

В отражении стекла я видела, как напряглось его лицо.

— Смотря чем закончится.

— Нет. Я не о следствии.

Он понял.

В карете стало очень тихо.

— Если выяснится, что я была права во всём, — продолжила я, уже жалея, что начала этот разговор, — что ты сделаешь?

Ассер медленно повернулся ко мне.

Ответ уже был.

И я увидела его раньше, чем услышала.

— Потом буду возвращать тебя, — произнёс Ассер тихо.